— Господин, вы правда хотите поддержать Чжао Вэня?
После того как Ван Юэмэй ушла, мать Ван с беспокойством спросила отца Ван.
— Угу, в конце концов, это наш зять, нельзя же смотреть, как он мучается из-за нехватки серебра.
К тому же, как сказала Юэмэй, если ему будет хорошо, то и нашему дому польза.
Я всю жизнь мечтал сменить статус семьи, но увы, с моими способностями к учёбе ничего не вышло — пришлось стать купцом.
Сын ещё мал, пока что кажется смышлёным, но его характер ещё не окреп.
Отец Ван смотрел в сторону двора, словно устремляя взгляд куда-то дальше, в голосе звучала надежда.
Мать Ван, его подруга детства и верная спутница жизни, как могла не понимать его помыслов?
Услышав это, она нахмурилась в смятении:
— Но...
Отец Ван похлопал её по руке:
— Жена моя, я знаю, о чём ты тревожишься.
По правде говоря, и я встревожен, но ты же видела: даже если мы не поможем, Юэмэй всё равно поможет.
Она теперь думает только о том Чжао Вэне.
Если мы будем слишком решительны в отказе, то не только поссоримся с дочерью, но и навлечём ненависть Чжао Вэня.
Ведь мы оба знаем, почему он выбрал Юэмэй.
Мать Ван опустила голову и вытерла слезу:
— Господин, это я плохо воспитала дочь, вот она и попалась на сладкие речи.
В будущем я уж точно пригляжу за ней...
— Ничего не говори сейчас.
Дело сделано, так что давай примем эту партию с радостью.
И не будь такой пессимисткой — а вдруг Чжао Вэнь окажется хорошим?
Эти слова он и сам не верил.
Но супруга слаба здоровьем, он не мог позволить ей тревожиться.
— Правда?
Мать Ван с надеждой посмотрела на него.
— Правда.
Даже если нет, пока мы не сделаем ему ничего плохого, он нас не тронет.
Если ты правда беспокоишься, то удели побольше внимания сыну.
Как только он сдаст на сюцая, нам уже нечего будет бояться.
Отец Ван понимал: Чжао Вэнь выбрал его дочь из-за серебра их семьи.
Пока оно им нужно, они не отшвырнут их, как отшвырнули Син Сиюэ.
Значит, они в безопасности.
Но он не собирался потакать Чжао Вэню во всём — у него ведь есть сын.
Услышав про сына, мать Ван словно приняла успокоительное — сердце немного успокоилось:
— Верно, верно, у нас ещё есть сын.
На днях учитель из частной школы ещё хвалил Бэра.
Сказал, что уроки делает на отлично, и если так пойдёт, то в следующем году уже сможет идти на экзамены.
— Да, как только Бэр станет туншэном, а потом и сюцаем, у нас забот не будет.
Но пока что Чжао Вэню нужно помогать с его обучением.
Говоря о сыне, отец Ван светился гордостью и радостью.
— Угу.
Поболтав о сыне, обоим полегчало на душе.
Мать Ван всё с той же тревогой спросила:
— Господин, может, послать кого-нибудь в Деревню Абрикосовых Цветов извиниться перед той девушкой?
Ведь Юэмэй поступила не слишком красиво, и семья их наверняка затаит обиду.
Ты же всегда говоришь: не обижай бедного юношу.
Может, объясним?
Отец Ван погладил бороду, помолчал и покачал головой:
— Нет нужды.
Нельзя всё иметь сразу.
Юэмэй уже это сделала, и неважно, знала ли она заранее про невесту Чжао Вэня или нет — вина всё равно на ней.
Если мы пошлём кого-то сейчас, это будет соль на рану.
К тому же в делах хуже всего метаться.
Я верю: если та девушка разумна, то поймёт — без Юэмэй нашлась бы другая.
А если не разумна, то и наше извинение ничего не изменит — всё равно затаит злобу.
Всё дело в её судьбе, не повезло ей.
Отец Ван сочувствовал Син Сиюэ, но такова реальность, и он не жалел.
Мать Ван кивнула:
— Тогда как скажешь, господин.
— Угу, на этом точка.
В будущем побольше наставляй Юэмэй.
Сейчас Чжао Вэнь нуждается в нас и терпит её.
Но если придёт тот день, ничего не мешает ему возненавидеть дочь за то, что она не тянет на публику.
Я могу смириться с зятем, у которого есть корыстные планы, но не с дочерью, которую выставят.
Эти слова прозвучали жестоко.
Матери Ван было больно на душе, но она понимала: ради сына семья не может иметь отвергнутую дочь.
Она кивнула и пообещала:
— Господин, не беспокойся, я впредь буду строго её наставлять.
И пригляжу, чтоб не наделала больше таких безрассудств, как сегодня.
— Угу, пусть сама будет с хитринкой.
Мать Ван поняла его опасения:
— Господин, не волнуйся, я хорошо её выучу.
А если не поможет, то купим пронырливую служанку, чтоб ходила за ней.
— Угу.
— Господин, ты так уверен в Чжао Вэне?
— Пока беда не грянет, никому верить нельзя.
Просто дочь упёрлась в него рогом, да и я же сказал насчёт помолвки.
Отец Ван многозначительно посмотрел на неё.
Мать Ван нахмурилась:
— Господин, только не вздумай ничего такого!
Если дочь отвергнут, как ей потом жить?
— Это всё потом.
Не тревожься зря, заботься о дочери и сыне — вот главное.
Остальное на мне.
Успокойся: если Чжао Вэнь не полное чмо, я не подниму этот вопрос.
Сюцай — вполне пара моей дочери.
Услышав это, мать Ван успокоилась.
Да, даже если Чжао Вэнь не продвинется дальше, титул сюцая вполне достоин их девушки.
Разве что у дочери найдётся какое-то везение, но это вряд ли.
— Ясно, господин.
— Раз поняла, то дом на тебе.
А я в лавку.
Он и так сидел дома только ради возвращения Юэмэй и выяснения дел.
Теперь всё ясно, нет смысла мешкать.
Мать Ван глянула на небо:
— Уже такой час, может, завтра?
В лавке прислужник есть, да и засуха только прошла — покупателей мало, день пропустишь — не страшно.
— Не выйдет, прислужник неуклюжий, не доверяю.
Ладно, я пошёл, к часу Обезьяны вернусь.
Отец Ван махнул рукой, не слушая уговоров, и вышел за порог.
Мать Ван вздохнула, глядя ему вслед:
— Целыми днями дома не сидит.
Сказав это, направилась в комнату дочери.
— Мама, ты как сюда?
Ван Юэмэй как раз сидела, глядя на платок в руках и предаваясь девичьим мечтам.
Услышав шорох, она подняла голову, увидела мать, поспешно запихнула платок в рукав, покраснела и спросила.
Мать Ван по её движениям всё поняла и в душе вздохнула: вот как я умудрилась воспитать такую наивную дочь.
— Доченька, мама пришла проведать тебя.
Что прячешь, не даёшь посмотреть?
Неужто с мамой разладилась?
Мать Ван притворилась обиженной.
— Мама, ну что ты, как я могу с тобой разладиться.
— Тогда покажи, что спрятала.
Ван Юэмэй некуда было деваться, она нехотя вытащила платок, покраснев ещё сильнее:
— Мама, это просто платок, ничего особенного.
Мать Ван взяла платок, увидела на нём уток, резвящихся в воде, и улыбнулась:
— От Чжао Вэня?
— Мама-а-а!
— Ладно, ладно, не спрашиваю.
Видя смущённое личико дочери и её кокетливые повадки, мать Ван ещё сильнее уверилась в правоте мужа.
Это сватовство уже не остановить.
Эх...
http://tl.rulate.ru/book/173606/14099098
Готово:
