— Ё-ё-ю~ Это что, дома жрать нечего, так на гору корни дёргать пошла?
Син Сиюэ ещё не дошла до дома, как услышала едкие слова вдовы Чжао Ван. Она холодно усмехнулась:
— А то нет, жрать-то нечего, ведь раньше пришлось вашу семейку, тётку, кормить.
Лицо вдовы Чжао Ван изменилось при этих словах. Она покосилась на девушку рядом и увидела, что та просто смотрит на Син Сиюэ, не вслушиваясь в их разговор. Вдова облегчённо выдохнула.
Но тут же накатила ярость:
— Зубастая! Раньше думала, ты нормальная, а как только родители померли — сразу настоящую морду показала. Без уважения к старшим! Наш дом Чжао такую невестку не возьмёт.
Син Сиюэ сразу поняла: они сегодня заявились с твёрдым намерением разорвать помолвку. Она скрестила руки на груди:
— Ё-ё-ю~ Теперь я им не пара? А кто, интересно, изначально размахивал спасением жизни, чтоб меня к себе прицепить?
— Девочка, так нельзя. Тётя Чжао всё-таки старше, а ты говоришь без всякого уважения. Какая семья тебя такую возьмёт?
Син Сиюэ уставилась на ту, что выскочила с нотациями, нахмурилась и спросила:
— А ты кто такая?
Ван Юэмэй не ожидала, что Син Сиюэ её не знает. Она холодно ответила:
— Меня зовут Ван Юэмэй, дочь хозяина лавки с бакалеей из дома Ван в городе. Теперь-то поняла?
Син Сиюэ не понимала, почему дочь хозяина простой лавки ведёт себя как принцесса страны. Она закатила глаза и грубо бросила:
— Не знаю. Есть дело — говори, нет — вали налево.
Ван Юэмэй опешила от такой невежливости после того, как назвалась. Зубы скрипнули:
— Ты... ты...
— Не тыкай, знаю, что я классная. Не выставляй себя заикушкой.
Син Сиюэ уже изрядно достало. Есть дело — говори, а то зачем всем знать, кто она такая? Будто имя услышал — и она всё проглотит.
— Ты... я не заика!
Ван Юэмэй перепугалась, что Син Сиюэ в два счёта прилепила ей клеймо калеки, и заторопилась оправдываться.
— Угу-угу, так в чём дело?
Син Сиюэ кивнула натужно-равнодушно.
Ван Юэмэй кипела от злости, забыла материнский наказ перед уходом — молчать и смотреть, что скажет Син Сиюэ. Она ткнула пальцем в нос Син Сиюэ и заорала:
— Син Сиюэ, скажу тебе: Вэнь-гэгэ мой! Хочешь жить — соглашайся на разрыв помолвки и не цепляйся за него. Посмотри на себя: родители сдохли, два балбеса-брата на шее — какая ты деревенщина ему пара, сюцаю? Вэнь-гэгэ жалует былую связь, не хочет рвать, но я, Ван Юэмэй, не такая сговорчивая. Сегодня согласишься — хорошо, нет — всё равно согласишься!
Син Сиюэ глянула на кивающую вдову Чжао Ван и съязвила:
— Так вы с Чжао Вэнем без сватов сожительствуете?
— Кто сожительствует?! Мы с Вэнь-гэгэ любим друг друга по-настоящему. Не будь твой папаша, подлец обречённый, не навязал свою "спасённую жизнь" — выдумку наглую, чтоб Вэнь-гэгэ женился на тебе, — разве сюцай вроде него запал бы на такую деревенщину? Бери свою генпосту назад, отдай генпосту Вэнь-гэгэ, иначе пеняй на себя!
Ван Юэмэй разъярилась от покушения на честь и выдала угрозу.
Паф!
— Ты посмела меня ударить?!
Ван Юэмэй схватилась за щеку, уставившись на Син Сиюэ в полном неверии.
Син Сиюэ встряхнула ноющую от удара руку и небрежно ответила:
— Ага, врезала. Или щека не болит — дать ещё одну попробовать?
Дура, что ли? Уже врезала — и спрашивает, посмела ли. Не посмела бы — тоже врезала.
— Ах ты тварь, такая же мерзкая, как твой папаша, которого судьба прикончила! Посмела меня ударить — жди!
Паф!
Услышав опять про Син-дядю, Син Сиюэ снова заехала пощёчиной и холодно молвила:
— Советую подумать, прежде чем языком молоть. Иначе буду бить, пока не научишься. Пусть папа и пострадал за добро — спас белоголового волка. Чжао Вэнь — фигня полная, лицемер вонючий. Папа вытащил его раненого в горах, а он увидел наш достаток, привязался нагло, мол, отплатит за спасение. Папа купился на его святошу, обручили нас, все эти годы его стипендия из нашего кармана шла. А теперь родители померли — он не только свадьбу рвёт, но ещё и чёрное белым мажет. Такие "учёные" позорят всех грамотеев Поднебесной.
— Врёшь! Это вы на Вэнь-гэгэ с надеждой на карьеру вешались, из-за ерундовой помощи вымогали свадьбу!
Ван Юэмэй яростно не поверила.
— Ха~ Это Чжао Вэнь, святоша, тебе наплёл?
Син Сиюэ усмехнулась, видя её уверенность.
— И что, что Вэнь-гэгэ сказал? Это вы виноваты! Син Сиюэ, Вэнь-гэгэ — луна на небе, а ты — грязь под ногами. Вместе с ним — запачкаешь чистую луну. Такой талантливый, вот-вот на экзамены поедет, вернётся ужэнем, а ты его мажешь. Хочешь замуж и братьев прокормить — помогу сватать. Наш Маленький Эр ничего, как?
Ван Юэмэй смотрела с видом "всё для твоего блага", ожидая ответа.
Син Сиюэ чуть не стошнило.
— Чушь! Чжао Вэнь на коленях папу умолял обручить его с большой сестрой, ты врёшь!
Яяя злился с самого начала, а тут, когда она старшую сестру к их слуге приставила, не выдержал и выпалил.
— Малец, тебе-то что понять? Твой папаша с сестрой скрыли правду, чтоб вы не узнали их подлость, вот и наврали вам. Син Сиюэ, да или нет — отвечай прямо. Скажу честно, даже на нашего Маленького Эра ты не тянёшь, но Вэнь-гэгэ жалеет вашу ерундовую "милость" — потерпит, значит.
Ван Юэмэй произнесла с видом одолжения.
— Не согласна.
Да, она хотела разорвать помолвку, но не чтобы её так презирали и топтали.
— Я так и знала, что ты скажешь "да"... Что?! Не согласна? С какой стати?! Син Сиюэ, я сказала: Вэнь-гэгэ будет ужэнем, не для такой деревенщины, как ты. Не слышишь, что ли?
Син Сиюэ скрестила руки, медленно проговорила:
— Верно, не согласна. Чжао Вэнь возомнил себя кем? Когда у нас всё было ладно — лез изо всех щелей. Родителей нет — переметнулся к богатым, рвёт помолвку. Красота! И вообще, мужик хочет разорвать — пусть сам явится, а не шлёт чужую бабу без сватов на порог невесты. Интересно, узнает народ — допустят ли его на экзамены?
— Юэ-нэн...
http://tl.rulate.ru/book/173606/14099048
Готово:
