Глава 10
Его глаза чуть сузились.
Пальцы тихо выбили дробь по столешнице.
Дверь за нами закрылась.
Хирузен затянулся трубкой, и я почти не сомневался, что именно в этот момент активировались защитные печати, отрезающие кабинет от чужих ушей.
— Ты поступил верно, Кё, — сказал он наконец. — А теперь рассказывай всё с самого начала.
Несмотря на всю дичь моей истории, слушал он молча.
Без смешков. Без тяжёлых вздохов. Без выражения на лице, которое ясно говорило бы: «Бедный мальчик окончательно свихнулся».
В моём собственном изложении вся эта межпространственная чушь звучала как бред сумасшедшего. Система. Испытания. Другие миры. Призывы людей, которые знают, что они не совсем настоящие. Магия воды. Блокировка ци. Крылатый лемур-почтальон.
Если бы кто-то рассказал это мне ещё вчера, я бы первым делом посоветовал ему меньше жрать подозрительные грибы.
Но если Хокаге и сомневался в моих словах, то виду не подал.
Тай Ли подтвердила всё, что я рассказал. Причём без малейших колебаний. Она заявила, что помнит всю свою жизнь в том мире и оба наших поединка. Она не «настоящая» Тай Ли — и прекрасно это понимает, — но при этом выглядит, двигается и разговаривает более чем реально.
Момо…
Ну, Момо меня тоже поддержал. Как умел. То есть в основном сидел с важным видом, таращился по сторонам и в нужный момент кивнул. Полезный зверь.
Когда я закончил — уже морально готовый с пеной у рта доказывать, что мне не пора в дурку, — Хирузен только задумчиво хмыкнул и озвучил свою следующую «просьбу».
— Покажи.
Поразительно, как быстро может быть организован изолированный полигон, если этого захочет Хокаге.
Очень поучительное наблюдение.
Добровольца-испытателя подвергли блокировке ци — старались и я, и Тай Ли. Потом раненого шиноби подлатали магией воды, после чего я продемонстрировал, что умею управлять водой без ручных печатей. Часть немногочисленных наблюдателей ахнула. Кто-то уставился на происходящее с откровенно разинутым ртом. Кто-то, наоборот, резко посерьёзнел.
И только не Хокаге.
Он просто смотрел.
Спокойно. Внимательно. С тем самым задумчивым прищуром, который мне очень не нравился, потому что означал: старик уже раскладывает всё по полочкам и прикидывает, во что меня теперь пристроить с максимальной пользой для деревни.
После «выступления» нас с Тай Ли оставили в уютной комнате отдыха в личной резиденции Хокаге.
Вроде бы одних.
Хирузен сказал, что вернётся с минуты на минуту.
Но я не сомневался: за нами в этот момент следят как минимум трое АНБУ. Может, больше. Один на крыше. Один за стеной. Один где-нибудь в вентиляции, чисто для полноты картины. Мы с Тай Ли терпеливо ждали.
Она, кажется, вообще не нервничала.
Я — нервничал за двоих.
Когда Хирузен наконец вернулся, прерывая нашу с Тай Ли светскую беседу, он сел напротив и посмотрел на меня тем выражением лица, которое я слишком хорошо помнил.
Я не видел этот взгляд целую вечность.
Но перепутать его было невозможно.
Ну здравствуй, груз чужих ожиданий.
Не могу сказать, что скучал.
=
Хокаге
— Раздел голосования —
Какую должность должен получить Кё?
— Повышение в полевых условиях до чунина, его навыки слишком полезны, чтобы мариновать его в генинах. (21%)
— Оставить генином, чтобы не привлекать лишнего внимания, но выделить личного наставника. (65%)
— Оставить генином, но прикрепить к действующей команде генинов. (15%)
На ком Кё стоит проверить свои силы в следующий раз?
— Бросить вызов ещё кому-нибудь из «Аватара». Раз сработало, зачем чинить то, что не сломано? (23%) — Во втором опросе победила Мэй.
— Бросить вызов кому-то из «Аватара», но на этот раз переключиться на «Легенду о Корре». (12%)
— Попытаться разобраться, как разблокировать новый мир. Чем больше, тем лучше, верно? (17%)
— Бросить вызов кому-нибудь из Конохи, посмотреть, как это работает с земляками. (21%)
— Попробовать ещё одно Шуточное испытание? (9%)
— Что за хрень такая «Событийное испытание»? (19%)
— Хирузен Сарутоби —
Если бы кто-нибудь другой рассказал эту историю, Хирузен, пожалуй, списал бы всё на бред, нервный срыв или особенно неудачное столкновение с чужим гендзюцу.
Но это был Кё.
А Сенджу, если уж говорить начистоту, всегда были… своеобразной породой. Слишком живучие, слишком упрямые, слишком громкие даже тогда, когда молчат. А в Кё вдобавок текла кровь Узумаки — второй семьи, которая на протяжении поколений исправно поставляла миру людей, при одном взгляде на которых хотелось устало вздохнуть и сказать: «Ну конечно. Ещё один».
Две родословные, славящиеся появлением, скажем так, уникальных личностей.
Так что история Кё была безумной.
Но не настолько безумной, чтобы Хирузен сразу отмёл её как невозможную.
Кохару почти сразу предположила, что мальчик все эти годы мог попросту скрывать свои способности. Хомура, как всегда, подошёл к вопросу с другой стороны и задался более неприятным вопросом: а не афера ли это? Не спектакль ли, который устроил парень, которого окончательно доконали чужие ожидания и собственные неудачи?
Но Хирузен знал лучше.
Слишком долго знал.
Слишком внимательно наблюдал.
Чувствуя долг и перед своим сенсеем Тобирамой, и перед своей ученицей Цунаде, он все эти годы негласно присматривал за Кё. После побега Цунаде мальчик остался последним Сенджу в Конохе.
И, если уж говорить совсем честно, это не делало его жизнь ни проще, ни счастливее.
От представителей кланов всегда ждали многого. Даже от самых заурядных. Даже от тех, кто сам ничего не обещал. Но статус «последнего» носителя легендарной крови раздувал эти ожидания до чего-то почти мифического. Достаточно было посмотреть на наследницу Учиха, чтобы понять, как именно такое работает. На ребёнка вешают не только имя семьи — на него вешают её прошлое, её славу, её долги, её будущие победы, её право на величие. И всё это задолго до того, как он вообще успевает понять, кем хочет быть сам.
Предполагалось, что Кё, как внук Хаширамы и двоюродный внучатый племянник Цунаде, обязан быть гением просто по факту рождения.
А когда деревня заметила, сколько внимания Хокаге уделяет мальчику, эти ожидания и вовсе взлетели до небес. Люди сами достроили остальное. Решили, что Хирузен готовит Кё в будущие Хокаге. Что тот станет истинным гением среди гениев. Новым чудом клана. Вторым Первым. Кем угодно, только не обычным мальчишкой, которому приходится работать вдвое больше, чтобы получить в лучшем случае половину чужого результата.
И именно в этом была главная жестокость.
Кё ни в коем случае не был слабаком.
Да, он провалил экзамен на чунина. Но завалил его с минимальным отрывом. Пару раз ему просто не повезло с противниками на финальном этапе, а кое-где сыграло роль и то, что другие команды, увидев рядом фамилию Сенджу, охотно объединялись, чтобы заранее избавиться от потенциальной «угрозы». Само имя делало его мишенью. Не из ненависти — из расчёта. Иронично, если учесть, что он никогда не был той угрозой, которую в нём видели.
Кё был трудягой.
Упрямым, молчаливым, не особенно ярким, но крепким.
Из тех, кто не позволяет поражениям или неудачам сломать себя до конца. Кто стискивает зубы, поднимается после очередного падения и просто идёт дальше, потому что другого выбора у него всё равно нет.
Но гением он не был.
Его прогресс был стабильным — и мучительно медленным.
Хирузену невольно вспоминалась старая басня о зайце и черепахе. Сколько раз он уже видел, как талантливые дети сгорают? От высокомерия. От спешки. От войны. От одной-единственной ошибки, совершённой потому, что раньше им всё давалось слишком легко. А потом оставались вот такие, как Кё, — не блистательные, не пугающе одарённые, зато живучие. Черепаха, которая не умеет побеждать рывком, но всё равно ползёт вперёд, медленно, зло и упрямо.
Именно поэтому этот внезапный, взрывной скачок силы так плохо вязался с тем, что Хирузен знал о мальчике.
Да, в какой-то момент он действительно сократил количество визитов. Перестал оказывать Кё явные знаки внимания. Перестал выделять его на людях так заметно, как раньше.
Но не из-за равнодушия.
http://tl.rulate.ru/book/173205/14349868
Готово:
