Сюй Бэйю не спешил с ответом. Он прекрасно понимал, что они всего лишь случайные знакомые, и бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Предстоял торг. Как говорится, запрашивай по-царски, а плати по-купечески. Торг — это тоже своего рода битва, и тот, кто заговорит первым, уступит инициативу.
— Как ты видишь, — тихо сказал Чжан Убин, — этот меч может подчинить себе лишь наследник Секты Меча. Мне он без надобности. Поэтому я хочу обменять его на кое-что.
— И что же вы хотите? — осторожно спросил Сюй Бэйю. — Боюсь, то, чего не смог дать мой учитель, не смогу и я.
Чжан Убин улыбнулся:
— Это другое. Гунсунь Чжунмоу просил слишком много, а предлагал слишком мало. И дело не в том, что он не мог дать, а в том, что не хотел. Ему ведь нужно думать о большой игре, он не станет тратить слишком много сил на одного меня.
— А что обещал вам учитель? — с любопытством спросил Сюй Бэйю.
— Накормить нарисованным пирогом, — неторопливо ответил Чжан Убин.
Сюй Бэйю сначала опешил, а потом невольно усмехнулся.
Так вот оно что. Учитель хотел заполучить меч даром. Неудивительно, что он ушёл ни с чем.
— Прежде чем мы продолжим, — внезапно сказал Чжан Убин, — не хочешь ли послушать о делах Гунсунь Чжунмоу?
Сюй Бэйю немного помедлил и кивнул:
— Хорошо.
— Спорю, ты не знаешь, что у тебя есть наставница, — первая же фраза Чжан Убина была подобна грому среди ясного неба. Сюй Бэйю долго не мог прийти в себя.
У учителя есть жена? В этом, по сути, не было ничего удивительного. Гунсунь Чжунмоу происходил из знатного рода, в молодости наверняка был таким же блестящим аристократом, как Дуаньму Юй. Даже сейчас, в старости, в нём угадывался былой лоск. Женитьба и создание семьи — дело естественное. Странным было бы как раз отсутствие жены.
Но учитель никогда о ней не упоминал, и Сюй Бэйю думал, что она давно умерла, а учитель, как и наставник Хань, — вдовец.
Чжан Убин, словно прочитав его мысли, продолжил:
— Твоя наставница не умерла. И живёт очень хорошо. Десять лет назад я видел её. Хоть она и ровесница твоего учителя, но всё ещё полна очарования и выглядит лет на тридцать с небольшим.
У Сюй Бэйю возникло нехорошее предчувствие.
— Твоя наставница из рода Чжан, что в государстве Вэй, — с ноткой ностальгии произнёс Чжан Убин. — Они с твоим учителем были учениками одного мастера, ровня друг другу по происхождению. Казалось, это идеальный союз. Но, увы, судьба распорядилась иначе. Они стали парой, терзаемой обидами. Сначала их отношения были основаны на взаимном уважении, затем это уважение превратилось в холод, и в конце концов они перестали общаться.
Сюй Бэйю не выразил ни согласия, ни несогласия, явно сомневаясь, откуда Чжан Убину известны такие личные подробности.
Чжан Убин терпеливо объяснил:
— Об их вражде и любви знало всё старшее поколение. Это только вы, молодёжь, удивляетесь. История Гунсунь Чжунмоу — ещё не самое удивительное. Взять хотя бы покойного императора-основателя. Какой был герой! Объединил страну, навёл порядок в Поднебесной, а жены своей боялся. Великий император, а за всю жизнь не имел ни одной наложницы, только одну императрицу. И сын у него был лишь один, от неё — нынешний император Великой Ци.
— Император-основатель боялся жены, — пробормотал Сюй Бэйю, поражённый.
Чжан Убин улыбнулся:
— Хотя мне и не довелось встретиться с той императрицей, но мой наставник рассказывал, что она была властной и деспотичной. Когда император Сяо был тяжело болен, она даже правила от его имени. И даже тот, кого называли непревзойдённым стратегом, князь Вэй, не раз терпел поражение от рук своей невестки.
Сюй Бэйю хмыкнул, воспринимая слова Чжан Убина как легенду. Простые люди любят слушать пикантные истории о великих, но только те, что им нравятся. Что там было на самом деле, никого не волнует. Каждый пересказывает историю на свой лад, и в итоге рождается легенда, имеющая мало общего с действительностью, а то и вовсе ей противоречащая.
Чжан Убин снова щёлкнул по мечу, и Цюэсе издал звонкий лязг.
— Я рассказал тебе эту старую историю потому, что то, что мне нужно, связано с этими людьми. У твоей наставницы и покойной императрицы была небольшая размолвка. Несколько десятилетий назад они поспорили. Ставкой была усадьба. И твоя наставница выиграла.
Сюй Бэйю не был глупцом.
— В той усадьбе есть то, что вам нужно? — осторожно спросил он.
— Умён, — улыбнулся Чжан Убин.
— А мой учитель? — снова спросил Сюй Бэйю.
Чжан Убин покачал головой:
— Если бы пошёл твой учитель, хорошее дело превратилось бы в плохое. Его бы просто не пустили на порог.
Сюй Бэйю немного подумал и спросил:
— А что именно вам нужно?
— Сейчас сказать не могу, — спокойно ответил Чжан Убин. — Гунсунь Чжунмоу всё знает. Можешь потом спросить у него.
Раз учитель в курсе, Сюй Бэйю успокоился. Но он смутно чувствовал, что этот монах по имени Чжан Убин не так прост и безмятежен, как кажется на первый взгляд.
Чжан Убин бросил ему Цюэсе.
— Раз уж это сделка, в знак искренности я заплачу вперёд.
Сюй Бэйю поймал меч и, поколебавшись, спросил:
— А вы не боитесь, что я возьму плату и не выполню работу?
Монах, больше похожий на утончённого учёного, рассмеялся:
— Давать в долг можно лишь тогда, когда есть возможность взыскать его. Иначе это всё равно что кормить собаку пирожками с мясом — ни пирожков, ни возврата. Если бы эти слова сказал Гунсунь Чжунмоу, я бы, конечно, подумал. Но тебе до него ещё далеко.
Сюй Бэйю почувствовал себя неловко, поняв, что задал глупый вопрос.
Тон Чжан Убина оставался лёгким, но в его словах прозвучала завуалированная угроза:
— Гунсунь Чжунмоу не сможет защищать тебя вечно.
Сюй Бэйю, держа Цюэсе обратным хватом, поклонился:
— Я усвоил урок.
Чжан Убин отвернулся, лицом к тёмной пещере, и махнул рукой.
Эта глава не закончена, пожалуйста, перейдите на следующую страницу, чтобы продолжить чтение!
Сюй Бэйю развернулся и ушёл.
Когда он вернулся к главному храму, то обнаружил, что кроме ждавшей его Чжиюнь там был ещё один человек, внимательно изучавший огромную статую Будды, простоявшую здесь под ветрами и песками сотни лет.
Гунсунь Чжунмоу.
Сюй Бэйю, держа в руках Цюэсе, тихо произнёс:
— Учитель.
Гунсунь Чжунмоу отвёл взгляд от статуи, посмотрел на меч в руках Сюй Бэйю и негромко сказал:
— Чжан Убин.
— Чжан Убин отдал мне Цюэсе, — кивнул Сюй Бэйю, — и попросил забрать кое-что у наставницы.
Гунсунь Чжунмоу, вопреки обыкновению, хмыкнул. Было неясно, относилось ли это к его жене, к Чжан Убину, упомянувшему старые обиды, или к самоуправству Сюй Бэйю.
Сюй Бэйю почувствовал себя неуверенно.
Однако Гунсунь Чжунмоу быстро вернул себе самообладание и объяснил ученику:
— В буддийских монастырях содержат монахов-воинов, это не новость. Чжан Убин — не только глава Легиона Драконов из Восьми Легионов, но и предводитель этих монахов, за что и прозван Королём-Драконом. Но раньше его звали не так, а «Больной тигр». Более двадцати лет назад он был командиром императорской гвардии и даже считался преемником великого маршала Вэй Цзиня. Но карьера при дворе его и возвысила, и погубила. Он был человеком Хань Сюаня, сделал неверную ставку и вместе с ним был повержен Лань Юем. После этого он, разочаровавшись во всём, постригся в монахи, превратившись из «Больного тигра» двора в Короля-Дракона буддистов.
Сюй Бэйю, конечно, знал, кто такой Лань Юй.
С самого начала восстания императора-основателя Лань Юй был его верным соратником. После основания Великой Ци он получил титул князя Чжао, стал первым в списке заслуженных сановников в Павильоне Линьянь и занял пост первого великого советника, получив также звание «Опоры государства». Позже он стал наставником наследного принца, получив титул Великого наставника наследника. Когда наследник взошёл на трон, Лань Юй достиг вершины власти, став вторым после Чжан Цзянлина гражданским чиновником, удостоенным титула Великого наставника при жизни.
После смерти князя Сюй Линя, занимавшего второе место в Павильоне Линьянь, никто во всём дворе, ни гражданские, ни военные, даже его преемник Вэй Цзинь, не мог сравниться с Лань Юем.
Нынешнему Лань Юю для полного триумфа не хватало лишь посмертного титула «Вэньчжэн».
— Хань Сюань, второе имя Вэньби, — как бы невзначай добавил Гунсунь Чжунмоу, — бывший второй великий советник. После падения покинул Восточную столицу, отправился на северо-запад и в итоге осел в местечке под названием деревня Сяофан.
Восточная столица — так раньше называлась столица империи. Лишь люди старшего поколения сохранили это название.
Сюй Бэйю долго молчал, а затем тихо произнёс:
— Значит, наставник — это Хань Сюань, второй великий советник. А учитель — это Гунсунь Чжунмоу, магистр Секты Меча.
Гунсунь Чжунмоу на мгновение замер, а затем кивнул:
— Именно так.
— Учитель, наставник, — с ноткой безысходности спросил Сюй Бэйю, — сколько ещё вы от меня скрываете?
— А ты попробуй угадать, — с усмешкой ответил Гунсунь Чжунмоу.
...
http://tl.rulate.ru/book/173083/13664913
Готово:
