На следующее утро Линь Шэна разбудил грохот, от которого, казалось, вот-вот разлетятся в щепки рольставни.
Он резко поднял голову с верстака.
Вытер слюну с уголка рта, и его шея издала хруст, подобный звуку ржавых деталей.
— Кто там?! Жить надоело? Иду, иду!
Он с раздражением поднял рольставни, и яркий солнечный свет заставил его зажмуриться.
На пороге стоял средних лет мужчина с пивным животом — его домовладелец.
— Линь Шэн!
Домовладелец брызгал слюной, с порога переходя к ультиматумам.
— Если в этом месяце не будет аренды, ты и твоя сестра-калека вылетите отсюда вместе со своими пожитками!
Слово «калека» вонзилось в уши Линь Шэна, словно игла.
Но на его лице мгновенно расплылась улыбка.
— Брат Ван, брат Ван, остыньте. В этом месяце, в этом месяце обязательно всё выплачу, непременно.
Домовладелец фыркнул, с отвращением окинул взглядом захламленную мастерскую и, зажав нос, отступил на полшага.
— Посмотри на эту конуру, развел тут бардак!
— Нет таланта — нечего было лезть в ремонт снаряжения. Ты хоть сам понимаешь, что делаешь?
— Мой сын в средней школе, и то лучше разбирается в детских комплектах снаряжения, чем ты!
Линь Шэн согласно кивал, полез в карман за сигаретами, чтобы угостить, но обнаружил, что пачка пуста.
Ему оставалось лишь неловко потирать руки.
— Да-да, вы правы, просто пытаюсь заработать на кусок хлеба, только и всего.
Как раз когда домовладелец собрался продолжить ругань, из-за его спины раздался холодный голос:
— Если он не разбирается в снаряжении, то в этом мире вообще никто не смеет называть себя бойцом Арены!
Домовладелец осекся и резко обернулся.
Там стояла Чу Ин, скрестив руки на груди. Она смотрела на него ледяным взглядом, и в ее осанке было столько властности, будто это он задолжал ей денег.
— Ты еще кто такая?
Домовладелец почувствовал, как по спине пробежал холодок.
Чу Ин даже не взглянула на него, ее взгляд был прикован к Линь Шэну, но слова предназначались домовладельцу:
— Сколько он тебе должен? Я заплачу.
У Линь Шэна затрещала голова, он принялся отчаянно махать ей руками.
— Эй, эй, ты чего? Уходи отсюда, живо!
Сказав это, он тут же вернул на лицо подобострастную улыбку и придвинулся к домовладельцу.
— Брат Ван, не обращайте внимания, у этой девчонки с головой не всё в порядке, не судите строго.
Чу Ин, словно не слыша его, достала телефон и снова холодно спросила:
— Я спрашиваю: сколько месяцев аренды он задолжал?
Толстяк-домовладелец сам не понял почему, но под взглядом этой семнадцатилетней девушки почувствовал себя неуютно. Его пыл мгновенно угас.
— Ч-четыре месяца... Всего сорок тысяч.
— Доставай телефон.
Тон Чу Ин не допускал возражений.
Домовладелец машинально вытащил смартфон.
Чу Ин приложила свой телефон к его устройству.
Секунду спустя раздался звуковой сигнал: домовладелец посмотрел на экран и увидел, что на его счет поступило сорок тысяч.
Лицо Линь Шэна изменилось, он бросился вперед и схватил домовладельца за руку.
— Брат Ван! Я правда не знаю эту девицу! Вы не можете брать её деньги!
— Отвали!
Домовладелец оттолкнул Линь Шэна, на его лице снова заиграла презрительная ухмылка.
— Ха, не знаешь, а она за тебя платит? Парень, да ты хорош, недурно устроился.
Он снова оглядел мастерскую и предупредил:
— Деньги я взял, но чтобы в лавке стало чище! Иначе всё равно вышвырну вас обоих!
Сказав это, толстяк, не обращая внимания на протесты Линь Шэна, довольный, спрятал телефон и ушел.
Перед рольставнями Чу Ин стояла, уперев руки в бока и слегка выпятив грудь.
Словно маленький львенок, выигравший схватку и ожидающий похвалы.
— У тебя с головой всё в порядке?
Линь Шэн говорил сквозь зубы, сдерживая гнев.
— А?
Чу Ин замерла, она совсем не ожидала такой реакции.
— Я же помогла тебе! Неужели нельзя быть хоть немного вежливее?!
— Я тебя об этом не просил.
Бросив это, Линь Шэн отвернулся и, не обращая на нее внимания, принялся раскладывать инструменты, готовясь к открытию.
Чу Ин не ушла, а наоборот, вошла внутрь.
Она оглядывала узкое помещение, её тонкие пальцы скользнули по засаленному шлифовальному станку.
— Хм... Этот станок, кажется, модель двадцатилетней давности? Такое оборудование давно пора списать.
— Денег нет, купил это старье на последние гроши.
Линь Шэн выудил из ящика помятую сигарету, сунул в рот, но не стал прикуривать.
Чу Ин побродила по мастерской и в итоге подошла к стойке.
— Чего ты опять хочешь? Тебе разве не в школу? — нетерпеливо спросил Линь Шэн.
— Меня уже зачислили в Высший университет Арены города Линхай.
В голосе Чу Ин проскользнула едва уловимая гордость.
— Ха-ха... Ну, тогда поздравляю.
Линь Шэн про себя чертыхнулся: ну что за девица, привязалась, как муха.
— Сколько бы раз ты ни просила, я не буду с тобой соревноваться.
Это было его последнее предупреждение.
Клац!
Глухой металлический звук прервал его речь.
Чу Ин положила на стойку длинный черный футляр для клинка.
— Я пришла не для того, чтобы звать тебя на бой. Хочу кое-что показать.
Линь Шэн замолчал.
Он смотрел на знакомый футляр: царапины, потертости на углах — каждая деталь была выжжена в его памяти.
— Сюрприз, Линь Шэн!
Глаза Чу Ин сияли.
Линь Шэн молчал, сигарета выпала у него изо рта.
— Мой отец задействовал кучу связей, чтобы выкупить его из хранилища соревнований!
Линь Шэн медленно поднял руку, его пальцы дрожали.
Он открыл защелки футляра. Внутри лежал тактический длинный клинок, полностью черный.
Светопроводящие линии на лезвии погасли, но его острая грань, казалось, могла рассечь воздух.
Его рука легла на холодную рукоять — знакомое ощущение, изгиб, идеально ложащийся в ладонь.
Будто этот клинок был продолжением его собственного тела.
«Мо Сюань»...
Он почти забыл это имя.
Боевое снаряжение — это напарник бойца, единственная опора на поле боя.
А Линь Шэн собственноручно бросил своего напарника, как бросил и поле боя, которое когда-то так любил.
Вжух!
Линь Шэн резко захлопнул футляр, с такой грубостью, будто хотел сломать его.
Лицо Чу Ин изменилось.
— Ты... что ты делаешь?! Ему же больно! Это ведь твой лучший боевой товарищ!
— Я уже сказал.
Линь Шэн больше не смотрел на клинок, пододвинув его к краю стойки.
— Это просто груда металлолома.
— Как ты можешь такое говорить...
В голосе Чу Ин дрожали слезы.
— Госпожа Чу, ты преследуешь меня уже целый месяц.
Линь Шэн окончательно потерял терпение и повернулся к ней лицом.
— Я не знаю, откуда ты узнала обо мне и чего именно хочешь добиться, но, пожалуйста...
— Сразись со мной! Всего один раз!
Она внезапно перебила его, голос звучал резко и отчаянно.
— Всего один бой! Выиграешь, проиграешь — неважно! После этого обещаю, что больше никогда не буду тебя беспокоить!
Заготовленная речь Линь Шэна застряла у него в горле.
Он смотрел на девушку: в её глазах больше не было высокомерия, только упрямая мольба.
— Всего один раз... Пожалуйста.
Голос Чу Ин смягчился, в нем прозвучала просьба, которую она сама не осознавала.
Линь Шэн смотрел на нее несколько секунд, затем тяжело вздохнул и сдался.
— Сразу предупреждаю: не факт, что ты найдешь во мне то, что ищешь.
Услышав это, глаза Чу Ин вспыхнули, она чуть не подпрыгнула на месте.
Линь Шэн тут же приложил палец к губам, понизив голос:
— Тише, сестра спит.
Чу Ин поспешно прикрыла рот руками, энергично закивала, её глаза превратились в полумесяцы.
Линь Шэн лишь покачал головой.
В конце концов, она только что заплатила за него сорок тысяч аренды.
Пусть будет так, поиграю с ней.
— Где? — без сил спросил Линь Шэн.
— В... в тренировочном центре Арены неподалеку! Я уже всё забронировала!
Восторженно прошептала она.
У Линь Шэна дернулось веко:
— Ты что, каждый день бронировала?
— Ну да, — с полной уверенностью ответила Чу Ин. — Я ведь не знала, в какой день ты согласишься, поэтому сразу оплатила полгода.
— Да твою ж...?!
Линь Шэн как раз поднес стакан с водой, чтобы сделать глоток, и чуть не выплюнул всё содержимое.
Он закашлялся.
Бронь тренировочного центра стоит несколько тысяч в день, а эта транжира оплатила сразу полгода?!
http://tl.rulate.ru/book/172939/13483713
Готово:
