21 декабря 2001 года Лу Куань сидел в квартире Чжуан Сюя и корпел над тестами.
Математика уровня провинции Цзянсу заставила его попотеть, но английский, литература и история не вызвали проблем.
Февральские экзамены в Пекинскую киноакадемию (BFA) не требовали особой подготовки. Для выпускника режиссерского факультета Университета Южной Калифорнии (USC) из прошлой жизни четыре тура испытаний были легкой прогулкой.
Режиссерский факультет BFA набирал в среднем 10–15 человек в год. Конкуренция была жесткой.
Первый тур — теория искусства и общие знания. Второй — свободное изложение мыслей о кино, мечтах и планах.
Третий тур — профессиональный. Анализ произведений искусства (живопись, музыка), композиция, эстетика. Затем — сочинение истории на заданную тему (проверка способности структурировать и излагать мысли).
Четвертый тур — эссе на заданную тему, обсуждение творческих вопросов и актерский этюд. Именно здесь отсеивали лишних и выбирали таланты.
Сейчас маленький даос бился над стереометрией. Это была единственная часть математики, где у режиссера было преимущество — пространственное воображение.
Зазвонил телефон. Чжан Цзичжун.
— Мастер Лу, водитель заедет за вами после обеда? Не откажите в любезности!
Он «осаждал» Лу Куаня уже неделю, умоляя «пощупать пульс» (погадать) одной молодой актрисе из его агентства.
Убедившись в пророческом даре Лу Куаня на съемках «Героев Кондора», даже такой скептик не устоял перед соблазном заглянуть в будущее.
Топ-продюсер страны предложил 200 тысяч юаней за консультацию, чтобы уговорить даоса с горы Маошань.
— Режиссер Чжан, я не набиваю цену, просто в этом нет нужды! С вашей поддержкой у нее и так будет блестящее будущее.
— Хе-хе, — рассмеялся Чжан в трубку. — Дело не во мне. Ее крестный отец наслышан о вас и настаивает на встрече. Считайте это легкими деньгами за чашкой чая!
Лу Куань, немного подумав, согласился. Он прекрасно знал, о ком идет речь.
Агентство «Красная звезда» (Hongxing Wu) было зарегистрировано Чэнь Цзиньфэем еще в 1995 году. Мотивы создания были неясны — тогда у магната недвижимости не было причин лезть в кино.
Лишь когда его крестница вернулась в Китай, чтобы стать актрисой, в состав акционеров вошли Чжан Цзичжун (с его ресурсами) и Лю Сяоли (мать и опекун несовершеннолетней).
Когда слуга ввел Лу Куаня в роскошную виллу, Чжан Цзичжун пил чай с Чэнь Цзиньфэем и Лю Сяоли.
— Мастер Лу! Добро пожаловать! — Чэнь Цзиньфэй с улыбкой пожал ему руку.
Чжан Цзичжун представил их. Лю Сяоли отнеслась к «маленькому святому», которого так расхваливал продюсер, прохладно. Она выросла в интеллигентной семье и не верила в мистику.
Чэнь Цзиньфэй тоже с интересом разглядывал парня. Светлый кэжуал-пиджак, кроссовки... Для 2001 года это было слишком модно. В индустрии гаданий, как и в медицине или юриспруденции, возраст — залог доверия.
Этот «Мастер Лу» больше походил на стильного денди, чем на мага.
Лу Куань кивнул присутствующим и многозначительно посмотрел на Чжана:
— Режиссер Чжан, вы передали им мое условие?
— Да-да, конечно. Сегодня у нас исключительно бизнес-консультация. Ничего личного, — подхватил Чжан Цзичжун.
Лю Сяоли мысленно фыркнула. Типичный шарлатан: и деньги взять хочет, и вид делает, что он выше этого.
Чэнь Цзиньфэй перешел к делу:
— Мастер Лу, вот бацзы (восемь иероглифов рождения) Ифэй.
Лу Куань даже не взглянул на листок:
— Девочки сегодня нет дома?
— Неужели мастер владеет искусством чтения по лицу (физиогномикой)? — насторожился Чэнь Цзиньфэй.
Он был из первой волны китайских нуворишей. Начал бизнес в 1987-м, в 90-м рванул на Хайнань заниматься недвижимостью. Скопил капитал, стал членом НПКСК. В прошлом году его состояние оценили в 226 миллионов долларов — он попал в список Forbes.
Он видел много «мастеров», но такого, кто даже не пытается изображать из себя даоса, — впервые.
С другой стороны, парадоксально, но именно отсутствие мистического антуража заставляло верить, что за этим что-то есть.
Видя их лица — уверенное, сомневающееся и презрительное — Лу Куань усмехнулся про себя.
— Лю Ифэй меняла имя, поэтому бацзы могут быть неточны. Лучше увидеть человека вживую.
Лю Сяоли и Чэнь Цзиньфэй переглянулись и уставились на Чжан Цзичжуна. Тот помотал головой: «Я не говорил».
Магнат заинтересовался:
— Верно. Мастер Лу, может, пока дадите пару советов? Она скоро вернется с занятий.
Лу Куань притворно вздохнул:
— Ну что ж. Некоторые вещи и правда лучше говорить без нее.
— В ее бацзы в столпе года (дворец родителей) Небесный ствол — «Грабитель богатства», а Земная ветвь — «Прямая печать».
— «Грабитель богатства» неблагоприятен для отца, «Прямая печать» — для матери. Она ведь с детства живет с госпожой Лю и ближе к ней, верно?
Не давая побледневшей Лю Сяоли вставить слово, он продолжил:
— Это по году. Теперь месяц.
— Небесный ствол — Земля (У), это «Дух наслаждения» (Ши-шэнь). Земная ветвь — Металл (Шэнь), это «Склонность к богатству». Типичная структура «Ши-шэнь порождает богатство».
— Такая судьба ведет в искусство: актеры, режиссеры, писатели. Но она также привлекает споры и сплетни.
В шоу-бизнесе сплетни неизбежны. Все немного расслабились.
Лю Сяоли с облегчением выдохнула:
— Она сама выбрала этот путь, мы волновались. Теперь спокойнее.
Люди слышат то, что хотят слышать.
Чэнь Цзиньфэй спросил:
— Мастер, есть еще что-то важное?
— Есть. Но она еще мала, не стоит слишком беспокоиться. Судьба не высечена в камне, многое зависит от личного магнитного поля и удачи.
Он что-то начертил на бумаге:
— В ее дневном столпе есть признаки «Овечьего ножа» (Ян-жэнь) и «Ша Одинокого феникса» (Гу-луань). Это плохие знаки для брака.
Лю Сяоли встревожилась:
— Как это исправить?
http://tl.rulate.ru/book/172117/13048610
Готово:
