Глава 40: Гамбит Философского камня
Шон опустился на скамью Слизерина в Большом зале и тяжело выдохнул. Схватил нож и вилку, принялся за еду. Всё послеобеденное время он убил на эссе по зельеварению, вымучив жалкий абзац. Это вымотало его не меньше, чем полноценное занятие в Клубе зельеварения. Желудок урчал требовательно и громко.
Блейз Забини, сидевший напротив, посмотрел на него и покачал головой.
— Ты сейчас выглядишь уставшим сильнее, чем перед экзаменами.
— Выбора нет, — пробормотал Шон с набитым ртом. Поперхнулся, закашлялся, стукнул себя в грудь и запил тыквенным соком. — Эссе, которое требует Снейп, — серьёзная вещь. Высокие стандарты. Хочу закончить быстро, вот и вкалываю.
Блейз подался вперёд.
— Это эссе правда может попасть в «Золотой Тигель»?
— Не факт, но возможно, — пожал плечами Шон.
На лице Блейза промелькнуло благоговение — наполовину к самому журналу, наполовину к другу.
Шон перехватил его взгляд и усмехнулся.
— Хватит пялиться, противно. Я ем.
— Это же «Золотой Тигель»! Самый престижный журнал по зельеварению! — воскликнул Блейз. — Мама выписывает его каждый месяц. Мой лучший друг может там опубликоваться!
Шон рассмеялся, мотнув головой.
— Веди себя нормально, а? Ничего ещё не решено. Если текст окажется слабым, его просто не возьмут. Ты уже заранее радуешься.
— Мы оба первокурсники, а ты уже на таком уровне, — сказал Блейз. — Это ненормально.
— Просто повезло, — отмахнулся Шон.
Блейз хмыкнул, не убирая дурашливой улыбки, от которой у Шона пропал аппетит. Он оставил половину жареной курицы недоеденной.
После обеда Шону захотелось свежего воздуха. Он вышел в маленький сад Хогвартса, где прохладный ветерок приятно остужал голову. Там он заметил, как Снейп прижал Гарри к стене и что-то резко ему выговаривал.
Снейп пугал Гарри, чтобы уберечь от Квиррелла и Волдеморта, или просто вымещал старую злобу? Скорее и то и другое, подумал Шон. Отношения Снейпа к Гарри были сложным клубком — всегда жёсткие, грубые, но при этом яростно защитные, вплоть до готовности отдать жизнь.
Шон тихо вздохнул. Снейп хорошо к нему относился, и видеть, как его снова убивает укус Нагайны, не хотелось. После всей боли, которую этот человек пережил, он заслуживал покоя.
Он проводил взглядом Гарри, Рона Уизли и Гермиону, которые, понурив головы, спешили обратно в замок. Сегодня ночью, знал Шон, они, скорее всего, отправятся за Философским камнем. План был готов. Он перестал наблюдать и подошёл к Снейпу.
— Профессор, эссе уже больше чем наполовину готово, — сказал он. — Завтра или послезавтра принесу.
— Будь тщателен, — отрезал Снейп, взмахнув мантией. — Я не приму поспешную, неряшливую работу.
— Не беспокойтесь, всё под контролем, — ответил Шон.
Снейп удалился, не сказав больше ни слова.
Шон ещё немного побродил по территории, позволяя напряжению уйти, а потом вернулся в почти пустую библиотеку и продолжил дописывать эссе.
После ужина он поднялся в спальню, заявив, что устал. Закрыл дверь, изобразил сон.
Бросил кусок еды Кулкан, всё ещё дремавшей, свернувшись кольцом, переоделся в лёгкую одежду и мягкие кроссовки. Пристегнул к поясу кошель с девятью зельями, наложил Чары маскировки, сливаясь с тенями, и выскользнул из гостиной, направляясь к четвёртому этажу, где Флаффи охранял люк.
Коридоры были тихими. Большинство учеников после ужина оставались в гостиных — болтали, играли. Призраки сейчас редко бродили, а Пивз, боявшийся Кровавого Барона, к Шону и близко не подойдёт.
Он добрался до коридора четвёртого этажа. Дверь была приоткрыта. Изнутри доносилось тяжёлое дыхание и низкое рычание — Флаффи не спал.
Хорошо, что я подготовился, подумал Шон.
Он достал из кошеля музыкальную шкатулку, открыл её и просунул в щель двери. Вскоре рычание сменилось громким храпом. Шон толкнул дверь, увидел три поникшие головы пса и подошёл к люку. Поднял крышку и прыгнул вниз.
Ноги мягко приземлились на что-то живое — Дьявольские силки. Прежде чем лианы успели обвить его, Шон взмахнул палочкой, осветив растение ярким светом. Силки отпрянули, и он провалился дальше.
Замедляя падение Заклятием левитации, Шон осветил палочкой обожжённые лианы и следы разного размера. Гарри, Рон и Гермиона уже прошли здесь.
Я торопился, думал обогнать их, а в итоге опоздал? — подумал он. Лишь бы не слишком поздно. Упустить шанс на Волдеморта было бы обидно.
Шон двинулся дальше, подгоняемый спешкой.
Он вошёл в комнату с крылатыми ключами. Нужный ключ уже торчал в замке. Отмахнувшись палочкой от остальных, Шон открыл дверь и ступил на гигантскую шахматную доску. Рон лежал сбоку без сознания. Шон проверил — жив, просто вырублен — и пошёл дальше.
Через пару шагов он увидел, как Гарри и Гермиона подходят к комнате с троллем и собираются войти в зал с зельями.
— Гарри! Гермиона! — окликнул он.
Гарри и Гермиона замерли и обернулись в комнате тролля.
Шон шагнул ближе, зажав нос. Воздух был отвратительным — тяжёлый запах тролля смешивался с резкой вонью крови. От этого мутило.
Кровь…
Шон взглянул на тролля и застыл. Тот не просто был оглушён. Голова была размозжена, мозги и плоть разлетелись по стене, словно на холсте безумного художника. Череп над глазами превратился в месиво.
Так жестоко, подумал Шон. Разве этот мир изначально не был для детей? Даже фильмы шли с рейтингом PG. В книгах головы взрывались?
С того момента, как он попал в волшебный мир, всё казалось неправильным. Дед Гидеон изгнал его дядю одним криком, без палочки. Магия в старом блокноте Гидеона была страннее всего, что он мог вообразить.
В школе Джейсон, третьекурсник Слизерина, владел Щитовыми чарами на уровне, которого многие взрослые волшебники не достигали. В Косом переулке Шон видел двух авроров, двигавшихся как элитные солдаты. А карманные часы, подаренные Гидеоном? Их сила казалась почти запредельной.
Шон списывал всё на странности, но изуродованный тролль перевернул картину. Этот мир был темнее. Магия — более дикой и опасной. Сильных заклинателей оказалось куда больше, чем он думал.
Если бы это был фильм, рейтинг был бы R, а не PG-13. Тёмный. Опасный…
Шон мотнул головой, возвращаясь в реальность.
Некогда размышлять.
— Гарри, Гермиона, что вы здесь делаете? — спросил он.
— Мы… — начал Гарри, бросив взгляд на Гермиону, неуверенно.
Они замялись. Говорить, что идут останавливать Снейпа, который хочет украсть Философский камень? Снейп — наставник Шона. Вдруг он не поверит?
— Ладно, забудьте, — сказал Шон. — Каков ваш план дальше?
— Мы идём глубже, — ответила Гермиона.
— Отлично! — кивнул Шон. — Я с вами.
— Но… — Гарри замялся.
Шон вспомнил: они считают, что Снейп охотится за камнем. Неудивительно, что они насторожены — он же слизеринец, близкий к Снейпу.
Он изобразил панику.
— Быстрее, вы двое! Когда я сюда пришёл, увидел, как Снейп и Макгонагалл патрулируют снаружи. Если замешкаемся, нас поймают — и тогда нам конец!
— Снейп? — широко раскрыл глаза Гарри.
Гарри и Гермиона переглянулись, в глазах мелькнуло замешательство. Если Снейп снаружи, то кто внутри? Кто обманул Хагрида насчёт Флаффи? Кто убил единорога ради крови? Кто охотится за Философским камнем?
Они доверяли Шону. Он был слизеринцем, но из хороших. И всё же до сих пор избегали его, думая, что Снейп — вор.
— Шон, Снейп правда снаружи? Профессор Снейп? — спросила Гермиона.
Шон кивнул, изображая недоумение.
— Он с Макгонагалл. Такое не подделать, верно?
— Если Снейп снаружи, то кто здесь? — сказала Гермиона.
Гарри посмотрел на неё мрачно.
Слова Шона не сняли подозрения с Снейпа полностью, но сомнения ослабели.
— Кто бы это ни был, мы его остановим! — твёрдо сказал Гарри, глядя на Шона. — Идём с нами. По дороге объясню.
— Понял! — ответил Шон.
Они втроём вышли из комнаты тролля и поспешили по короткому коридору. Гермиона быстро рассказала Шону суть дела, а он кивал, будто слышал впервые. Они вошли в зал с зельями. Едва переступили порог, как впереди взметнулось чёрное пламя, а позади — фиолетовое, отрезая путь назад.
— Смотрите! — воскликнула Гермиона, заметив семь бутылок и пергамент. Она схватила бумагу. — Это загадка. Три бутылки с ядом, две с вином, одна проведёт через чёрное пламя, одна — через фиолетовое. Дайте минуту, я решу.
Гермиона принялась внимательно изучать пергамент.
Но Шон шагнул вперёд и начал по очереди принюхиваться к каждой бутылке.
Он взял самую маленькую.
— Здесь Зелье огнеупорности, — сказал он. — Именно то, что нам нужно.
Гермиона замерла.
— Откуда ты знаешь? Разве не нужно решить загадку?
Шон ухмыльнулся.
— Я что, зря зельеварение учил? — Он указал на бутылки. — Эти две — вино. Эти три — не яд, а сильное снотворное, вроде Сонного зелья живой смерти. Вон то — успокаивающее. Ни одно из них не поможет с огнём. А вот это, у меня в руке, — Зелье огнеупорности.
— Откуда ты знаешь, что это именно огнеупорное? — недоверчиво спросила Гермиона.
Шон достал из своего кошеля флакон, жидкость в котором была идентична содержимому маленькой бутылки.
— Я принёс своё собственное Зелье огнеупорности. Я знаю, как оно пахнет.
http://tl.rulate.ru/book/172069/13074175
Готово:
