Глава 14: Зельеварение!
— Блейз, ты неправильно прочитал расписание! — простонал Шон, потирая висок, пока они стояли у двери класса зельеварения; холод подземелий пробирался под мантии.
Блейз пожал плечами, виновато, но без раскаяния улыбаясь.
— В любом случае, мы не опоздали, просто пришли чуть раньше. Может, посидим в классе и подождём?
— Ты забыл, что это за урок?
Блейз открыл рот, замер, и до него наконец дошло.
— Погоди… это же… урок нашего декана, да?
Шон кивнул, уже раздражённый.
— Да, это зельеварение.
У Блейза поубавилось бравады.
— Ну… мы же слизеринцы, а не гриффиндорцы. Прийти пораньше — не проблема… правда?
Даже среди собственных учеников Слизерина дрожь пробегала при мысли об уроке профессора Северуса Снейпа. Его ледяной взгляд и ядовитый язык не щадили никого — ни чужих, ни своих.
При его появлении даже взрывохвостый скрют мог бы пересмотреть свои жизненные приоритеты.
Блейз кашлянул, неловко переминаясь с ноги на ногу.
— Может, вернёмся ненадолго в Большой зал?
Шон задумался, потом покачал головой.
— Нет, мы уже здесь. Зайдём, сядем, может, книгу откроем. Если Снейп решит нас опросить, я хотя бы отработаю часть долга по баллам.
— Извини, — пробормотал Блейз. — Больше не повторится.
— Не страшно. За то, что пришли раньше, он баллы не снимет. — Голос Шона понизился до шёпота. — Наверное.
Он втайне надеялся, что Снейпа вообще нет. Толкнув тяжёлую дверь, они вошли в класс зельеварения; воздух был густым от запаха бурлящих котлов и прелых трав.
Но профессор был там — возвышался за кафедрой, с хирургической точностью нарезая ингредиенты. Его пустые глаза мгновенно метнулись к скрипнувшей двери, пригвоздив Шона и Блейза, точно мотыльков под стеклом. Оба замерли; по спинам пробежал холодок.
Он здесь.
Челюсть Блейза беззвучно шевельнулась. Шон сглотнул и шагнул вперёд.
— Профессор, мы ошиблись со временем и пришли слишком рано. Мы хотели бы подождать здесь, но если мы вас беспокоим, выйдем, пока урок не начнётся.
Взгляд Снейпа задержался; по лицу мелькнуло узнавание — вероятно, он вспомнил вчерашний инцидент с баллами. Уголок глаза дёрнулся, но голос остался ровным, лишённым эмоций.
— Как пожелаете.
Он вернулся к измельчению ингредиентов; ритм пестика был ровным, как биение сердца. Блейз уже метнулся к задней парте и бросил на Шона облегчённый взгляд. Шон двинулся следом, но вдруг остановился — в голове вспыхнула дерзкая мысль.
Под изумлённым взглядом Блейза он развернулся к Снейпу.
— Профессор, можно мне попробовать?
Снейп замер, глаза сузились.
— Работа с ингредиентами требует терпения, сосредоточенности и точности. Испортите — потратите мои материалы, и я сниму баллы даже со Слизерина.
Шон выдержал взгляд, не дрогнув. Всё, что он знал о Снейпе, пришло из рассказов прошлой жизни — через призму глаз Гарри Поттера. Но как слизеринец он видел и другую сторону: холодность профессора чуть оттаивала для своих.
Ледяная стена оставалась, но подо льдом таилось терпение.
— Профессор, я изучал зелья ещё до начала семестра, — сказал Шон. — Я не эксперт, но зелье от фурункулов знаю хорошо — змеиные клыки, иглы дикобраза и всё остальное.
Он не блефовал. Старый блокнот деда Гидеона, наполовину заполненный рецептами зелий, стал его летней одержимостью.
Страсть Гидеона к зельеварению могла соперничать со страстью самого Снейпа, и Шон впитал каждую строчку.
Руки Снейпа замерли при упоминании зелья от фурункулов. Он внимательно посмотрел на Шона, затем отступил, молча уступая место за кафедрой и инструменты.
Шон бросил взгляд на Блейза — у того отвисла челюсть — и взялся за пестик. Спокойными движениями по часовой стрелке он начал измельчать змеиные клыки; лёгкий хруст разнёсся по тихой комнате.
Снейп наблюдал, скрестив руки, пока Шон превращал клыки в идеально равномерный порошок.
Когда Шон перешёл к иглам дикобраза и начал аккуратно их подрезать, Снейп едва заметно кивнул, после чего развернулся и вышел из класса; чёрные мантии взметнулись, точно грозовая туча.
Блейз подскочил к Шону, разглядывая пот, выступивший на лбу друга. Он молчал, наблюдая за работой с новым уважением.
Сначала Блейз подошёл к Шону из-за его смелости — ударить Драко Малфоя было не шуткой. Но сегодня выдержка Шона на трансфигурации привлекла внимание Самуэля, пятикурсника-префекта, почуявшего в нём потенциал. А теперь это? Оценка Блейза в отношении друга поднялась ещё выше.
На кафедре громоздились ингредиенты — змеиные клыки, иглы, сушёная крапива. Снейп управился бы за минуты, но Шон, хоть и был тщателен, не обладал скоростью профессора.
Пока он работал, в класс потянулись гриффиндорцы и слизеринцы; болтовня стихла, едва они заметили Шона за кафедрой.
Гарри и Рон, не держа зла, уставились с восхищением. Глаза Гермионы загорелись — ей явно хотелось присоединиться.
Драко и Майлз Булстроуд, напротив, нахмурились; лица их потемнели от того, что Шон оказался в центре внимания. По классу поползли шёпоты, пока Снейп не вернулся — мантии взвились драматично.
Он осмотрел работу Шона; выражение лица оставалось непроницаемым.
— Ингредиенты обработаны на образцовом уровне, — объявил он, голос низкий, но отчётливый. — Я рад обнаружить подобную компетентность на уроке Слизерина. Десять баллов Слизерину.
Шон слегка кивнул; в груди шевельнулось удовлетворение.
Он спустился с кафедры, присоединился к Блейзу и потёр ноющее запястье — тяжесть пестика всё ещё ощущалась в ладони. Первый день, а я уже набираю баллы — трансфигурация, теперь зелья. Впереди чары.
Пока он прикидывал следующий шаг, Снейп повернулся к классу; взгляд его хищно впился в Гарри Поттера.
Точно как в старых рассказах, начался допрос; каждый вопрос — шип, нацеленный распутать Мальчика-Который-Выжил.
Когда-то Шон гадал, не слишком ли жёстко прошлая жизнь изобразила вражду Снейпа и Гарри.
Может, придирки к Гарри — недоразумение, окрашенное взглядом самого Гарри. Снейп ведь защищал его, даже пожертвовал собой в тех историях — ненависть не могла корениться только в матери Гарри, Лили Эванс.
Но сидя рядом с Гарри в классе зельеварения, в тяжёлом от пара котлов воздухе, Шон поймал взгляд Снейпа.
Сырая ненависть и горечь в этих пустых глазах разнесли его надежды в пыль. Преданность Снейпа сыну Лили не стирала отвращения к наследнику Джеймса Поттера.
Шон внутренне вздохнул; холод подземелья пробрался в кости. Это не его битва — и не его раны залечивать. Шрамы от подростковой жестокости Джеймса Поттера врезались в Снейпа слишком глубоко.
Для мира Джеймс был героем, мучеником, бросившим вызов Волдеморту и погибшим за семью. Для Снейпа — высокомерным мучителем юности, а Гарри нёс тяжесть той обиды.
— Гарри Поттер… — голос Снейпа скользнул по комнате, мягкий, но пропитанный ядом.
Он сжал список присутствующих; глаза впились в Гарри.
— Ах да… легендарный спаситель, знаменитость.
Драко Малфой, окружённый Гойлом и Крэббом, хихикнул со стороны слизеринцев.
Как сын союзника Снейпа, Драко мог нарушать правила в этом классе, не вызывая ни тени гнева профессора. Шон взглянул на него без интереса. Избалованный, самодовольный — и не стоит времени, пока не полезет.
Снейп прошёл к передним партам; чёрные мантии взметнулись.
— Вы здесь, чтобы овладеть точным искусством зельеварения — наукой, а не глупым размахиванием палочкой.
Многие не видят в этом магии. — Голос сочился презрением. — Я не жду, что вы постигнете прелесть дымки над бурлящим котлом…
После короткой лекции взгляд Снейпа снова метнулся к Гарри; тот встретил его вызывающе.
— Поттер! — Снейп спустился с кафедры, нависая над ним. — Что получится, если добавить порошок корня асфоделя к настою полыни?
Лицо Гарри сморщилось от растерянности.
Слова по отдельности были понятны, вместе — тарабарщина. Гермиона рядом вскинула руку, горя желанием проявить себя, но Снейп не замечал её; глаза буравили Гарри.
— Я… я не знаю, сэр, — запнулся Гарри.
Губы Снейпа искривились в насмешливой гримасе.
— Ц-ц-ц, слава, похоже, не даёт всезнания. Попробуем ещё раз. Поттер, где можно найти безоар?
— Не знаю, сэр.
Голос Гарри напрягся; под сдержанностью закипала злость. Снейп продолжал безжалостно.
— Третий вопрос, мистер Поттер, который явно не открывал учебник. В чём разница между аконитом и волчьей отравой?
Гермиона вскочила, рука взлетела вверх, отчаянно желая ответить, но Снейп не отводил взгляда. Раздражение Гарри перехлестнуло.
— Не знаю, сэр! Думаю, Гермиона или кто-то другой знает, почему бы вам не спросить их?
Снейп отступил; в глазах мелькнул торжествующий блеск, точно он выиграл дуэль.
— Мистер Булстроуд, — тихо произнёс он, — просветите Поттера.
Шон замешкался, не желая вмешиваться. Гарри был добр к нему, даже помог в драке с Гойлом и Крэббом. Отвечать казалось предательством друга.
Но не успел он подняться, как вскочил другой — Майлз Булстроуд.
Взгляд Снейпа метнулся к Майлзу; тот застыл под его тяжестью. Лицо покраснело, потом побледнело; рот открывался и закрывался, точно у выброшенной на берег рыбы.
— Профессор, простите, — пробормотал он, опускаясь обратно.
— Простите? — прошипел Снейп. — Это ваш ответ, мистер Булстроуд? Как декан Слизерина я глубоко разочарован.
Плечи Майлза поникли. Он ослышался, решив, что зовут его, вспомнил работу Шона у котла и не смог ответить. Унижение накрыло его. Взгляд метнулся к Шону — полный неправедной обиды.
— Сядьте, мистер Булстроуд, — рявкнул Снейп.
— В следующий раз хотя бы пролистайте учебник — в отличие от некоторых прославленных гриффиндорцев.
Он повернулся к Шону.
— Булстроуд… Шон. Ответьте на вопросы.
Шон поднялся — больше тянуть было нельзя.
— Порошок корня асфоделя в сочетании с настоем полыни даёт Сонный эликсир Живой смерти — мощное снотворное зелье. Безоар находится в желудке козы — сильнейшее противоядие. Аконит и волчья отрава — одно и то же растение, также известное как аконит.
— Отлично, — протянул Снейп низким голосом; взгляд скользнул от Гарри к Гермионе, затем остановился на Шоне. — Точный и исчерпывающий ответ. Пять баллов Слизерину.
Взгляд его обострился, впился в Гарри.
— Поттер! Ваша дерзость — говорить не по очереди — стоит Гриффиндору одного балла. А мисс Грейнджер — вставать без разрешения? Ещё один балл с Гриффиндора. В следующий раз сдерживайте рвение демонстрировать свои поверхностные знания, когда вас не спрашивают.
Челюсть Гермионы отвисла; глаза расширились от неверия, но Снейп уже отвернулся; чёрные мантии закружились вихрем. Он прошёл к кафедре; тихое шипение котлов наполнило мрачный воздух подземелья. Игнорируя ошеломлённое молчание Гермионы, он начал урок о зелье от фурункулов.
http://tl.rulate.ru/book/172069/12994668
Готово:
