Международный автодром Цзянчэня.
Наступила ночь. Огромные прожекторы заливали трек ярким светом, превращая его в остров жизни посреди тьмы. Обычно в это время автодром уже закрыт, но сегодня здесь было многолюднее, чем днем. Потому что уродливый «Промышленный Франкенштейн» всё еще нарезал круги.
У края трассы Толстяк, обливаясь потом, орал в камеру смартфона:
— Братья! Я — Толстяк! Сейчас десять вечера по Пекину! Эта машина, над которой смеялась вся сеть, несется без остановки уже восемь часов!
Чат стрима кипел:
[Диванный гонщик]: «Автор, не вешай лапшу! Это запись! Ни один электрокар не сможет валить восемь часов подряд на скорости двести километров в час!»
[Владелец Тесла]: «Вот именно! Моя Model S на трассе дохнет через три часа. У него там что, ядерный реактор в багажнике?»
[Прохожий]: «Стопудово мухлюют! Наверняка меняют машины в тени!»
Толстяк перевел камеру на трек.
Вж-ж-жух! (Никакого рева, только свист ветра и шуршание шин).
Машина-призрак, покрытая шрамами сварки, вновь пронеслась мимо главной трибуны на скорости 220 km/h. Темп был пугающе стабильным. Траектория в каждом повороте была выверена с точностью до миллиметра, будто за рулем сидел киборг.
В каком-то смысле так оно и было. Янь Лэй, не знающий усталости, вел машину с лицом живого автомата, ни разу не сменив позы за долгие часы.
В VIP-зоне Чжао, проигравший дневной заезд, судорожно сжимал банку энергетика.
— Чжао, это... это же антинаучно, — Желтоволосый нервно сглотнул. — Ваша Феррари на полном баке проедет от силы четыреста километров. А этот гроб... он намотал уже тысячу шестьсот? Без дозаправки? Без зарядки?
Руки Чжао дрожали. Как знаток машин, он понимал значение происходящего лучше других. Если это убожество способно на такое, то его Феррари за восемь миллионов и все лимитированные гиперкары мира за одну ночь превратились в груду бесполезного металлолома.
Три часа ночи.
Интерес к трансляции не угасал, а только рос. Число зрителей перевалило за пятьдесят миллионов. Подтянулись западные техно-блогеры и эксперты, прорываясь сквозь «Великий файрвол». Хэштег #The_Ghost_Car возглавил мировые тренды.
Германия, Штутгарт, штаб-квартира Mercedes. Япония, Тойота-Сити. Гиганты, держащие в руках судьбу мирового автопрома, в экстренном порядке созывали инженеров и топ-менеджмент. Все они, затаив дыхание, смотрели на зернистую картинку из Китая.
— Невозможно! Абсолютно невозможно! — Главный инженер Toyota сорвался на крик, тыча пальцем в экран. — Согласно законам аэродинамики и сохранения энергии, даже если набить её литиевыми батареями под завязку, она должна была сдохнуть еще пять часов назад! Если только...
— Если только что? — прошипел президент компании.
— Если только они не совершили прорыв за пределы физики. Плотность энергии должна быть выше 5.000 Wh/kg... Но это бред! Такую батарею мог создать только Господь Бог.
Однако реальность на экране продолжала отвешивать ему звонкие пощечины.
Семь утра. Небо на востоке начало светлеть.
Машина всё еще бежала по кругу. Скорость не упала ни на йоту. Янь Лэй за это время выпил три банки энергетика, используя пустую тару для естественных нужд прямо на ходу. Его глаза налились кровью, но азарт не проходил.
Голос Толстяка окончательно охрип:
— Братья! Две тысячи километров! Мы пробили отметку в две тысячи! Вы понимаете? От Киото до Минчжоу на одном заряде! И педаль в пол!
Чат взорвался. Все сомнения испарились, сменившись бесконечными «Синхо — мощь!» и «Линь И — бог!».
У самой кромки трассы Линь И, всё в том же грязном комбинезоне, сидел на складном табурете и меланхолично ел лапшу быстрого приготовления. Рядом на корточках замер Су Му с ноутбуком, под глазами которого залегли черные тени.
— Босс, данные стабильны. Напряжение упало меньше чем на десять процентов. Это просто монстр...
— Янь Лэй, тормози, — внезапно скомандовал Линь И в рацию.
— А? Босс, она еще может! Тут заряда — вагон! — Су Му заволновался. — Давайте дотянем до трех тысяч, установим рекорд на века!
— Не нужно. — Линь И втянул лапшу и указал на трек. — Машина выдержит, человек — нет. И к тому же... — Его взгляд стал жестким. — Еще круг, и у нас полетят шины.
Скри-и-и-и!..
Под душераздирающий визг тормозов «Промышленный Франкенштейн», преодолевший за сутки 2.300 km в режиме бешеной гонки, замер у финишной черты. И ровно в момент остановки...
Ба-бах!
Переднее левое колесо лопнуло. Стертые в ноль слики наконец сдались, превратившись в лохмотья резины.
На мгновение воцарилась тишина. А затем стадион взорвался таким ревом и аплодисментами, что, казалось, задрожала сама земля. Сотни людей кинулись на трассу, желая прикоснуться к легенде. Чжао и его друзья-мажоры были в первых рядах — забыв о приличиях, они буквально ползали на коленях, пытаясь заглянуть под днище.
— Батарея! Покажите мне батарею! — кричал Чжао. — Что это за магия?!
Янь Лэй выбрался из кабины, пошатываясь от усталости, но с видом триумфатора. Линь И отставил пустую чашку из-под лапши и встал перед толпой и объективами камер.
— Дамы и господа. — Его голос был негромким, но благодаря микрофонам его услышал весь мир. Он похлопал рукой по истерзанному диску лопнувшего колеса. — Это второй продукт «Синхо Технолоджи» — твердотельная литий-воздушная батарея. Одна минута зарядки. Две тысячи километров пути. Она не горит, не взрывается и не боится ударов.
Линь И сделал паузу, глядя прямо в камеру, словно в глаза нефтяным магнатам и автомобильным королям по ту сторону океана.
— С сегодняшнего дня заправки становятся музеями. А машины на бензине могут отправляться прямиком на кладбище.
В этот миг мир замолк. Фьючерсы на нефть рухнули на двадцать процентов. Акции всех традиционных автогигантов разом достигли нижнего предела торгов.
В VIP-ложе автодрома Е Цинъюй смотрела на экран, где стоял этот человек — в мазуте, уставший, но сияющий как сверхновая.
— Безумец... — прошептала она, и на её губах заиграла восхитительная улыбка. — Но как же он мне нравится.
Она набрала номер.
— Соедините с финансовым отделом. Мы покупаем тот умирающий завод «Чжунтай»... впрочем, теперь он будет частью «Синхо Авто». И еще — организуйте мне встречу с руководством Госкомитета по развитию. Пора переписывать государственную стратегию развития энергетики.
Тем временем в одном из дворцов на Ближнем Востоке мужчина в богатых одеждах в ярости швырнул о стену золотой кубок. Принц Салман, контролирующий десятую часть мировых запасов нефти, тяжело дышал.
— Воздушная батарея? — В его глазах вспыхнула жажда крови. — Это не просто технология. Это попытка вырыть могилу всей моей семье. Выясните всё о Линь И. Если он не захочет договариваться... — Принц сделал красноречивый жест ладонью у горла. — Значит, он должен исчезнуть. Никто не смеет подрывать власть «черного золота». Никто!
http://tl.rulate.ru/book/171913/12912056
Готово:
