Маска едва успела опуститься в желудок, как бурный поток духовных частиц мгновенно разлился по телу, распространяясь вдоль его плоти. Раны заживали с поразительной скоростью, а на коже даже ускорился рост новых чешуек.
Со временем половина маски полностью растворилась в нём.
Ринко отчётливо ощущал: общий объём его реяцу увеличился более чем на одну десятую, а раны почти полностью затянулись.
— Начнём.
Ринко обернулся к стоявшей позади Неллиэль Ту Одельшванк. Та не стала жеманиться — раскрыла рот и в несколько глотков проглотила оставшуюся большую часть маски.
— Ринко уже стал сильным пустым. Я должна стать ещё сильнее, чтобы защищать его.
Наблюдая за схваткой Ринко с гигантским осьминогом-пустым, Неллиэль Ту Одельшванк ясно поняла: его боевая мощь уже превзошла её собственную.
И ещё она понимала — только став сильнее, они смогут выжить в этом мире, где пожирают плоть и пьют кровь, в Уэко Мундо.
Когда духовные частицы из большей части маски были переварены и поглощены, её тело постепенно напиталось силой, и вокруг неё начала разливаться розовая аура реяцу.
Спустя несколько мгновений духовное давление резко взметнулось вверх, превращаясь в гигантский розовый шар света высотой около тридцати метров, полностью окутавший её тело.
Очевидно, в процессе перехода к стадии гигантского пустого Неллиэль Ту Одельшванк также сформировала кокон метаморфозы.
С того самого момента, как она начала эволюцию, Ринко всё время сохранял боевую стойку, настороженно следя за окрестностями.
Но прошло немало времени — и поблизости не появилось ни одного пустого.
Причина была проста: место, где они находились, располагалось на самой окраине Песчаного моря — в зоне новорождённых.
Здесь обитали в основном только что появившиеся пустые; даже сильные пустые встречались редко.
Тот гигантский осьминог-пустой, что ранее появился здесь, и без того был крайне маловероятным стечением обстоятельств.
А уж духовные колебания, исходящие от Неллиэль Ту Одельшванк в момент её продвижения к стадии гигантского пустого, были несравнимо мощнее, чем у Ринко во время его перехода в сильного пустого.
Даже если кто-то и почувствовал бы происходящее, никто не осмелился бы искать с ними беды.
Именно поэтому её эволюция проходила удивительно гладко.
Долгое отсутствие внешних угроз постепенно позволило Ринко немного расслабиться. От нечего делать он оглядывал окрестности, и его взгляд в конце концов остановился на гигантском коконе, укрывавшем Неллиэль Ту Одельшванк.
В его восприятии поверхность кокона окутывал слабый голубоватый ореол.
Это означало, что Неллиэль Ту Одельшванк, чьё реяцу теперь было сопоставимо с его собственным, соответствует условиям активации Матай Кисей.
Более того, она находилась в критической фазе эволюции и была совершенно неспособна сопротивляться.
Стоило ему применить Матай Кисей — и в одно мгновение он мог бы забрать всё: её реяцу, способности, тело… даже воспоминания.
Но Ринко никогда не собирался так поступать.
Не говоря уже о том, что Неллиэль Ту Одельшванк ещё не достигла уровня, при котором в оригинальной истории пробуждаются её истинные способности — даже если бы это уже произошло, он всё равно не сделал бы подобного.
В конце концов, если бы когда-то Неллиэль Ту Одельшванк не помогла ему, сейчас он, возможно, по-прежнему был бы змейкой размером с ладонь, прячась под слоем песка и цепляясь за жизнь.
Ринко не считал себя великим праведником — едва ли его вообще можно было назвать «хорошим человеком». Но и бесчувственным зверем без совести и благодарности он тоже не был.
Он понимал, что значит отплатить за добро.
К тому же способность Матай Кисей, сколь бы могущественной она ни была, имела ограничение по числу применений.
Он использует её лишь для получения действительно ценных и по-настоящему полезных способностей.
А те пустые, с которыми они сталкивались за эти дни — включая убитого гигантского осьминога, — либо вовсе не обладали особыми способностями, либо имели бесполезный хлам, который совершенно не стоил траты одного из драгоценных применений Матай Кисей.
Поэтому он решил: когда встретится по-настоящему ценная способность — тогда и думать о применении Матай Кисей.
Процесс возвышения Неллиэль Ту Одельшванк от начала и до конца не потревожил никто.
Но прошло немало времени — и не появилось даже ни одного пустого.
Причина была проста: место, где он и Неллиэль Ту Одельшванк сейчас находились, располагалось на самой окраине Песчаного моря — во внешней зоне новорождённых.
Большинство пустых, что обитали здесь, были только что появившимися новорождёнными пустыми; даже сильные пустые встречались редко.
То, что прежде здесь объявился гигантский осьминог-пустой, само по себе было событием с ничтожной вероятностью — случайностью из разряда почти невозможных.
К тому же колебания реяцу, исходившие от Неллиэль Ту Одельшванк в момент её продвижения к стадии гигантского пустого, были во много раз сильнее, чем те, что возникали, когда Ринко переходил в разряд сильного пустого.
Даже если какой-нибудь пустой и ощутил бы это движение духовной силы, он ни за что не осмелился бы лезть к ним на рожон.
Именно поэтому её возвышение проходило исключительно гладко.
Долгое отсутствие внешних врагов постепенно позволило Ринко расслабиться. От нечего делать он лениво осматривал окрестности, и его взгляд в конце концов остановился на гигантском коконе трансформации, окутывавшем Неллиэль Ту Одельшванк.
В его восприятии поверхность кокона покрывал слабый голубоватый ореол.
Это означало, что Неллиэль Ту Одельшванк, чьё реяцу теперь было сопоставимо с его собственным, соответствует условиям активации Матай Кисей.
Более того, сейчас она находилась в критической фазе продвижения и была полностью беззащитна.
Стоило ему задействовать Матай Кисей — и в одно мгновение он смог бы забрать у неё всё: реяцу, способности, тело… даже воспоминания.
Но Ринко никогда не собирался так поступать.
Не говоря уже о том, что Неллиэль Ту Одельшванк ещё не выросла до уровня пробуждения своих способностей из оригинальной истории — даже если бы это уже произошло, он всё равно не сделал бы подобного.
В конце концов, если бы тогда не её помощь, он, вероятно, до сих пор был бы змейкой размером с ладонь, прятавшейся под слоем песка и едва цеплявшейся за жизнь.
Ринко не считал себя великим праведником — и уж тем более не называл себя «хорошим человеком», — но и бессердечным зверем, не знающим благодарности, он тоже не был.
Он понимал, что значит отплатить за добро.
К тому же, как бы ни была могущественна способность Матай Кисей, число её применений ограничено.
Он использует её лишь ради действительно ценных способностей — тех, что по-настоящему принесут ему пользу.
А пустые, которых он и Неллиэль Ту Одельшванк встречали в эти дни, включая убитого ранее гигантского осьминога-пустого, либо вовсе не обладали особыми способностями, либо имели откровенно бесполезный хлам — ни одна из этих способностей не стоила траты драгоценного применения Матай Кисей.
Поэтому он решил: думать об использовании Матай Кисей стоит лишь тогда, когда появится по-настоящему ценная способность.
Процесс возвышения Неллиэль Ту Одельшванк от начала и до конца не был ничем потревожен.
Спустя три спокойных часа розовый кокон реяцу, окутывавший её, медленно рассеялся — и перед Ринко предстала гигантская антилопа высотой свыше тридцати метров.
Несмотря на внушительные размеры, её фигура оставалась стройной и гармоничной.
Маска, прежде закрывавшая лишь лоб и щёки, теперь тянулась до самой шеи;
Вся её шерсть окрасилась в мягкий розовато-коричневый оттенок;
Когда-то ослепительно-белые копыта стали чёрными — будто покрылись слоем закалённой тонкой стали;
Даже хвост стал толще и длиннее — более шести метров, почти сравнявшись с длиной змеиного тела Ринко.
Но самым разительным изменением оказалось её реяцу.
Ринко сосредоточил восприятие — и обнаружил, что её духовное давление возросло более чем в пять раз по сравнению с тем, каким оно было до продвижения.
http://tl.rulate.ru/book/170962/12623712
Готово:
