Глава 109. Девятый ранг — это курам на смех
У входа в зал судебных заседаний по уголовным делам Чжао Цзя заприметил адвоката противоположной стороны. Мужчине на вид было не больше тридцати; он стоял, вполголоса обсуждая что-то со своим ассистентом.
— Это адвокат Ли Цинь и У Вэя, — вполголоса пояснил Ли Чжэн, слегка кивнув в сторону оппонента. — Его зовут Чжан Юн.
— Чжан Юн? — Чжао Цзя прищурился. — Тот самый, что оформлял Ли Цинь освобождение под залог?
— Именно. Он уже пять лет трудится в Адвокатском бюро Дачэн. Его адвокатский рейтинг — шестой уровень.
Чжао Цзя одарил помощника одобрительным взглядом, в котором читалось нескрываемое уважение к проделанной работе.
— А ты подготовился. Тщательно всё разузнал.
— Знать врага в лицо — половина победы, — Ли Чжэн едва заметно улыбнулся. — Я решил, что нужно проверить каждую мелочь, имеющую отношение к делу. На всякий случай. Мало ли, что может пригодиться.
— Похвально, — кивнул Чжао Цзя, но тут же его тон стал строгим. — Но помни главное: никаких частных контактов с адвокатом противника или его подзащитными. Это железное правило.
— Я помню, господин адвокат. Всю информацию я черпал исключительно из открытых источников в сети.
В этот момент Чжан Юн обернулся. Заметив Чжао Цзя, он кивнул с совершенно беспристрастным видом, словно они были едва знакомы.
— Адвокат Чжао Цзя, — произнес он ровным голосом. — Последний раз мы виделись, кажется, на корпоративном выезде бюро.
«Ха, эти люди из Дачэн просто обожают притворяться старыми приятелями!» — пронеслось в голове у Чжао Цзя.
— Я как раз объяснял ассистенту, что адвокату категорически запрещено вступать в частные контакты с противоположной стороной и их представителями, — отчеканил Чжао Цзя, глядя прямо в глаза оппоненту. — Вы ведь, как профессионал, должны прекрасно знать эти правила этики, не так ли?
Не дожидаясь ответа, Чжао Цзя развернулся и решительно зашагал к стеклянным дверям суда. Чжан Юн застыл на месте, опешив от такой резкости. Прошло несколько секунд, прежде чем он смог выдавить:
— Раньше, когда он работал в бюро, он всегда вел себя тише воды, ниже травы. Был таким осторожным... Не ожидал, что он станет настолько... колючим.
— Ходят слухи, что он полностью изменился, — испуганно прошептал ассистент, косясь на закрывшуюся дверь. — Похоже, это чистая правда.
В девять пятнадцать судья в сопровождении коллегии заседателей из пяти человек торжественно вошли в зал. Как только запустилась трансляция в «Правовом лектории», счетчик зрителей безумно закрутился: за считанные секунды в чат набилось несколько десятков тысяч человек. Еще тысячи фанатов следили за процессом через стримы блогеров, дежуривших у здания суда. Общее число зрителей этой юридической баталии уже перевалило за двести тысяч.
Едва судья объявил заседание открытым, судебный пристав ввел в зал троих подсудимых. Чжао Цзя медленно поднял голову, поочередно впиваясь взглядом в каждое лицо. За те несколько дней, что они не виделись, У Вэй и Ли Цинь заметно сдали — лица осунулись, под глазами залегли тени. И только Цянь Дачэн по-прежнему сохранял свой высокомерный вид, словно всё происходящее было лишь досадным недоразумением.
Бам! — тяжелый судейский молоток опустился на подставку.
— Слушается дело по иску против Цянь Дачэна, У Вэя и Ли Цинь о ложном доносе, а также против Ли Цинь об умышленном причинении вреда здоровью. Заседание объявляется открытым.
Чжао Цзя поднялся со своего места. Его голос звучал твердо и уверенно, заполняя всё пространство зала:
— Подсудимые У Вэй, Ли Цинь и Цянь Дачэн, действуя в сговоре и используя незаконные методы, сфабриковали медицинские документы, чтобы добиться освобождения по состоянию здоровья для преступника Чэнь Сяожуя. Кроме того, через Ли Цинь на мой личный счет были переведены двадцать тысяч юаней с целью обвинить меня в фальсификации данных. Позже Ли Цинь, будучи освобожденной под залог как свидетель, пошедший на сделку, совершила на меня нападение с ножом. Опираясь на положения Уголовного кодекса, я требую признать всех троих виновными, назначить соразмерное наказание, а также обязать их принести публичные извинения и возместить нанесенный ущерб.
— Суд переходит к исследованию доказательств. Истец, прошу вас, — судья жестом пригласил его продолжить.
Ли Чжэн встал и начал по порядку демонстрировать материалы. На экранах замелькали записи выдачи лекарств У Вэем, медицинские отчеты Чэнь Сяожуя, кадры с камер видеонаблюдения, где Ли Цинь навещает заключенного, и выписки со счета Цянь Дачэна, подтверждающие снятие двадцати тысяч наличными. За ними последовали кадры нападения на Чжао Цзя и рапорты полиции.
— Бывший заведующий Отделением психиатрии Первой городской больницы У Вэй в прошлом году курировал клинические испытания нового препарата, — начал пояснять Чжао Цзя. — Спустя три месяца испытания были экстренно прекращены, так как выяснилось, что лекарство с огромной долей вероятности вызывает почечную недостаточность. У Вэй незаконно передал этот препарат Ли Цинь, а та, воспользовавшись свиданием, вручила его Чэнь Сяожую. Когда у того начались проблемы со здоровьем, они использовали это как предлог для подачи прошения об освобождении по состоянию здоровья.
Чжао Цзя сделал паузу, обводя зал взглядом.
— После ареста за фальсификацию Ли Цинь заявила, будто это я взял у неё двадцать тысяч и научил, как подделать документы. Однако следствие установило: эти деньги были сняты с личного счета Цянь Дачэна непосредственно перед инцидентом. Это был преднамеренный оговор. Из-за их клеветы моя репутация пострадала, я незаконно удерживался под стражей в течение семи дней, перенеся тяжелое психологическое потрясение. А после освобождения Ли Цинь и вовсе попыталась совершить акт мести. На основании вышеизложенного, я прошу суд взыскать с ответчиков компенсацию в размере трехсот тысяч юаней и назначить им реальные сроки заключения.
Судья повернулся к стороне защиты:
— Есть ли у ответчиков или их представителя возражения по представленным доказательствам?
Чжан Юн придирчиво изучил первый документ.
— Запись о выдаче лекарств лишь подтверждает, что психиатр У Вэй получил экспериментальный препарат. В деле нет ни одного прямого доказательства того, что эти таблетки попали в руки Чэнь Сяожуя. Причастность У Вэя к данному делу остается под большим вопросом.
Он повернулся к своему подзащитному:
— Подсудимый У Вэй, для каких целей вы взяли этот препарат?
— Для проведения химического анализа, — тут же выпалил У Вэй, стараясь не смотреть в сторону Чжао Цзя.
— Ложь, — холодно парировал Чжао Цзя. — Записи показывают, что У Вэй получил препарат ровно за день до того, как Ли Цинь отправилась на свидание в тюрьму. Более того, у нас есть записи из комнаты свиданий, где отчетливо видно, как Ли Цинь передает Чэнь Сяожую некий предмет. Технический анализ подтвердил: упаковка этого предмета идентична той, что фигурирует в больничных ведомостях.
— Да откуда мне знать, что она там передавала! — вскинулся У Вэй, идя в глухую несознанку. — Я ей ничего не давал!
Чжао Цзя лишь покачал головой и усмехнулся. Он перевел взгляд на женщину, сидевшую рядом с врачом.
— У нас ведь здесь свидетельница, пошедшая на сделку со следствием, не так ли? Пусть сама скажет, откуда у неё взялись таблетки.
Ли Цинь медленно, словно в тумане, подняла голову. Из-за этого проклятого лекарства её сын теперь был тяжело болен. Она не знала, кто виноват, но чувствовала, что весь мир ей должен. Тот человек обещал: просто делай, что сказано, и сын выйдет на свободу.
Её взгляд постепенно сфокусировался. Дрожащая левая рука медленно поднялась и указала прямо на Цянь Дачэна.
— Это он... Он дал мне таблетки. Сказал, что если Сяожуй их выпьет, его отпустят лечиться на волю. И те двадцать тысяч, чтобы подставить Чжао Цзя — тоже он дал. Велел положить на карту, и номер счета сам продиктовал.
Несмотря на прямое обвинение, Цянь Дачэн даже бровью не повел. В его глазах не было ни капли страха.
— И какие у тебя доказательства, что деньги и номер счета дал именно я? Да, эти деньги были сняты с моей карты, но ваши же улики подтверждают — это было два месяца назад. Наличные лежали у меня в ящике стола. В мой кабинет в бюро заходит уйма народу, любой мог их взять. Слова свидетеля, не подкрепленные иными фактами, не могут служить доказательством вины.
Судья нахмурился:
— Истец, располагаете ли вы доказательствами того, что Ли Цинь действовала именно по указанию Цянь Дачэна?
— На данный момент — нет, — спокойно ответил Чжао Цзя.
Судебный процесс пока шел довольно вяло. Если не считать показаний Ли Цинь, факт сговора казался зыбким, не говоря уже о доказательствах ложного доноса. Чат трансляции буквально взорвался язвительными комментариями.
«Я думал, он проиграет, но не думал, что так позорно!»
«Неужели в итоге только Ли Цинь посадят, а этих двоих оправдают?»
«Девятый ранг — это реально курам на смех! Слишком слабо!»
«Он же еще с Юй-гэ поспорил! Чувствую, после этого суда он останется без последних штанов!»
«Хорошо, что я поставил на победу Юй-гэ, а то бы и сам по миру пошел...»
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901910
Готово:
