Глава 104. Покушение
Чжао Цзя мгновенно подобрался, лихорадочно оглядываясь по сторонам.
Они находились на тихой, погружённой в полумрак улочке. Вокруг — ни души, только они втроём. Шэнь Линлин увлечённо пересказывала Ли Чжэну содержание какой-то лекции по обслуживанию ракет — кажется, речь шла о защитном покрытии.
Чжао Цзя нахмурился, глядя на спутников. «Угроза исходит от них?» — пронеслось в голове.
Внезапно волоски на его затылке встали дыбом. Сирена системы орала так, что, казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Он замер на месте. Слева — ничего не подозревающие помощники, справа — густая крона придорожного дерева, отбрасывающая длинную тень.
Откуда ждать удара?
Внезапно ночную тишину прорезал истошный крик:
— А-а-а-а!
Шэнь Линлин в ужасе тыкала пальцем куда-то за спину Чжао Цзя. Тот резко обернулся и увидел перед самым лицом холодный блеск стали.
Он не успел разглядеть нападавшего — сработал инстинкт. Чжао Цзя вскинул руки, готовясь к защите, но в это мгновение Ли Чжэн с силой толкнул его в сторону. Чжао Цзя пошатнулся, а нож, предназначавшийся ему, с размаху опустился на руку ассистента.
Звук рвущейся плоти заставил зубы заныть от отвращения. В свете тусклого фонаря Чжао Цзя увидел, как брызнули алые капли, вспыхнув на лету крошечными рубинами.
— Это Ли Цинь! — закричала Шэнь Линлин, едва не теряя сознание от страха.
Теперь Чжао Цзя разглядел нападавшую. Сквозь спутанные, грязные волосы Ли Цинь виднелось лицо, покрытое синяками, а глаза были налиты кровью. Наставив на него дрожащий кончик ножа, она зашлась в хриплом крике:
— Это всё ты! Если бы не ты, мой сын не гнил бы в тюрьме! Убью!
С этим воплем она снова бросилась на него. Чжао Цзя не стал ждать. Точным ударом ноги он подсёк её колено. Когда женщина пошатнулась и рухнула на колени, он резким движением выбил нож из её руки и, заломив конечность за спину, прижал нападавшую к земле. Ли Цинь забилась под ним, не в силах шевельнуться.
— Чжао, сукин ты сын! Ты погубил моего мальчика! Я призраком приду и изведу тебя... — Несмотря на положение, она продолжала изрыгать проклятия, словно бешеная собака.
Игнорируя её лай, Чжао Цзя обернулся к помощнику:
— Ли Чжэн! Ты как? Сильно задело?
Тот зажимал предплечье, сквозь его пальцы обильно сочилась кровь, но он лишь упрямо качнул головой:
— Ерунда, адвокат Чжао. Ого... а вы, оказывается, мастер боевых искусств!
Шэнь Линлин, видя, что угроза миновала, начала понемногу приходить в себя.
— Адвокат Чжао с детства учился у великого мастера Чжан Саньфэна! — затараторила она, пытаясь скрыть дрожь в голосе. — Он невероятно крут. На прошлом суде он Чжу Аньши скрутил в два счета, это было нечто...
— Кончай болтать, — оборвал её Чжао Цзя. — Вызывай скорую и полицию.
— Ой, точно! — Девушка лихорадочно выудила телефон.
Через пять минут тихую улочку осветили проблесковые маячки. Полицейские надели на Ли Цинь наручники и затащили её в машину, предварительно упаковав окровавленный нож в пакет для вещдоков.
В больницу поехали все вместе на скорой. В приёмном покое врач занялся раной Ли Чжэна — промывал и накладывал швы. Тем временем пожилой офицер полиции опрашивал Чжао Цзя и Шэнь Линлин.
Закончив с протоколом, полицейский одобрительно похлопал Чжао Цзя по плечу:
— Хорошая реакция, парень. Не каждый бы так сориентировался.
Шэнь Линлин тут же вставила свои пять копеек:
— Ещё бы! Он же больше десяти лет занимался у мастера Чжан Саньфэна!
— У кого? — Офицер озадаченно нахмурился, явно не узнавая имени.
— Да это она болтает лишнее, — отмахнулся Чжао Цзя и тут же перешёл к делу:
— Ли Цинь проходит ответчиком по другому моему делу. Я хочу подать ходатайство об объединении производств в связи с нападением.
— Ситуация ясная, — кивнул полицейский. — После допроса передадим материалы в прокуратуру, тогда и подадите заявление.
Когда Ли Чжэну закончили зашивать руку, полицейские зашли к нему для дачи показаний. К тому времени, как со всеми формальностями было покончено, ночь уже перевалила за полночь. Ужин у мамы Шэнь пришлось отложить. Перекусив лапшой в ближайшей забегаловке, все разошлись по домам.
Сирена в [Системе Великого Адвоката] наконец умолкла. Значит, под «опасностью» действительно подразумевалось покушение Ли Цинь.
Уже лежа в постели, Чжао Цзя вошёл в системное пространство.
— 211-й, прошлые предупреждения касались потасовок, теперь — нож. Твоя функция предсказания работает только на физический ущерб?
— Разумеется, — отозвался механический голос. — Неужели ты ждал, что мы будем предсказывать твои душевные травмы?
— Ничего я от вас не ждал, — огрызнулся Чжао Цзя. — Ты начал сигналить два дня назад. Это значит, что Ли Цинь планировала убийство всё это время?
— Как минимум, два дня назад она приняла окончательное решение.
— И всё только из-за того, что её сына посадили?
— Мы не даём пояснений по мотивам, — бесстрастно ответил 211-й.
«И какой от тебя толк?» — подумал Чжао Цзя. В книжках системы — это джинны из лампы, а у него какой-то ограниченный калькулятор.
— Мне нужны данные по её освобождению под залог. С кем она виделась? Произошло ли что-то необычное после того, как она вышла?
— Принято. Данные по освобождению загружены. Однако её личные встречи после выхода не имеют прямого отношения к делу, доступ ограничен.
— Как это не имеют?! — взорвался Чжао Цзя. — Она меня чуть не зарезала! Это уголовное дело о покушении на убийство! Что-то заставило её пойти на этот шаг. Не могла же она просто выйти за хлебом, увидеть меня и решить проверить остроту ножа на моей шее!
— Но...
— Не умничай, ищи!
— Слушаюсь, хост, — в голосе 211-го послышались нотки обречённости.
Чжао Цзя знал — с системой только так. По-хорошему она не понимает, нужно показать, кто здесь главный.
Он открыл материалы по залогу. Ли Цинь выпустили по состоянию здоровья — у неё обнаружили хроническое заболевание. К тому же она согласилась стать «королевским свидетелем», что обеспечило ей снисхождение.
В адвокатской практике Чжао Цзя не слишком жаловал этот институт «сделок с правосудием». С какой стати преступник должен избегать наказания только потому, что решил сдать подельников?
В графе «Представитель» значилось имя Чжан Юна из [Адвокатского бюро Дачэн]. Чжао Цзя попытался вспомнить, кто это, но тщетно. В «Дачэн» работали сотни людей, и за год стажировки он едва ли знал десятую часть коллектива.
Вскоре 211-й подгрузил отчет о перемещениях Ли Цинь.
После освобождения она вернулась домой, где столкнулась с презрением соседей. Её старшая дочь была замужем, вторая уехала на заработки, третья училась в другом городе. Дома был только муж — Чэнь Хэ. Узнав из новостей, что Чэнь Сяожуй им не родной, он пришёл в ярость и избил Ли Цинь.
Женщина сбежала из дома и отправилась на встречу. Время встречи с точностью до минуты совпадало с первым сигналом тревоги от системы.
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901894
Готово:
