Глава 88. Она всего лишь эскортница!
Лицо Линь Юэ потемнело от злости. Как она раньше не замечала, насколько Чжао Цзя бывает невыносим и дерзок?
Сунь Кай тем временем издал короткий смешок, в котором сквозило напускное дружелюбие:
— Я всегда говорил старине Цяню, что Сяо Чжао — парень талантливый. Среди всех стажёров у него был самый высокий потенциал. Жаль, конечно, что наше «бюро» оказалось для него слишком тесным. Поистине досадная потеря.
— Я не монах, — отрезал Чжао Цзя, даже не обернувшись. — И будь ваш «храм» хоть размером с императорский дворец, мне в его стенах делать нечего. — Бросив эту колкую фразу, он миновал пункт досмотра и зашагал прочь, ни разу не оглянувшись.
Сунь Кай проводил его взглядом, и в ту же секунду дежурная улыбка бесследно исчезла с его лица. Глаза сузились, превратившись в две коварные щелки, в которых вспыхнула холодная ярость.
— А я ведь думал, что он может быть полезен, — прошипел он сквозь зубы. — Хотел после суда дать ему шанс вернуться, сохранить лицо... Но теперь вижу, что он просто туголобый баран!
Линь Юэ лишь закатила глаза, выражая крайнюю степень презрения:
— Дело слушается во втором составе по гражданским делам. Очевидно, что никаких веских улик у него на руках нет. Максимум, на что он рассчитывает — выбить побольше алиментов.
— Тот, кто не желает служить мне, сегодня проиграет так позорно, что родная мать его не узнает! — процедил Сунь Кай.
В коридоре, ведущем к залам судебных заседаний, Шэнь Линлин, едва сдерживая смех, семенила за адвокатом, нагруженная пухлыми папками и сумками. Чжао Цзя покосился на неё и с явным раздражением в голосе спросил:
— И чего ты лыбишься? Пчелиного кала объелась?
Радостное выражение тут же сползло с лица Шэнь Линлин:
— Адвокат Чжао, у вас язык просто пропитан ядом! Теперь понятно, почему девушка вас бросила. Кто вообще в здравом уме сможет вас долго терпеть?
— Следи за языком, — фыркнул он. — Ты сейчас язвишь похлеще моего. И вообще, будь точнее в формулировках: не она меня бросила, а я её вышвырнул! Причинно-следственные связи нужно излагать грамотно!
«Ну и козёл!» — мысленно выругалась Шэнь Линлин, а вслух добавила:
— Но почему, адвокат Чжао? Она же такая красавица! И фигура, и манеры...
— Красавица, скажешь тоже. — Чжао Цзя прибавил шагу. — И не смей больше при мне о ней упоминать!
Он стремительно направлялся ко второму залу. Эта Линь Юэ... Настоящая пиявка, лезет в каждую щель! Стоило Цянь Дачэну рухнуть, как она тут же переметнулась к Сунь Каю. Даже лопасти вентилятора не вращаются так быстро, как она меняет покровителей.
После ареста Цянь Дачэна было очевидно, что у Чжу Аньши сменится представитель. Это мог быть кто угодно из «Дачэн» или другой фирмы, но Чжао Цзя не ожидал снова увидеть здесь Линь Юэ. Каждый раз, когда он видел её, у него возникало ощущение, будто к ноге подползает скользкая гадюка — смесь брезгливости и тревоги. Того и гляди, обовьется вокруг щиколотки и вонзит зубы.
И что только прежний «Сяо Чжао» в ней нашёл? Она наставила ему столько рогов, что ими можно было бы украсить целый замок, а он всё равно продолжал снабжать её деньгами! Вспомнив о долговой яме и позорном прошлом своего предшественника, Чжао Цзя почувствовал, как к горлу подкатывает желчь. Стать рогоносцем и лишиться всех сбережений... Если об этом узнают коллеги, его репутация сгинет в пучинах Тихого океана!
Именно поэтому он обязан был всем говорить, что это он её бросил. Мужское достоинство — вещь хрупкая, его нужно беречь.
Они вошли в зал заседаний. Сюй Жун и Чжан Тинтин уже были там, на скамье истца. Тинтин сидела, ссутулившись и опустив голову, словно пыталась слиться с мебелью и стать невидимой. Пока Чжао Цзя обменивался парой слов с Сюй Жун, в дверях появились Сунь Кай и Линь Юэ.
Сунь Кай, облачённый в дорогое кашемировое пальто, под которым виднелся сшитый на заказ костюм из высококачественной шерсти, вальяжно проследовал к столу ответчика. Сняв пальто, он занял своё место с видом триумфатора. Линь Юэ, следовавшая за ним тенью, красовалась в брендовом костюме, а в её мочках поблёскивали увесистые бриллиантовые гвоздики, стоимость которых явно исчислялась круглой суммой.
Сюй Жун проводила взглядом бриллианты Линь Юэ и перевела взгляд на своего адвоката. Пусть на Чжао Цзя не было костюма от кутюр, выглядел он вполне достойно, а природное обаяние добавляло ему веса. А вот его помощница... На ней не было ни единого яркого пятна, если не считать массивных очков в чёрной оправе. И почему она в таком плотном ватнике? Зима ведь ещё не наступила. Если бы не рекомендация Цинь Хун, Сюй Жун ни за что не поверила бы, что эта парочка способна выиграть дело.
Чжао Цзя развалился в кресле с видом заправского лорда, пока Шэнь Линлин, словно заведённый волчок, суетилась рядом, раскладывая документы и улики. В разгар этой бумажной бури она нашла секунду, чтобы спросить:
— Адвокат Чжао, а почему сегодня нет трансляции процесса?
— Прямые эфиры обычно ведут только по уголовным делам, в назидание обществу, — лениво отозвался он. — Да и то, если стороны подадут ходатайство, камеру могут убрать.
Шэнь Линлин окинула взглядом пустые ряды для публики:
— А почему зрителей нет?
— Слушай, в такой холод нормальные люди в постели валяются, а не тащатся в такую даль слушать семейные дрязги. — Чжао Цзя недовольно поморщился. — На что тут смотреть? Давай, за работу. Что ты заладила: «почему» да «зачем»? Ты что, ходячая энциклопедия вопросов?
Получив очередной нагоняй, Шэнь Линлин обиженно надула губы и, втихомолку закатив глаза, замолчала. Всем хорош адвокат Чжао, но язык у него — чистый яд. Закончив с бумагами, она украдкой взглянула на сторону ответчика. «Линь Юэ и правда красавица, — подумала она. — Видимо, бедняжка просто не вынесла его характера и сбежала».
Пока она предавалась размышлениям, в зал вошли судья и двое секретарей.
Дело казалось простым: споров об опеке над детьми нет, делить миллионы не нужно, даже свадебные дары уже заморожены на банковском счёте. Суть сводилась к формальному подтверждению распада брака. Из-за простоты дела даже не стали созывать коллегию заседателей — в судейском кресле восседал один-единственный человек.
Однако, когда судья уже приготовился объявить об открытии заседания, выяснилось, что Чжу Аньши отсутствует.
— Представитель ответчика, ваш доверитель не явится на слушание?
Линь Юэ нахмурилась. Вчера вечером она лично звонила Чжу Аньши, напоминая о времени, и он ни словом не обмолвился о том, что пропустит суд. Сунь Кай поспешил взять ситуацию под контроль:
— Ваша честь, я обладаю всеми полномочиями для представления интересов господина Чжу и могу вести процесс в его отсутствие.
Закон позволял адвокату выступать соло, но Чжао Цзя не собирался облегчать им жизнь. Он подал голос, и в его тоне зазвучала едкая ирония:
— Неужели господин Сунь посвящён во все интимные подробности жизни супругов? Полагаю, нам всё же стоит дождаться ответчика. Лишние пять минут погоды не сделают.
Если Чжу Аньши не придет, как же он, Чжао Цзя, будет наслаждаться зрелищем его краха?
Под давлением Чжао Цзя Линь Юэ принялась лихорадочно набирать номер Чжу Аньши. Спустя полчаса в дверях наконец показались сам виновник торжества и его мать, Чжоу Нань. Это была дородная женщина в дорогом костюме, от которой за версту веяло спесью и достатком. Едва переступив порог, она окинула зал ледяным взором, который в итоге замер на Чжан Тинтин. В её глазах читались неприкрытая враждебность и презрение.
— Прошу прощения за опоздание, — небрежно бросил Чжу Аньши. На его губах играла ленивая ухмылка, словно всё происходящее было для него скучной забавой.
Судья недовольно сдвинул брови:
— Раз ответчик прибыл, начинаем заседание.
Как только формальности были улажены, Чжао Цзя поднялся со своего места. Его голос зазвучал твердо и звучно:
— Ваша честь, моя доверительница, Чжан Тинтин, обвиняет Чжу Аньши в совершении насильственных действий сексуального характера в ночь помолвки. Кроме того, ответчик распространял в сети заведомо ложные сведения, порочащие честь и достоинство моей подзащитной, что привело к развитию у неё тяжёлой депрессии. Мы требуем расторжения брака, привлечения Чжу Аньши к уголовной ответственности за содеянное и выплаты компенсации морального вреда в размере одного миллиона юаней.
— Да я её пальцем не тронул! — внезапно взревел Чжу Аньши. — Она сама торговала собой! Обычная эскортница! Потребовала с меня денег, а когда я отказал, решила засудить! Да я лучше эти деньги в унитаз спущу, чем ей отдам! С какой стати?!
http://tl.rulate.ru/book/170575/12901762
Готово:
