Готовый перевод Who Would Date Their Childhood Sweetheart? I Would! / Кто станет встречаться с подругой детства? Я стану!: Глава 5. Прощание

В возрасте одного года Сюй Цин уже уверенно ковылял, а за ним следовала его маленькая тень — Сюэ Мяомяо.

К полутора годам он уже мог бегло использовать сложные предложения в разговорах со взрослыми и с легкостью проговаривал скороговорки.

Однажды отец Сюя снова проиграл спор Сюй Цину. Хоть ему и не хотелось этого признавать, ему было искренне стыдно.

Чтобы поддержать свой образ великого и достойного отца (коим он на самом деле не являлся), он откопал где-то запылившийся томик "Три сотни танских стихотворений", надеясь использовать мудрость древних, чтобы погасить всё возрастающее высокомерие Сюй Цина.

— Сюй Цин, ты думаешь, что просмотр новостей дает тебе право смотреть на отца свысока? Сейчас я тебя проверю. Если ты сможешь понять смысл того, что я сейчас скажу, я назову тебя папой!

Это было, конечно, смелое хвастовство, потому что отец Сюя был решительно настроен на победу.

"Даже если Сюй Цин — гений, превзошедший Ньютона и Гаусса, он не может знать того, что лежит за пределами его познания. Верно, так и должно быть. Я ставлю всё на этот кон! Идти ва-банк — это тоже своего рода мудрость!"

Это классический пример ошибки эмпиризма; каждому следует избегать подобного.

Сюй Цин, сидевший, скрестив ноги, в кресле и смотревший телевизор, наклонил голову под углом 45 градусов. В его глазах читалось недоумение, когда он взглянул на отца.

Что на этот раз задумал этот ненадежный старик?

Глядя на "Три сотни танских стихотворений" в его руке в сочетании с высокомерной улыбкой на лице, которая, казалось, говорила, что он держит Сюй Цина под каблуком, мальчик имел довольно четкое представление о детских мыслях своего отца.

"Старикашка снова возомнил себя всемогущим? Похоже, мне, Богу Младенцев, снова нужно преподать урок моему самонадеянному папаше".

О боже, Старикашка, бросать вызов богу — это по своей сути безрассудно!

— Пф.

— Что, гениальный мальчик испугался?

Он все еще пытался спровоцировать Сюй Цина, совершенно не подозревая о совершаемых им ошибках. Во-первых, грех гордыни… Я забыл середину, забыл конец, но в любом случае, перейдем к делу. [Эта часть не позволяет участникам форума повысить опыт +3]

— Я боюсь нарушить иерархию поколений. Скоро Новый год, и если я выиграю, кто кому должен будет дарить красный конверт?

— …

Отец Сюя признал, что проиграл раунд словесной перепалки. Он действительно не знал, где этот ребенок нахватался таких извращенных идей.

"Может быть… это тот самый «старый дедушка» из новелл, который каждый день во снах передает знания Сюй Цину?"

"Невозможно, чтобы он был перерожденным, ха-ха-ха, я действительно перечитал слишком много романов".

Именно так отец Сюя отбросил единственный правильный ответ.

После множества приготовлений, сделанных Сюй Цином за последние два года, все, кто его знал, считали его лишь не по годам развитым гением.

Такой ситуации во многом способствовали многочисленные телевизионные интервью и репортажи о вундеркиндах, которые служили прикрытием для Сюй Цина, реинкарнировавшей личности.

На рубеже тысячелетий страну захлестнула "лихорадка вундеркиндов".

Появилось бесчисленное количество университетских программ для одаренных детей, и иногда даже сообщалось о том, что ученики начальной школы перепрыгивают через классы, чтобы поступить в университет.

Таким образом, возник странный феномен: очевидные способности Сюй Цина теперь оставались совершенно незамеченными…

Как бы это сказать… это было довольно абсурдно.

— У меня вопрос.

— Я слушаю!

По какой-то причине слова Сюй Цина прозвучали с такой силой и убежденностью, что полностью подавили внушительную манеру отца.

— Кхм, это стихотворение называется «Накопившийся дождь... Повозка накопившегося дождя... Повозка, написанная в Чуаньчжуане», автор Ван Вэй!

— ?

Когда я напечатал вопросительный знак, это не значило, что у меня проблема, это значило, что я думаю, что проблема у тебя!

Я выхватил книгу у отца и указал на иероглиф "Ван" (辋), заставляя его прочитать снова.

— Повозка накопившегося дождя...

Чем больше он говорил, тем менее уверенным становился отец Сюя.

Разве не говорят, что "если встретишь незнакомый иероглиф, прочитай половину, и не ошибешься"?

— Этот иероглиф произносится как «ван», и стихотворение примерно означает, что после долгих дней дождя деревья стоят редкие...

— ...

Сюй Цин был подобен опытному учителю словесности; несмотря на отсутствие предварительной подготовки, он все же мог точно перевести смысл стихотворения слово в слово.

Чем больше он слушал, тем стыднее становилось отцу, и сцена застыла в неловком молчании.

Сюй Баошань, самый образованный член семьи и единственный выпускник колледжа, легко лишился дара речи от слов Сюй Цина.

Вернувшись домой, мама Сюя с озадаченным выражением лица посмотрела на мужа, который сидел в гостиной совершенно без сил. Что могло случиться, что он стал таким удрученным?

Подойдя к нему, она услышала его бормотание:

— Если бы это был я в школе, я бы точно сказал правильно… Я бы смог… Я студент колледжа, я студент колледжа!

Эти слова выдавали гордость отца за свое высшее образование.

Мама Сюя больше не обращала на него внимания. Основываясь на прошлом опыте, она решила, что через некоторое время он приведет свои мысли в порядок.

Она знала своего мужа лучше, чем кто-либо другой.

И действительно, всего через несколько минут отец Сюя успешно использовал менталитет А-Кью, чтобы восстановиться.

Короче говоря, он сам себя обманул.

— Я отец Сюй Цина! Талант моего сына — это все благодаря моим хорошим генам, так что талант моего сына равен моему таланту!

Он запрыгал от радости, побежал на кухню, чтобы обнять жену и объявить, что их сын — супергений.

— Наш сын так же талантлив, как те вундеркинды по телевизору!

— Да, да, да.

— В какой университет нашему сыну стоит поступать? Цинхуа или Пекинский университет...?

— Да, да, да.

Не замечая пренебрежения и формального тона в голосе жены, он вернулся в спальню, чтобы спросить мнение Сюй Цина.

— Сынок, я...

— Хм? Товарищ Сюй Баошань, ты забыл о своем обещании?

С подачи Сюй Цина отец наконец вспомнил свои хвастливые слова.

Теперь было слишком поздно сожалеть.

Выражение его лица стало несколько неприятным. Если бы он мог вернуться на полчаса назад, он бы точно дал себе пощечину.

Зачем ему нужно было так умничать, чтобы в итоге оказаться в такой неловкой ситуации?

Но обстоятельства вынуждали его действовать против воли. Он не мог просто солгать и отрицать свою ошибку перед сыном; это оказало бы только негативное влияние на его воспитание…

Это действительно поставило господина Сюя в трудное положение.

Вспомнив о странной одержимости сына деньгами, господин Сюй попытался заманить Сюй Цина юанями.

— Лишние двести к красному конверту на Новый год.

— Только двести? Я помню, папа, твою заначку, которую ты спрятал за нашей свадебной фотографией… Уа-а-а!

Не успел он договорить, как отец активировал технику "телепортации" — технику, которую семья Сюй могла использовать только раз в жизни — и оказался рядом с Сюй Цином, с силой зажимая его болтливый рот.

— Ты, идиот, это максимум, что я могу предложить.

Сюй Цин подозревал, что отец оскорбляет его, но доказательств у него не было.

Видя, что он уже опустошил сбережения отца, "добрый" Сюй Цин сдался и ответил:

— По рукам!

Подобно героине японского фильма, отец Сюя, пойманный с поличным, мог только проглотить свой гнев и принять требования Сюй Цина, в конечном итоге погружаясь всё глубже и глубже в бездну "выбивания золотых монет"...

— Нет... нет, пожалуйста, не делай этого!

Отец Сюя стоял на коленях на полу, закрывая глаза в муке, не желая принимать эту реальность.

...

— До свидания, я обязательно приеду к тебе еще когда-нибудь.

Зима в провинции Хэбэй исключительно холодная. Хоть Сюй Цин и был закутан, как "пельмешек", его открытая кожа лица все равно покраснела от холодного ветра.

Возможно, холоднее погоды было чувство расставания.

Когда Сюй Цину было два с половиной года, Сюэ Мяомяо внезапно решила переехать в Тяньцзинь, город центрального подчинения. Говорили, что бизнес ее матери процветает, и там она найдет лучшие возможности.

В том же году между Сюй Цином и Сюэ Мяомяо возникла глубокая связь, и, конечно же, он также извлек из нее много пользы от системы.

Он получил невероятную способность, такую как "время пули", хотя длительное использование чрезмерно истощало его ментальную энергию.

Мысль о том, что его "инструмент для фарма заданий" вот так исчезает, искренне опечалила Сюй Цина.

— Нет, нет... пока.

Слова Сюэ Мяомяо все еще звучали несколько сбивчиво. Она подбежала и крепко обняла Сюй Цина, отказываясь отпускать.

Обе мамы утешали Сюй Цина и Сюэ Мяомяо, говоря: "Два города очень близко, вы обязательно будете часто видеться".

Хотя родители не лгали, Сюй Цин прекрасно знал, что, хотя Цанчжоу и Тяньцзинь на карте находятся всего лишь в двух шагах друг от друга, на самом деле их разделяет около 150 километров.

Кроме того, транспорт в то время был неразвит, а интернета для видеочатов не существовало, что делало встречу маловероятной.

Именно тогда Сюй Цин начал ценить удобство интернета.

Он действительно сократил расстояние между людьми, сблизив их.

http://tl.rulate.ru/book/170573/12423449