Мысли старейшины лихорадочно метались.
Медлить он не мог. Через истончившуюся нить, всё ещё связывавшую его с Серым Туманом, он, мысленно стиснув зубы, потому что у тумана зубов не было, насильно направил ещё одну часть своего духа в повреждённую конструкцию.
Боль взорвалась внутри старейшины. Его тело, находясь отсюда за сотни километров в тайной пещере, покрылось холодным потом. Дыхание стало тяжёлым, сердцебиение сбилось.
Выглядел он почти как оживший покойник. Что, с учётом обстоятельств, было не так уж далеко от истины.
В тот миг, когда ему удалось вновь взять Серый Туман под контроль, он резко скрутил его, пытаясь уйти от рубящего удара трупной марионетки.
— Да! Я понял…
БУМ.
Ничего он не понял.
Каменный меч задел лишь край тумана, но духовную конструкцию швырнуло назад, прямо в кусты.
В пещере сознание старейшины насильно вышвырнуло из Серого Тумана.
Из его рта тонкой струёй брызнула кровь, окрасив стену пещеры перед ним.
— Кха...
Старейшина рухнул вперёд, успев подставить дрожащие руки. Перед глазами всё поплыло. Каждый нерв в теле вопил, предупреждая о скором духовном коллапсе.
Два удара.
И трупная марионетка уничтожила почти две пятых его души.
Ещё один удар, и часть духа, что поддерживала Серый Туман, будет стёрта полностью.
Хуже того, сам Серый Туман — сокровище, которое он сотни лет очищал и совершенствовал, — исчезнет вместе с ней.
Лицо старейшины исказилось.
Он принял решение, от которого любой вменяемый культиватор назвал бы его безумцем: втянул почти всё своё сознание в Серый Туман, оставив в физическом теле лишь самую малую часть души, чтобы сердце билось, а лёгкие работали.
Но если не рискнуть сейчас, то он в любом случае потеряет всё.
Зрение Серого Тумана стабилизировалось как раз вовремя, чтобы увидеть меч, заполняющий всё поле зрения.
— Дерь...
БАХ!
Ни места, чтобы увернуться, ни времени, чтобы среагировать. Лезвие ударило точно в центр, и мир взорвался болью.
На этот раз старейшина не потерял контроль над Серым Туманом. Зато связь с физическим телом оборвалась полностью.
Старейшина, точнее, сознание, управлявшее Серым Туманом, втянул в себя воздух, который ему, строго говоря, был не нужен.
Эта трупная марионетка какая-то ненормальная. Как такое вообще возможно? Такое чувство, будто я дерусь с одним из северных варваров.
Теперь его основная душа оказалась заперта в Сером Тумане. Если тот погибнет, настоящее тело превратится в безмозглую оболочку, которая даже прокормить себя не сможет, и медленно умрёт от голода в пещере, о которой никто не знает.
Удар снова отбросил туман назад, увеличив дистанцию.
Он тут же воспользовался шансом и рванул в небо, поднявшись на целую тысячу метров, прежде чем почувствовал себя хоть немного в безопасности.
Внизу трупная марионетка пару секунд крутилась на месте, выискивая цель, которая внезапно исчезла. Ничего не найдя, она заковыляла в случайную сторону, волоча за собой меч.
Старейшина завис в воздухе, пытаясь осмыслить произошедшее.
Он не чувствовал в трупной марионетке ни колебаний культивации, ни энергии проклятия, ни паразитических духов. И теперь был почти уверен, что каменный меч — это просто каменный меч, а не артефакт. Старейшина мог ошибаться, но после второго удара, когда он не ощутил в оружии никакой странной энергии, уверенности стало гораздо больше.
Нин Цинсюэ была важна для того, чтобы Призрачная Секта смогла удержать нынешние позиции в региональной политике. Но эта трупная марионетка, способная убить старейшину через Серый Туман…
Это угрожало уже самим основам секты.
Если вражеские секты научатся повторять такой метод, каждый пользователь Серого Тумана в Призрачной Секте станет уязвим. Их главное преимущество превратится в величайшую слабость.
Последствия были ошеломляющими.
И пугающими.
Старейшина заставил Серый Туман двигаться быстрее и осторожно спустился к земле, подальше от того места, куда ушла трупная марионетка. Нужно было вернуться в своё тело и уже человеческими руками, с помощью настоящих магических инструментов, поймать одну из марионеток для изучения.
***
Утренний свет просачивался сквозь кроны.
Внутри домика на дереве Алексей сидел на краю кровати с удочкой в руках. Кровать была занята, поэтому всю ночь он рыбачил, чтобы скоротать время и не терять бдительности, если состояние Цинсюэ изменится или если та серая тварь всё-таки их найдёт.
Улов, если подумать, вышел неплохой.
Он вытащил ещё одну удочку, а лишних никогда не бывает, потому что они со временем ломаются. Два лука, оба с чарами, которые ещё предстояло проверить. И самое главное, ещё два крючка-растяжки, которые он разобрал в один железный слиток.
Теперь его запас железа составлял целых два слитка.
Чтобы сделать наковальню, нужно... так, посмотрим... три железных блока и ещё четыре железных слитка.
Три блока — это двадцать семь слитков. Плюс ещё четыре. Итого тридцать один.
— Значит, мне нужно всего лишь ещё двадцать девять слитков железа, — пробормотал Алексей. — Такими темпами наковальня у меня будет к следующему году.
Муушрум, дремавшая в углу, ободряюще промычала.
— Спасибо за поддержку, Бесси.
Алексей отложил удочку и повернулся к своей пациентке.
Цинсюэ лежала ровно там, где он её оставил, всё ещё без сознания, но за ночь её состояние явно улучшилось.
Дышала она ровнее. Синева с губ совсем ушла. На лице появился цвет, до здорового было, конечно, далеко, но оно уже не выглядело мертвенно-бледным.
Алексей проверил температуру, приложив тыльную сторону ладони ко лбу девушки.
Нормальная. Или почти нормальная. У культиваторов, наверное, и температура тела могла отличаться от человеческой.
Пульс на запястье всё ещё был слабым. Но куда лучше, чем вчерашнее обрывистое сердцебиение.
— Это хорошо. — Алексей откинулся назад. — Ты не умираешь.
Слышит она его или нет, он не знал, но разговоры вслух помогали привести мысли в порядок.
— В общем, ситуация такая: ты в моём домике в дереве.
Ответа не последовало. Он и его не ждал.
— Когда очнёшься, если очнёшься, нам нужно будет серьёзно поговорить. Потому что у меня есть вопросы.
***
Цинсюэ не спала уже минут десять.
Не полностью пришла в себя, её тело всё ещё было слишком сильно повреждено, но достаточно, чтобы различать звуки, складывать обрывки разговоров и понимать, что она в безопасном месте.
В месте, которое Серый Туман не нашёл.
И это казалось невозможным. Нефритовый кулон был истощён. Её духовная сигнатура должна была выдавать местоположение любому, у кого есть божественное чувство.
Она не ощущала ни намёка на духовное сканирование. Только голос смертного, который спас её и сейчас разговаривал, судя по звукам, с коровой.
Цинсюэ поняла, что её спаситель ничего не знает о культивации. Просто смертный, который случайно во всё это вляпался.
А потому его решение помочь ей выглядело невероятно смелым.
Ещё немного, сказала она себе. Мне нужно лишь ещё немного времени, чтобы восстановиться.
***
Снаружи, за единственной деревянной стеной, которая выглядела хрупкой, но таковой не являлась, старейшина вернулся в лес.
На этот раз в своём настоящем теле, а не через Серый Туман.
Он стоял на маленькой поляне и хмуро смотрел на три чёрных гроба, прислонённых вертикально к стволам деревьев. Изнутри время от времени доносились стоны и стук костей.
За последние несколько часов он поймал трёх трупных марионеток. Это была тонкая работа: приходилось по одной заманивать их в заранее подготовленные ловушки, потому что вступать с ними в прямой бой было слишком опасно. Изначально их было больше, но несколько особей не пережили его эксперименты. И их смерть оказалась… странной.
Когда эти трупные марионетки погибали, после них оставались только странный дым, желтовато-зелёные стеклянистые бусины, а ещё несколько костей и кусков плоти, парящих в воздухе.
Это сильно отличалось от смерти обычных существ и даже культивирующих духовных зверей.
Старейшина тщательно проверил пойманных трупных марионеток, действуя уже своим настоящим телом и держась как можно дальше от радиуса их атак.
Результаты сбивали с толку.
Они были слабыми. Жалко слабыми.
Их сила атаки лишь немного превосходила силу обычного смертного. Их защита, будучи без брони, была ниже, чем у культиватора закалки тела.
Даже та марионетка с каменным мечом била всего лишь с силой культиватора ранней стадии Формирования Ядра. Для смертных — это мощь, для Призрачной Секты — посмешище.
И против живых целей из плоти и крови марионетки не проявляли никакой способности повреждать души.
Старейшина проверил это на нескольких демонических зверях, пойманных в лесу. Ни один не показал признаков духовной травмы от ударов трупной марионетки. А значит, трупные марионетки могли атаковать душу только через Серый Туман.
Именно эта избирательность и пугала его до дрожи.
Это не случайность. Не природная аномалия. Кто-то создал оружие, нацеленное именно на главное преимущество Призрачной Секты.
А если связать это с недавними движениями сект по всему восточному региону...
Кто-то целенаправленно изучал способы противодействия Призрачной Секте!
И судя по продуманности этих трупных марионеток, такой план готовился не первый год. Возможно, десятилетиями.
По спине старейшины потёк холодный пот.
Он вдруг почувствовал на себе взгляды. Десятки взглядов. Нет, сотни! Призраки глав сект и старейшин, которых его организация убила за прошедшие века, будто смотрели из теней и ждали мести.
— Нужно передать их в секту.
Где-то в лесу хрустнула ветка.
Старейшина резко обернулся, вспыхнув духовной энергией.
Ничего. Только ветер в листве. Но паранойя уже вцепилась в него мёртвой хваткой. Каждая тень казалась угрозой. Он подхватил три гроба духовной энергией, поднял их в воздух и сорвался с места на предельной скорости.
Ему нужно было убираться из этого леса.
http://tl.rulate.ru/book/170484/12562471
Готово:
