# Глава 21. «Ты просто слишком добра»
Тем временем госпожа Шаншу сидела в приёмной, её лицо было мрачнее тучи.
Воспоминания о недавнем разговоре наполняли её скорбью и яростью, ставя на грань нервного срыва.
Ши Уцин осмелилась пойти против императорского указа!
Не случись сегодняшнего, она бы так и не узнала, что её дочь подменили!
Что с Лин-Лин? Жива ли? Хорошо ли её кормят? В опасности ли она?
А теперь, когда Ши Уцин отказалась помочь, сможет ли она сама уговорить принца Ци?
Госпожа Шаншу думала об этом, и слёзы снова покатились по её щекам, лицо исказилось от тоски.
– Госпожа, что с вами? — спросила служанка, не понимая причины, но спеша утешить. — С господином обязательно всё будет хорошо, не переживайте так.
Госпожа Шаншу лишь горько усмехнулась. Откуда простой служанке знать, что её ноша стала в несколько раз тяжелее?
Пока она собиралась с духом, решив любой ценой упросить принца Ци о помощи, снаружи донёсся голос слуги:
– Принц.
Госпожа Шаншу поспешно утерла слёзы. Принц Ци явился!
Но она не успела встать, как послышалось:
– Ванфэй.
«…» Ши Уцин тоже здесь!
Зачем она пришла?!
Госпожа Шаншу затряслась от ярости, уставившись на дверь и молясь, что ослышалась. Но вскоре принц Ци, держа за руку хрупкую красавицу с заплаканными глазами, вошёл в залу.
Этой красавицей была не кто иная, как та самая Ши Уцин, что ещё недавно улыбалась ей, грозя.
Один взгляд на лицо Ши Уцин — и госпожа Шаншу всё поняла!
Эта тварь не только сама отказала ей, но ещё и разыграла спектакль перед принцем!
Потребовалась невероятная сила воли, чтобы не броситься к ней и не врезать по лицу.
– Честь имею кланяться Его Высочеству принцу Ци, — сквозь зубы проговорила она, исполняя поклон.
Но принц Ци проигнорировал её.
Взяв Ши Уцин за руку, он прошёл мимо неё и усадил на почётное место.
– Не хочешь ли чаю? — мягко спросил он Ши Уцин.
– Не надо, — тихо ответила та, затем нерешительно добавила:
— Матушка…
Принц Ци холодно сказал:
– Лин-Лин, ты просто слишком добра. Она не увидела в тебе ванфэй, а ты всё равно переживаешь о ней.
«…» Госпожа Шаншу.
Она, конечно, понимала: принц упрекает её в том, что она не отдала должные почести Ши Уцин как ванфэй!
Но… но это место по праву принадлежало её дочери!
И теперь принц называет эту мразь «Лин-Лин» и говорит, что она добра!
Сердце госпожи Шаншу ныло от боли, и она готова была вцепиться в горло Ши Уцин.
Читатели кипели от ненависти не меньше.
【Добра... Чёрт, я больше не могу, главный герой ослеп до такой степени】
【Спасите! Называет Ши Уцин «Лин-Лин» перед матерью настоящей Лин-Лин, да ещё и требует, чтобы та ей кланялась... у меня сердечный приступ】
【До смерти унизительно, ни секунды больше не могу это смотреть, до встречи в следующей главе】
【И я! Как она смеет так наглеть?! Главная героиня, мсти быстрее!】
【Голосую за сожжение дотла!】
【Автор, если будешь так продолжать, я брошу читать. Можно побыстрее спустить этого мусора в унитаз?】
【+миллиард】
Ши Уцин с первого слова Ци Луаня могла представить реакцию читателей. Она глянула на панель читателей, не обращая внимания на высказывания, а сосредоточившись на очках популярности и Шкале симпатии.
Очки популярности не упали — ведь отъявленный злодей, которого ненавидят всеми силами, тоже остаётся в памяти. А сердечко, обозначавшее Шкалу симпатии…
Стало чёрным.
Ши Уцин:
– Ваше сердечко довольно человечное.
«...» Система.
В реальности же Ши Уцин нежно промолвила:
– Матушка просто слишком убита горем, вот и такая. Я на неё не в обиде. А-Луань, вели ей скорее подняться.
Ци Луань холодно окинул госпожу Шаншу взглядом, голос его прозвучал ледяным:
– Сначала извинится, тогда и поговорим.
Никто не смел обижать Лин-Лин у него на глазах. Даже её собственная мать.
«…» Госпожа Шаншу стиснула зубы так, что они чуть не раскрошились, и, склонившись, проговорила:
– Честь имею кланяться ванфэй. Виновата перед вами, ваша покорная слуга.
Ши Уцин покачала головой.
– Не стоит, матушка. Поднимайтесь, пожалуйста.
Сказав это, она изобразила на лице смесь печали, обиды, вынужденного смирения и робкой надежды — по крайней мере, так она это себе представляла.
На самом деле, и Ци Луань, и госпожа Шаншу увидели лишь, как девушка, произнеся эти слова, опустила глаза, покраснев от смущения и беспомощности.
Ци Луань пронзила жалость.
Говорит, что ничего, а на самом деле… ей ведь очень больно, когда родная мать так нападает на неё.
Госпожа Шаншу же вспыхнула от ярости.
Говорит, что ничего, а на самом деле изображает эту показную покорность, лишь бы принц ещё больше уверовал в ложь!
Она чувствовала, что если проведёт здесь ещё мгновение, то не удержится — расскажет всю правду, невзирая на то, что это погубит весь род Ши!
– Ваше Высочество, умоляю вас, во имя помолвки наших семей, помогите мужу вашей покорной слуги! Его оклеветали! — без предисловий взмолилась госпожа Шаншу.
Фениксовые глаза Ци Луаня сверкнули холодом.
– Помолвка? Да, между мной и семьёй Ши была помолвка. Но я женился на Лин-Лин. Какое это имеет отношение к остальным членам семьи Ши?
Госпожа Шаншу с горечью воскликнула:
– Ваше Высочество, как вы можете так говорить? Лин-Лин — дочь семьи Ши!
Голос Ци Луаня стал ещё холоднее:
– И это даёт тебе право оскорблять её как вздумается?
– Когда я оскорбляла её? — не поверила своим ушам госпожа Шаншу.
Ци Луань ледяным взглядом окинул её, в глазах не было ни капли тепла:
– Будешь и дальше притворяться? Как думаешь, я поверю Лин-Лин или тебе?
Услышав это, госпожа Шаншу наконец поняла: Ши Уцин оклеветала её!
Чего она добивается?
Не помогать — и ладно, но ещё и клевещет на неё перед принцем, отвращая его от неё!
Неужели она хочет завести семью Ши в тупик?!
Чем род Ши её так обидел?!
Гнев клокотал внутри госпожи Шаншу, не находя выхода. Она лишь с ненавистью уставилась на Ши Уцин.
А в глазах Ци Луаня этот взгляд был лишь признаком того, что она злится на Лин-Лин за то, что та ему всё рассказала!
Его фениксовые глаза вспыхнули гневом!
При нём-то она уже позволяет себе так на неё смотреть! Что же происходит у них за спиной?!
– Хочешь, чтобы я спас шаншу? Ладно, — его лицо стало мрачным.
Госпожа Шаншу с надеждой подняла на него глаза.
– Извинись перед Лин-Лин.
Госпожа Шаншу, в общем-то, ожидала такого. Как ни противно, но ради мужа она могла потерпеть.
– Хорошо, — она склонила голову, отчеканивая каждое слово. — Виновата, ванфэй. Прошу простить невежливость вашей покорной слуги. — Особенно сильно она подчеркнула слово «ванфэй».
Сказав это, она приготовилась к дальнейшим унижениям со стороны Ши Уцин. Но что поделаешь — лишь бы принц остался доволен.
Она была готова унижаться и извиняться, пока принц не будет удовлетворён.
Но неожиданностью для неё стало то, что после её извинений, ещё до того, как Ши Уцин успела что-либо сказать, Ци Луань холодно продолжил:
– Я ещё не закончил. Я требую, чтобы через несколько дней, на дворцовом банкете, ты при всех извинилась перед ванфэй!
Глаза госпожи Шаншу расширились. На дворцовом банкете… при Императоре, перед всеми чиновниками и их семьями… извиниться перед Ши Уцин?
Дело было даже не в потере лица. Сама мысль, что придётся публично унижаться перед этой тварью…
Ногти госпожи Шаншу впились ей в ладони до крови.
А Ши Уцин смотрела на Ци Луаня во все глаза.
Заставить госпожу Шаншу извиниться перед ней на пиру?!
Нет!!
Это категорически невозможно!
Только представьте эту картину: главная героиня, главный герой, актёр второго плана, актёр третьего плана — все будут там. И мать главной героини будет извиняться перед ней, злодейкой! Это равносильно тому, чтобы нажить врагов среди всех ключевых персонажей романа!
О главном герое пока промолчим — его поведение и так странное. Но главная героиня… она и так её ненавидит. Увидев такое, она, наверное, просто не доживёт до финала!
И ещё Сяо Чи, любящий главную героиню, а также Юй Юннин, который сейчас, должно быть, уже сблизился с ней…
Ши Уцин затряслась и принялась срочно спасать свою шкуру:
– А-Луань, не надо так. В тот день будет столько народу… если матушка так поступит, куда же ей будет девать лицо? И что тогда люди скажут о нас?
http://tl.rulate.ru/book/170482/13372016
Готово:
