«Лианг, братец, надеюсь, ты дальше сам о себе позаботишься... Я и сам не знаю, получится ли у меня завтра вырваться...»
Очередное утро.
Лианг проснулся от звучавшего у самого уха голоса.
Золотистый солнечный свет заливал его с головы до ног, словно неведомый свет святости, осенивший спящего прекрасного рыцаря.
Его чёрные волосы лежали идеально ровными прядями, ресницы едва заметно дрогнули, и он резко распахнул глаза — в чёрных зрачках будто вспыхнул ослепительный свет, яркий, как само солнце.
«Тони!» — Лианг рефлекторно выкрикнул знакомое имя.
Тони Старк — родной сын его приёмных родителей, его старший брат — только что звал его с той особенной интонацией, что звучит, как прощание. Но рядом с собой Лианг никого не увидел.
Он мгновенно всё понял: «С Тони что‐то случилось! Как так... Погоди. Неужели он всё‐таки забил на мои слова и поехал в Афганистан?.. Чёрт, самодовольный идиот, я же разжёвывал ему это сотню раз».
Лианг без сил вздохнул и протянул руку к стоявшему рядом электронному дисплею, легко коснувшись экрана.
Интеллектуальная система тут же отреагировала.
Раздался лёгкий щелчок — стяжка, охватывавшая его талию, разомкнулась, и в следующую секунду он плавно оторвался от поверхности, повиснув в воздухе.
И не только он.
Вокруг него бумажные салфетки, поднос, рулон скотча и прочий разбросанный по отсеку мелкий хлам так же, как и он, беспорядочно парили в невесомости, будто стайка микроорганизмов в толще воды, плывущих, куда им вздумается.
Но это был вовсе не водоём.
Это был внутренний отсек пилотируемого космического корабля.
И то, на чём Лианг спал, вообще‐то трудно было назвать кроватью — лишь титановой панелью, жёстко закреплённой на стене модуля.
Днём и ночью он был привязан к этой плите и вынужден непрерывно подставлять лицо и тело под беспощадный солнечный жар.
Голод утолял фруктово‐мясным пюре, жажду — питательным раствором, а все физиологические нужды решал, не отходя от титановой панели, отдавая команды бортовому ИИ. Можно сказать, за полгода он будто врос в этот кусок металла.
Подобная жизнь, если верить его расчётам, тянулась уже полных шесть месяцев.
«Хотя я и не выдержал тех два с половиной года под солнцем, что были в плане, но и полугода солнечной бани вполне достаточно».
Зависнув в воздухе, Лианг сжал кулаки и впервые в жизни так отчётливо почувствовал, насколько переполнено силой его тело.
Казалось, каждая клетка, каждая капля крови в нём пульсирует мощью.
Солнечный свет лился на его обнажённое тело, скользя по безупречному рельефу мышц, повторяя линию груди и плеч.
Он почти слышал, как его клетки ликуют, как кровь бурлит и устремляется по жилам, подобно потокам талой воды, сбегающим с ледников в разлившиеся реки.
«Вот оно... сила криптонца!» — Лианг смотрел сквозь двухметровое прозрачное иллюминаторное стекло на огромное солнце в сотнях миллионов километров от него и невольно вздыхал.
Вот уже почти девятнадцать лет, как он очутился в этом мире, и ни разу не думал, что сумеет столь легко заполучить мощь, способную перевернуть сам мир.
Вглядываясь в чёрную бездну космоса за стеклом, Лианг невольно вспоминал своё прошлое.
Лианг Старк — странник между мирами.
В прошлой жизни он был Ли Аном — самым обычным офисным клерком, искренне уверенным, что ему уготована обычная, ничем не примечательная жизнь.
Но однажды, возвращаясь домой на метро, он вмешался в нападение психически больного, вооружённого ножом. Попытался остановить его, просчитался, и тот нанёс ему несколько смертельных ударов.
Когда он открыл глаза снова, то уже был почти годовалым младенцем.
Он переместился в другой мир — или, точнее, переродился — но осознал себя и прошлое лишь в год.
Что до периода «до года» — из‐за незрелости мозга там почти ничего не сохранилось.
В этом мире он изначально был подкидышем, младенцем, от которого избавились. Судьба распорядилась так, что его подобрал Говард Старк и забрал к себе.
Когда к нему вернулась память прошлой жизни, первое, что он увидел в этом новом мире, — заплаканное лицо Тони Старка.
Бедный Тони, с исчерченными слезами щеками и покрасневшими от бесконечного плача глазами, молча держал его на руках.
А позже он узнал, что в тот день, когда к нему вернулись воспоминания прошлой жизни, супруги Старк попали в автокатастрофу и погибали, и единственным выжившим в машине оказался он сам.
Тогда его, туго замотанного в детское одеяло, попросту бросили на обочине. Одеяло грубо обмотали вокруг шеи пару раз, а в нескольких метрах от него лежали объятые пламенем обломки взорвавшейся машины.
Врачам оставалось лишь разводить руками: то, что малыш выжил, было чистым чудом — последним чудом, которое супруги Старк оставили этому миру.
Похоже, Тони тоже считал так же: он воспринял Лианга как продолжение жизни своих родителей и действительно растил его как родного младшего брата.
Если уж быть честным, формально приёмным отцом Лианга был Говард Старк, но по факту и «отцом», и «матерью» стал именно Тони.
...Но и «отцом», прямо скажем, он был так себе.
Ну какой нормальный отец повесит двухлетнего ребёнка себе на шею и с таким «аксессуаром» пойдёт на приём клеить обложечных моделей, а потом ночью вернётся домой, швырнёт ребёнка на диван и сам отправится с очередной красоткой «делить подушку»?
К счастью, вскоре в его жизнь вошла Пеппер Поттс.
С появлением Пеппер о Лианге хотя бы стало кому по‐человечески заботиться, и он наконец выбрался из ночного ада, когда бесконечные стоны и крики не давали ему сомкнуть глаз.
Все те бессонные ночи Лианг не забывал. Он не раз мысленно ставил Тони галочки в счёт будущих долгов, приговаривая про себя: «Ладно, братец, вот поедешь ты в Афганистан — посмотрим, будешь ли после этого так же бегать за модельками».
Лиангу было ясно, что если всё пойдёт по «канону», то в Афганистан Тони всё равно когда‐нибудь уедет.
Фильмы по вселенной Marvel он в прошлой жизни посмотрел почти все.
Стоило ему услышать в этом мире имена своих приёмных родителей и старшего брата, как он сразу понял, куда именно его занесло.
Если честно, Марвел‐мир по шкале опасности далеко не внизу.
Не говоря уже о толпе суперзлодеев, которые появляются будто из ниоткуда только затем, чтобы показаться, заработать себе гроб и заодно устроить массовые жертвы среди мирного населения.
Даже если забыть об этих «гастролёрах», стоило чуть промахнуться с моментом попадания в этот мир — и если к тому времени бог сюжетов Локи ещё не взобрался на трон Времени, — то, как только он бы родился и издал пару громких криков, к нему бы уже заявились бойцы Управления временем, в наручниках утащили и аккуратненько стерли.
К счастью, вопреки всем страхам, Лианг каким‐то чудом дожил до восемнадцати.
Он предполагал, что временные линии мультивселенной успели перепутаться, а некая «священная линия времени» — исчезнуть.
В общем, момент для переселения ему достался не самый плохой.
Но это не отменяло главного: мир Marvel оставался чудовищно опасным.
Особенно если учитывать, насколько тесно он был связан с одним из центральных персонажей истории — Тони Старком.
В таком мире, где простой поход на улицу мог закончиться встречей с очередным злодеем, он ждал восемнадцать лет.
И так и не дождался своего «золотого чит‐кода».
У него не было гениевского мозга, как у Тони, ни мутагенной удачи, как у Человека‐Паука, ни обязательной для попаданца «системы».
Оставалось лишь успокаивать себя тем, что в любом случае он уже прожил две жизни, а значит, в каком‐то смысле всё равно в выигрыше.
Тем более, что попал он не в мрачные миры вроде «Скрытого Господина», «Дао‐ужаса» или «Идеального мира», где всё утоплено в безысходности и крови. Так что грех было жаловаться.
Однако, даже оставаясь обычным человеком, он всё же постарался использовать своё знание будущего и по мере сил подправить ход событий.
В 2006‐м, в шестнадцать лет, так и не дождавшись агентов Управления временем, Лианг решился на осторожную попытку вмешаться в ход истории.
Опираясь на знания о будущем, он начал направлять Тони, пытаясь создать им обеим дополнительное преимущество.
Сначала он подтолкнул Тони к разработке целого ряда гражданских высокотехнологичных устройств, которые в исходной временной линии должны были появиться лишь после 2007 года: смартфоны, планшеты и прочую продвинутую электронику.
Под напором этих прорывных технологий корпорация Старк давно перестала быть сугубо оружейной фирмой.
Сфера деятельности концерна расширилась в разы.
Теперь это был безоговорочно номер один среди корпораций всего мира.
Помимо этого, Лианг пытался подвести Тони к идее создания реактора‐дуги.
Но у того и мысли не было двигаться в этом направлении: при каждом разговоре он отделывался фразой «такое сейчас вообще нереализуемо».
По сути, он просто не желал серьёзно за это браться.
С его точки зрения, за первую половину жизни не было ни одной технологии, которую он не мог бы выстрелить «с кондачка».
Даже смартфон, меняющий сам подход к коммуникации, появился только потому, что Лианг однажды вбросил фразу: «Вот бы телефон был просто экраном, и всё можно было бы нажимать прямо пальцами». Тони только сверкнул глазами — и вскоре прототип уже был у него в руках.
Если Тони не горел желанием копаться в реакторе‐дуге, Лианг был бессилен. Ну как уговорить упрямого осла развернуться и пойти обратно?
За два года те изменения, которые Лианг сумел протащить в мир, дошли до своего предела.
Он походил на трудолюбивую пчёлку, которая отчаянно искала хоть какие‐то точки, где можно было слегка сдвинуть судьбу.
Он пытался отыскать Баки, чтобы отомстить за супругов Старк.
Пробовал вывести Обадию на чистую воду и упечь того за решётку...
Но, увы, ни одну из этих задач до конца довести не удалось.
Обадия прятался слишком глубоко и лишь год назад допустил небольшой промах, за который Лианг ухватился и всё рассказал Тони.
Однако Тони, слишком дороживший близкими, даже начав сомневаться, всё равно предпочитал верить своему «дяде».
Они всего лишь один раз серьёзно поговорили, после чего Тони с лёгкостью решил, что проблема исчерпана.
Глядя на эту беспомощную картину, Лианг мог только снова и снова вдалбливать Тони, что тот не имеет права расслабляться, не должен в одиночку соваться в зоны боевых действий вроде Афганистана.
А вот в поиске Баки Лианг и подавно не мог действовать открыто.
Гидра в этом мире пустила такие корни, что дёрни за один — качнётся всё дерево.
Он был всего лишь обычным человеком, и, начав копать слишком активно, лишь выдал бы себя, обречённый повторить судьбу Говарда.
Он даже Тони ничего сказать не мог.
Во‐первых, в семье он оставался младшим, и вес его слов был не так уж велик — Тони мог просто не поверить (к тому же, Тони был лет на двадцать старше него).
Во‐вторых, даже если обойти молчанием источники информации и просто подтолкнуть Тони к определённым выводам, зная характер старшего брата, можно было не сомневаться: как только тот всерьёз насторожится, в дело немедленно пойдёт Джарвис, который начнёт ломиться во все секретные базы данных подряд.
В итоге они оба оказались бы под прицелом Гидры, которая моментально подняла бы тревогу и развернула охоту.
А там, глядишь, за ними пришёл бы сам Баки, и у старого товарища Капитана Америка нашёлся бы шанс оформить себе «покер» из членов семьи Старк.
В мире Marvel обычный человек абсолютно бесправен, и фамилия Старк тут мало что меняет.
Роль Лианга в этом мире была не более значительной, чем у Джастина Хаммера из Hammer Industries: да, он богат, но этим список преимуществ почти исчерпывается. Ну разве что в придачу к этому у него был гениальный старший брат.
К счастью, всё изменилось в день его восемнадцатилетия.
Спасибо за прочтение, поставьте лайк и добавьте в закладки.
http://tl.rulate.ru/book/170301/12733713
Готово:
