Глава 10. Свет учит нас честности, но я ведь и не лгал.
Оронар – самый большой и процветающий город в регионе Мак'ари, столице эредаров, а также древнейший из ныне существующих полисов всей цивилизации.
Хотя истоки эредаров лежат в Великом Окаменелом лесу Крокууна, именно здесь десятки тысяч лет назад Первородный колдун Огурей нашел реликвию – кристалл Ата'мал. Вышедшие из лесов предки основали здесь первое поселение, которое со временем разрослось, пустив корни во все стороны.
Тот легендарный Первородный колдун, используя мощь кристалла Ата'мал, создал первое в истории государство эредаров, положив официальное начало их цивилизации.
Они открыли плодородные Анторанские поля, а за десять тысяч лет развития накопили достаточно мастерства в мореплавании, чтобы построить флот и исследовать весь мир. Стопы эредаров ступили на все остальные континенты планеты. Однако после таинственного исчезновения Первородного колдуна цивилизация быстро раскололась, и вспыхнули войны между отдельными государствами эредаров.
Та война охватила весь Аргус, приведя к краху Эпохи королей.
После войны народ вновь сплотился. На руинах раздробленности, извлекая горькие уроки из прошлого, они решили более не поддерживать монархию. Вместо этого была установлена совершенно новая система – Дуумвират. Решив вести народ путем сосуществования мудрости и силы, лидеры ввели эредаров в нынешнюю эру Второго соправительства.
С этой точки зрения эредары действительно были расой, обладающей духом исследователей и недюжинной воинской доблестью.
К сожалению, преимущество бессмертных видов одновременно является и их слабостью.
В условиях вечной жизни, не знающей старения, брак и семья стали необязательными опциями, а трудности с деторождением легли на эредаров тяжким проклятием. От мифических времен Первородного колдуна до Эпохи королей и нынешнего расцвета Второго соправительства численность эредаров так и не совершила прорывного роста.
Судя по общению Дика с воителем Маардланом в последние дни, население эредаров исчислялось миллионами и оставалось стабильным на протяжении очень долгого времени.
Для расы, которая исследовала весь мир и установила на нем свое господство, это число казалось по-настоящему жалким. Говорили, что Великий Экзарх Велен, дабы поощрить рождаемость собственным примером, завел полноценную семью и ребенка.
Но другой Великий Экзарх, воевода Ки'джеден, был убежденным сторонником одиночества.
За всю свою жизнь он не был замечен ни в одном, даже самом мимолетном скандале с женщинами, хотя подле воеводы никогда не было недостатка в дамах исключительной красоты и нрава.
Конечно, ходили и слухи, воспевающие трогательную мужскую дружбу между воеводой Ки'джеденом и экзархом Веленом, порой даже приписывающие им духовную любовь. Однако даже в нынешнем весьма просвещенном обществе эредаров за подобные сплетни о лидерах можно было попасть в руки Обители ассасинов, где сначала казнят, а потом разбираются.
А все потому, что улик не было! Нельзя же просто так, бездоказательно, порочить честное имя.
Впрочем, для привязанности и восхищения на духовном уровне доказательства найти вообще едва ли возможно.
— Дик? Дик, ты слушаешь план? Почему мне кажется, что с тех пор, как мы вошли в город, ты витаешь в облаках? Для того, кто собирается отправиться в «самоубийственное» путешествие, твое состояние оставляет желать лучшего!
Недовольный голос верховного следопыта Нели вырвал Дика из плена раздумий. Находясь в тайном убежище на одной из высоких башен Оронара, он обернулся и с легким извинением в голосе произнес:
— Я просто давно не покидал Мак'ари. Раньше я бывал здесь только по ночам, тайком пробираясь на собрания культистов. Редко выпадала возможность полюбоваться самым процветающим городом эредаров при свете дня. Прости, я отвлекся.
— Возможно, давление слишком велико, — покачал головой стоящий позади воин-эредар, одетый в облачение ассасина. — В конце концов, через несколько дней он отправится на верную смерть. Будь я на его месте, я бы тоже нервничал.
— Это верно. В одиночку внедриться на собрание Пробудителей, да еще и рассорить Просветителя с его самым доверенным учеником… обе задачи не из легких.
Другая женщина-ассасин, следопыт в рубиновых очках, с сомнением оглядела Дика и добавила:
— Если бы это поручили какому-нибудь красноречивому арканисту, я бы еще видела надежду. Но посылать в качестве дипломата прямолинейного и честного воздаятеля – это за гранью разумного. Кстати, Дик, ты часом не перешел дорогу господину Талгату? Иначе с чего бы ему посылать тебя на такое гиблое дело?
— А ну, замолчали! — Прикрикнула на подчиненных командир Нели и обратилась к Дику. — Не обращай на них внимания. В Обители ассасинов одни угрюмые чудики, они не умеют нормально общаться. На самом деле, ты можешь не вникать в детали плана, просто сосредоточься на своей задаче. Но господин Талгат приказал нам слушаться тебя, так что ты должен дать нам ориентиры для действий!
Бойкая воительница скрестила руки на груди и спросила:
— Ты хочешь, чтобы мы охраняли тебя на пути и вытащили в конце, или…
— Нет, обо мне не беспокойтесь. Ваша единственная цель: когда две фракции сойдутся в схватке, сделать так, чтобы Архимонд погиб в этой неразберихе. Заберите его камень души, чтобы он не смог воскреснуть снова, — серьезно ответил Дик командиру Нели. — За своей жизнью я присмотрю сам, но Архимонд должен умереть!
— Понятно. Значит, Архимонд тебя чем-то задел, — не удержалась от комментария женщина-ассасин. — Сейчас ты говоришь как те одержимые местью безумцы, готовые поставить на кон всё, лишь бы прикончить врага.
— А разве это не очевидно? — Подхватил второй ассасин, словно подыгрывая в паре. — Мы все читали досье. Господин Дик преданно служил Архимонду, а этот лицемер в ответ решил его убить, чтобы замести следы. Такое стерпишь? Я бы точно не смог! И мало того, что не стерпел бы, так еще и подсыпал бы этому гаду слабительного в чай или чего похуже.
— Ну и подчиненные у тебя, просто… — Дик лишился дара речи, глядя, как пара болтливых ассасинов перебрасывается репликами, словно на представлении. Затем он перевел взгляд на Нели, чье лицо оставалось спокойным, будто у нее атрофировались все нервные окончания.
Он с сочувствием произнес:
— Тебе тоже нелегко приходится.
— Эх, и не говори. Господин Талгат день за днем набирает этих оригиналов. Но мастерство убийства у них такое же отточенное, как и языки, так что за задание не переживай. — Нели вильнула своим ухоженным хвостом и указала на оружейный ящик позади себя. — Там оружие, которое мы принесли. Можешь выбрать что-нибудь для самообороны. Есть еще арконитовые щиты и генераторы иллюзий, созданные великими техниками. Толку от них немного, но в худшем случае они помогут отвлечь огонь на себя. Жаль только, что кодекс воздаятелей запрещает вам использовать яды и проклятое оружие, а то бы… хм? Ты что это взял?
— Положи на место! — Вскрикнула она. — Это проклятый клинок. Если ты его коснешься, Святой Свет обожжет тебя.
— Но мой путь Света уже разбит, госпожа Нели. Пока я не найду свою новую клятву, Свету, вероятно, временно нет до меня дела.
Дик достал из ящика одноручный меч, инкрустированный темными камнями, и полукруглый щит с арконитовой матрицей. Взмахнув ими пару раз и оставшись довольным, он отложил их в сторону. Затем, под ошеломленными взглядами троих элитных ассасинов, он рассовал по карманам несколько флаконов с разноцветными ядами.
Напоследок он прихватил несколько пачек украшенных самоцветами метательных ножей, которыми пользовались убийцы эредаров.
Это оружие было невероятно острым и хрупким: при попадании в тело оно разлеталось на осколки, высвобождая заключенную внутри проклятую силу. Коварное средство, предназначенное исключительно для убийств.
Вид порядочного воздаятеля, следующего наставлениям Света, с таким арсеналом в руках показался бы любому нормальному эредару сущим богохульством.
— Эй! Ты же воздаятель… — не удержалась от возгласа болтливая ассасинка. — Ты играешь не по правилам!
— А твоя фраза о том, что «Свету до тебя нет дела», потянет на святотатство в глазах любого другого воздаятеля, — добавил её напарник. — Ты что, пал духом из-за того, что Свет тебя оставил? Слушай, всё не так плохо. Мы и раньше видели воздаятелей, чей путь был разбит, но большинство из них через какое-то время снова получали благословение. Не ставь на себе крест!
— Ваше понимание Света слишком поверхностно, — Дик вел себя совершенно невозмутимо, несмотря на шок троих профессионалов. Продолжая экипироваться, он произнес:
— Возможно, дело в моем уникальном опыте, но, как по мне, Свет – это не заповедь и уж тем более не ограничение. Это сила и инструмент, ничем не отличающийся от магии в руках арканистов или клинков в руках ассасинов. Добродетельный человек помогает другим не потому, что Свет велит ему так поступать, а потому, что он сам так решил. По той же логике, благородный воздаятель после одного паршивого дня может превратиться в опаснейшего безумца. Добро и зло живут лишь в сердцах людей. Не приписывайте свои ошибки или победы Свету. Если бы я мог оставаться хорошим человеком только с помощью Света, то, возможно, мне вообще не следовало им обладать.
— Боги, радуйся, что перед тобой стоят чудики из Обители ассасинов, — не выдержала Нели. — Будь здесь жрецы из Храма Наару, тебя бы уже сегодня вечером привязали к костру. И нам бы «посчастливилось» увидеть первого еретика, сожженного фанатиками спустя тысячи лет после того, как Великий Экзарх Велен отменил жестокие религиозные казни. Дик, не вздумай говорить такое прилюдно. Даже Великий Экзарх Велен не одобрил бы твои безумные речи. Для эредаров Свет, Аркана и даже древний стихийный фатализм – это вера. Вера – основа жизни и фундамент мирового порядка. Даже самые радикальные арканисты не смеют так судить о связи Света и личности. Как ты, бывший воздаятель, можешь нести такое?
— Но разве я не прав? Слепое следование за сиянием лишает нас рассудка, и в итоге мы падаем в яму, поглощенные тенью. Свет и тень неразделимы. Чем ярче сияние, тем длиннее тень человека. Чем ближе ты к Свету, тем бдительнее должен следить за тьмой в своей душе.
Дик хмыкнул и активировал арконитовую матрицу на щите.
Снопом синих искр вырвался энергетический экран, прикрыв Дика спереди, после чего он его выключил.
У него не было желания вступать в теологический диспут с тремя убийцами, поэтому он сам сменил тему:
— Когда выступаем?
— Нужно ждать, — Нели тоже не горела желанием обсуждать догматы. Она была следопытом, служила в Обители ассасинов и не всегда следовала путем Света, но слова Дика всё же посеяли в её душе беспокойство.
Она сделала вид, что приняла смену темы, и заговорила профессиональным тоном:
— Господин Талгат отправил разведчиков следить за каждым шагом Архимонда. Как только он будет готов к действию, выступим и мы. Как ты и говорил, идеальный исход – если Талгарет и Архимонд уничтожат друг друга, избавив нас от двух проблем разом. Но ты – ключевое звено нашей операции, поэтому я надеюсь, что следующие несколько дней ты потратишь на то, чтобы набраться сил.
— И лучше напиши завещание, — вставила женщина-ассасин. — Если ты погибнешь, мы доставим его по адресу. У тебя остался кто-нибудь из родных?
Дик покачал головой:
— Я сирота из Крокууна. Мои родители были там пастухами и погибли в Окаменелом лесу от когтей сумрачных пантер. Я вырос в крокуунском приюте, основанном воеводой Хатууном. Если и называть кого-то близким, то, пожалуй, отца-воеводу. Несмотря на занятость, он всегда находил время рассказывать нам сказки и учить жизни. Но он не был из тех, кто следует за Светом. Он – шаман стихий, один из немногих хранителей древнейшей магической традиции эредаров. В наших суровых краях шаманы, арканисты, воздаятели и жрецы мало чем отличаются друг друг – всех уважают одинаково.
— Верно, Мак'ари слишком урбанизирован. Местные люди чересчур суетливы, они не могут успокоить сердце, чтобы найти древний и традиционный путь шаманизма, — кивнула Нели. — За те сто с лишним лет, что я здесь живу, я видела лишь пару толковых шаманов, хотя в Обители ассасинов есть пара коллег этого направления.
— Тебе всего сто с небольшим? — Дик удивленно посмотрел на Нели. — Ты выглядишь такой опытной, что я принял тебя за старшую. Не думал, что ты еще совсем дитя.
— Послушай его… глаза у тебя не на том месте! — С гордостью за командира встряла болтливая ассасинка. — Наша командир Нели – самый талантливый элитный следопыт в Обители! Она всего за три месяца прошла испытания, которыми руководил лично господин Талгат. Она – новая легенда Обители, вторая после той мрачной убийцы Акали.
— Но та девчонка – сумасшедшая! — Напарник-ассасин идеально исполнил роль подпевалы. — Я слышал, Акали еще в детстве собственноручно убила своих родителей. У этой мелкой фанатички с головой совсем беда, господин Талгат даже боится выпускать ее на задания без присмотра. Если бы воевода Ки'джеден не ценил ее талант к хождению в тенях, жрецы бы давно сожгли такую психопатку!
— Хватит с вас обоих! История малютки Акали – это строжайшая тайна Обители ассасинов. Гляжу я на вас и думаю: а не лишние ли у вас языки?
Нели наконец потеряла терпение и в сердцах выставила своих непутевых подчиненных за дверь. Уходя сама, она обернулась к Дику с наставлением:
— Эти дни сиди здесь. Как только появятся новости, мы сообщим. И не принимай всерьез бахвальство моих ребят. На самом деле я просто ребенок, выросший у обычного старого охотника. Мне повезло даже меньше, чем тебе: я своих родителей и вовсе не видела. Но именно поэтому я не могу позволить, чтобы другие дети стали такими же сиротами.
— Дик, то, что мы делаем – это благое дело ради защиты нашего народа. И неважно, выживешь ты или нет, я буду считать тебя своим соратником.
— Разумеется. Я верю в твое стремление защищать, воздаятельница Нели, — ответил Дик, не оборачиваясь. — Ты станешь великой личностью, поверь мне. Настанет день, когда ты примешь на себя тяжкое бремя ответственности и станешь карающей стрелой, хранящей свой народ.
— Какая еще «воздаятельница»? — Нели была в замешательстве. — На всем Аргусе есть только чин епископа, а выше стоят лишь экзархи. Ты что, совсем рассудком повредился?
— Хех, в будущем такая должность может появиться. И, возможно, ты установишь не один рекорд? По крайней мере, я считаю, что талант у тебя есть. Но сейчас мне нужно отдохнуть. Не сочти за труд, закрой дверь.
…
Спустя несколько дней, когда Дик уже начал привыкать к архитектурному стилю Оронара – такому же «золоченому» и усыпанному самоцветами, как в Мак'ари, – командир Нели явилась к нему в сумерках.
Прибыв верхом на скате-пустоты, она принесла весть, которую Дик ждал больше всего.
— Этот лицемер Архимонд только что в Цитадели Экзархов официально донес на своего наставника. Информацию, которую ты собрал, рискуя жизнью, он нагло выдал за улики, якобы добытые им самим во время тайного внедрения в Культ Пробудителей. Он даже предложил обоим Великим Экзархам позволить ему лично даровать наставнику «последнюю милость».
— Воевода Ки'джеден согласился на его предложение, — продолжила она с отвращением. — Но этот мерзавец даже не догадывается, что его сегодняшний «идеальный спектакль» – всего лишь нелепая клоунада перед закрытием занавеса. Господин Талгат дал добро на выступление!
— Приспешники Архимонда собираются в Мак'ари и выступят ночью. У тебя осталось меньше четырех часов, чтобы успеть переубедить Талгарета.
— Достаточно, — Дик поднялся, закрепил свой боевой молот, меч со щитом и «праведные» отравленные кинжалы. Бросив последний взгляд на рынок Оронара, который даже в сумерках оставался шумным и людным, он направился к лестнице башни. — Людей из города… не будут эвакуировать?
— Это спугнет добычу. Генерал Элодус, отвечающий за подавление, явно намерен провести быструю и чистую зачистку.
Нели загнала патрон в свою ружейную винтовку с сапфировой отделкой:
— Не волнуйся, Гарнизонный легион столицы уже все подготовил. Как только начнется схватка, старые кварталы Оронара будут немедленно блокированы. Ни одна опасная тварь не прорвется сквозь кольцо. Жрецы Храма Наару тоже мобилизованы – по твоему совету они возведут барьеры, чтобы демоны не вырвались из зоны боя и не навредили невинным.
— Но это значит, что и ты окажешься заперт в этой «клетке со зверем». Спрашиваю в последний раз: ты уверен, что тебе не нужна наша защита?
— Не нужна. Это прощание с Диакмом и рождение нового «Дика»! — Твердо произнес он. — Свою жизнь я отвоюю сам! К тому же, если я не смогу пережить даже эту ночь, то все великие цели, что я себе наметил, – не более чем призрачные замки на песке. Госпожа Нели, я даже боюсь озвучивать тебе свои желания, боюсь напугать. Но факт остается фактом: в моем плане какой-то там Архимонд – всего лишь начальный босс в начальном подземелье.
— Ничего не поняла. Наверное, какой-то приграничный жаргон из Крокууна? — Нели вильнула хвостиком и сняла с пояса связку особых арконитовых бомб. — Если придется прорываться, бросай их. Но осторожно: мощь у них такая, что одна штука разнесет в щепки арканического стража. У тебя сейчас нет защиты Света, так что если попадешь под взрыв, мне останется только с великой скорбью прийти на твои похороны, «старший».
— Что за глупости ты несешь? — Дик убрал бомбы в сумку и, коснувшись своих крутых рогов, отшутился:
— Мои «похороны» уже состоялись. На кладбище Мак'ари многие студенты приходили почтить мою память, говорят, церемония была весьма масштабной. Ха! Увидимся после победы, крошка Нели. Удачи.
— И вам удачи, господин Дик.
Нели растворилась в тенях, провожая взглядом Дика, который вышел из башни и, оседлав талбука, поскакал через оживленные улицы Оронара к старым кварталам. Там находилось логово Культа Пробудителей в регионе Мак'ари – место, где Просветитель Талгарет долгие годы читал свои лекции.
Даже сейчас Нели не могла до конца осознать, как ее любимый мастер Арканы смог всего за несколько десятилетий превратиться в безумного еретика. Говорили, что это было искушение демонов…
— Эх, неужели всё и впрямь так, как сказал господин Дик в своем донесении воеводе Ки'джедену? Легионы демонов из глубин космоса и их нечестивые хозяева уже нацелились на Аргус? — Вздохнула Нели. — Похоже, спокойные денечки закончились безвозвратно.
Спустя несколько десятков минут у входа в Великий лекторий старого города Дик столкнулся с несколькими стражниками, от которых веяло мраком.
— Частная территория, не приближаться! — Приказали они, хватаясь за оружие. — Проваливай отсюда, тебе здесь делать нечего.
— Вот как? А мне кажется, я здесь самый нужный гость.
Дик на глазах у стражи откинул капюшон. Под их ошеломленными взглядами он поднял голову, пристально глядя на бойцов, от которых уже несло серой и Скверной. Наконец он указал на одного из них пальцем:
— Я тебя помню. Это ведь ты перерезал мне горло. Жаль, рука дрогнула, и я выжил. Впрочем, это пустяки. С дороги!
— Я пришел повидать господина Просветителя. У меня важные вести, от которых зависит жизнь и смерть Культа Пробудителей. Я знаю, что на рассвете вы планируете переворот, но, позвольте заметить, прежде чем затевать великие дела, стоит вытравить внутренних паразитов. Как можно построить великое будущее, дарованное «Благодетелем», в компании таких гнилых червей, как Архимонд?
— Ты…
— Что «ты»? Живо иди докладывай! Мертвец пришел с доносом. Если Просветитель меня не примет, пусть готовится сдохнуть от ножа в спину от того, кому он доверяет больше всех.
Дик вел себя вызывающе дерзко и пугающе откровенно. Стражники замялись, и в итоге тот самый боец, что пытался убить Дика в прошлый раз, отправился внутрь с докладом.
Минуту спустя вышел угрюмый чернокнижник в магической робе, от которой несло застарелым запахом крови. Он смерил Дика взглядом и процедил:
— Иди за мной. Просветитель примет тебя. Но предупреждаю сразу: какие бы вести ты ни принес, живым тебе отсюда сегодня не выйти. Ритуал жертвоприношения уже начался, и кровь верховного воздаятеля будет очень кстати, чтобы приманить тех жадных и яростных тварей.
— Диакм, ты когда-то был одним из нас. Пришло время исполнить свой долг.
— Разумеется, — Дик уверенно шагнул в лекторий. — Именно за этим я и пришел. Свет учит нас не туманить разум ложью, поэтому я принес вам не только правду, но и истину.
P.S. Благодарю брата Sakurababy за поддержку. Дополнительная глава пойдет в счет будущих обновлений… Ваши симпатии ложатся на мои плечи приятным грузом, за который я могу отплатить только полной самоотдачей.
(Конец главы)
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/170191/12215307
Готово:
