Звук выстрела мгновенно оборвал трапезу. Парни действовали как единый механизм: даже Чжу Дагуй, раненный в плечо, вскочил и перехватил свой самопал. Ду Чжэньдун, Дафу и Сянъян синхронно вытянули из-за пазух тяжелые Маузеры.
— Щелк! Щелк! — лязгнули затворы.
Когда они выбежали во двор, крепость уже гудела, как растревоженный улей. Мужчины и женщины с мачете, топорами и редкими мушкетами бежали к глиняным стенам. Группа Ду Чжэньдуна, не раздумывая, последовала за вторым дядей к главным воротам.
У ворот собралось больше сотни ополченцев. Зрелище было хаотичным: на узкой стене теснились охотники с луками и несколько парней с ружьями, остальные толпились внизу.
— Проклятье! Это бандиты с Кроличьего хребта! — доносилось из толпы.
— Эти сукины дети никак не нажрутся! В прошлый раз мы отдали им зерно, а теперь они подбросили трупы к нашим дверям!
— Неужели они думают, что у мужиков из Шаньдуна нет хребта? Пора пустить им кровь!
Ду Чжунъюань протиснулся вперед к лидеру обороны. Им был старик Кун — уважаемый человек, один из основателей поселения. Вместе с ним был «Старый Шрам» Чэнь Цзицзинь и его горячий сын Личунь.
— Дядя Кун! — крикнули сыновья старика, когда тот поднялся на стену.
Ду Чжэньдун и его братья поднялись следом. Взглянув вниз, Чжэньдун присвистнул. Перед воротами стояла пестрая толпа в тяжелых тулупах и меховых шапках. Многие щеголяли в обносках формы «Зеленого знамени» цинской армии — дезертиры и побежденные солдаты, ставшие стервятниками. Впереди на высоких лошадях сидели главари.
— Старик Кун! Наконец-то ты показал свою морду! — крикнул предводитель банда, здоровяк в центре.
— Босс, в прошлом месяце мы отправили вам две телеги зерна. Разве между нами нет мира? К чему этот поход? — Кун сложил руки в приветственном жесте, пытаясь выиграть время.
— Мир?! — взревел вспыльчивый второй главарь банды. — Ваши люди убили моих ребят! Если будешь валять дурака, мы вырежем всю крепость под корень!
Слова бандита вызвали ярость у сыновей Куна. Второй сын, Кун Эрху, едва не сорвался на крик, но отец его осадил. Главарь банды тем временем выставил ультиматум:
— Выдайте тех, кто стрелял. Плюс пятьсот серебряных долларов и пять тысяч катти зерна. Иначе — смерть.
— Отец, если мы отдадим столько, мы не переживем зиму! — прошипел Эрху. Он обернулся и ткнул пальцем в сторону Ду Чжэньдуна. — Это вы кашу заварили! Из-за вас нас всех перебьют! Если ты мужчина, иди и отвечай за свои поступки сам, не тяни нас в могилу!
Ду Чжэньдун проигнорировал выпад Эрху. Он спокойно посмотрел на дядю Чжунъюаня:
— Дядя, это вся их банда здесь?
— Почти вся, — ответил за него Старый Шрам. — На хребте осталось от силы пара человек сторожить добро. Остальные тут, перед нами.
Ду Чжэньдун кивнул. Его лицо было непроницаемым. Он посмотрел на старика Куна и его сыновей:
— Я их убил. Я и решу этот вопрос.
Старик Кун почувствовал облегчение. С одной стороны, выдавать своих — значит потерять авторитет. С другой — крепость была почти беззащитна: одни ворота, которые можно вышибить бревном, и самопалы, которые перезаряжаются вечность. Бандиты не атаковали до сих пор только потому, что не хотели терять своих людей, но их терпение было на исходе.
«Надо же, нашелся дурак, который готов принести себя в жертву ради других», — подумал старик Кун, но вслух лишь кивнул.
http://tl.rulate.ru/book/170171/12224894
