Зрение вернулось резко.
Холодный пот уже стекал по вискам.
Масляная лампа качнулась вместе с кораблём, и её тусклый свет разрезал лицо Эйгона на полосы тени и бледности.
Он медленно выдохнул. Уперся ладонью в стену. Доски скрипнули, принимая на себя его вес.
Видение подтвердило то, что он и так чувствовал.
Эурон Грейджой был здесь.
Это не было случайностью.
Он не понимал, зачем покровителю понадобилось одновременно нанимать разношёрстную толпу наёмников — и привлекать Вороньего Глаза.
Если работодатель сомневался в их боеспособности, почему не нанять известную компанию?
С такими деньгами можно было договориться с «Ветродувами». Или с «Вторыми сыновьями». Даже если «Золотая компания» была недосягаема.
Но флот уже вошёл в Дымное море, прежде чем Эурон «присоединился» к сопровождению.
Сопровождению?
Нет.
Караулу.
Чёрные корпуса и малиновые паруса окружали транспорты так, будто охраняли не союзников, а заключённых.
Словно никто не должен был уйти.
Эурон Грейджой — пиратский король — в роли наёмного эскорта?
Даже Белый Ходок с замёрзшим мозгом в это бы не поверил.
Мысли начали путаться. Эйгон резко оборвал их.
Догадки бесполезны.
Флот уже в Дымном море. Валирия впереди.
Повернуть назад? Как? Вплавь до Эссоса?
Он сжал зубы.
Оставалось одно — дожить до берега. На суше всегда есть пространство для манёвра.
Он закрыл дверь и задвинул засов. Понимал, что это почти бессмысленно — видение доказало, насколько условны стены, — но звук защёлки давал иллюзию контроля.
Он опустился на койку.
Кошмары последних ночей выжали его досуха. Земля Валирии будто отталкивала его кровь. Всё вокруг казалось неправильным — воздух, свет, даже собственная кожа.
А теперь ещё и это.
Призрак.
Нет — не совсем.
Он уже сталкивался с подобным.
С детства.
Шёпот в пустых комнатах. Отголоски эмоций на местах смертей. Мгновения чужой гибели, прорывающиеся в сознание.
Он никогда не боялся.
Это было управляемо. Стоило сосредоточиться — и всё исчезало.
Сегодня он был слишком истощён. Концентрация ослабла — и он увидел призрака полностью.
Не тень.
Не ощущение.
А чужую смерть — глазами умирающего.
Почему?
Возможно, из-за перерождения. Душа взрослого человека, заключённая в младенческом теле, породила слишком сильный дух.
Возможно, из-за удара Горы. Он должен был умереть.
Система удержала его — сознание заперто в изуродованном теле, медленно восстанавливающемся.
Он долго жил как ходячий труп.
Скорее всего, причина была в обоих.
С детства он чувствовал то, чего не чувствовали другие.
Шёпот из могил.
В прежней жизни он назвал бы это привидениями.
Он перевёл взгляд на потолок. Плесень разрасталась тёмными пятнами, лампа покачивалась на погнутом крюке.
Тревога не отпускала.
Он всего лишь хотел зарегистрироваться в Валирийских руинах — выполнить задачу, которая тянулась пятнадцать лет.
Пятнадцать лет — и всё вот так.
Почему он вообще ввязался в это?
Разве он не мог добраться до Валирии самостоятельно?
Нет.
Ни один капитан не рискнул бы пересечь Дымное море.
И даже если бы рискнул — у Эйгона не было денег.
Деньги.
Он усмехнулся безрадостно.
Беден до переселения.
Беден после.
Когда он впервые бежал в Эссос, он едва не умер от голода. Девять приёмов пищи за три дня — пропущены.
Старый рыбак спас его — одна солёная рыба.
Ещё час — и всё бы закончилось.
Вот и вся «драконья кровь».
Он ещё ни одного дракона не видел. Даже яйца были каменными.
Это был 297 год от Завоевания. История, о которой он читал, ещё не началась.
Поэтому, услышав в Волантисе о флоте к Валирийским руинам — бесплатный проезд и плата — он согласился.
Слишком быстро.
Слишком жадно.
Пятнадцать лет по документам.
Но если прибавить прошлую жизнь — он давно не мальчик.
Должен был быть осторожнее.
Он закрыл глаза.
Прошлое — мёртвое.
Эта жизнь — его единственная.
Он — Эйгон Таргариен.
Сын Рейгара и Элии.
Последняя кровь своего рода.
И у него ещё есть незавершённое дело.
Сон накрыл его резко.
Но даже во сне пальцы сжались в кулак.
http://tl.rulate.ru/book/169907/11994249
Готово:
