Едва я закончил стучать, тяжелая дверь плавно отворилась, словно автоматическая.
— Мо-молодой господин?
Там, где стояли мы с Рутом, всё ещё завывал ледяной ветер. Однако за открытой дверью виднелась величественная галерея в готическом стиле.
— Рут, заходим.
— Ч-что это за место?
— Не знаю.
— Молодой господин!
— Так ты идешь или нет?
— Но это может быть опасно!
— Тогда оставайся здесь.
Я смертельно устал, и мне было лень пускаться в объяснения. Стоило мне переступить порог, как холод мгновенно исчез, сменившись приятным теплым воздухом.
— Ох…
Нехотя последовавший за мной Рут держал руку на эфесе меча и непрестанно озирался по сторонам.
Бум!
Как только мы вошли, дверь за нами закрылась. Теперь мы с Рутом стояли не в горах Болрум, а в каком-то неведомом месте. Рут, всё ещё не веря своим глазам, обернулся вокруг своей оси.
— Этого не может быть…
Оставив ошеломленного рыцаря позади, я медленно направился вглубь галереи. Длинный проход был настолько широким, что в нём легко могла бы проехать карета, а потолок был настолько высоким, что затекала шея, пока пытаешься его рассмотреть.
Стены и своды были украшены витражами, на которых были изображены представители самых разных рас. Драконы, люди, иные расы, монстры, а также ангелы и демоны. Все они враждовали друг с другом, проливая кровь. Очевидно, это была иллюстрация Расовой войны, бушевавшей до того, как великий император Беланкас объединил континент.
— …!
Поспешно догнавший меня Рут тоже застыл с разинутым ртом, увидев эту картину.
— Что роскошнее: императорский дворец или это место?
— …Я не знаю.
Любование закончилось. Кивнув самому себе, я двинулся дальше по галерее.
Вспышка!
При каждом моем шаге висевшие на стенах фонари зажигались один за другим, подобно современным уличным фонарям. В отличие от меня, привыкшего к подобному, Рут каждый раз вздрагивал и хватался за рукоять меча.
«Странное ощущение».
Казалось, будто изображенные на витражах существа провожают меня взглядом. Было ли это задумано создателем? Если целью было подавить волю посетителя, то эффект был достигнут на все сто.
— Там дверь, молодой господин, — произнес Рут.
Посмотрев вперед, я увидел вдалеке роскошные врата. Я не мог утверждать наверняка, но интуиция подсказывала: она там.
— Пойдешь со мной?
— Что?
— Можешь подождать здесь.
Глаза Рута на мгновение дрогнули, но он тут же решительно покачал головой.
— Я ваш рыцарь-сопровождающий. Я пойду за вами.
— Вот как? Тогда одно предупреждение.
— Какое…?
— Что бы сейчас ни произошло, не смей раскрывать рта.
Кервин Ахвен, соратница-основательница королевства, верная сподвижница и возлюбленная великого императора Беланкаса. Мне предстояла встреча с великим архимагом, прожившим сотни лет. Но, как ни странно, я не чувствовал нервозности. Мне просто хотелось поскорее покончить с делами и лечь спать.
Тук-тук!
Я постучал — не слишком сильно, но и не слишком слабо. Последовала короткая тишина.
— Входи.
Из-за двери донесся женский голос.
Стоило открыть дверь, как перед нами предстал величественный серебристо-белый зал, способный подавить любого своей грандиозностью. Но главной жемчужиной был трон, расположенный в самом центре.
Сияющий трон.
Несомненно, это был тот самый трон, который Кервин подарила великому императору Беланкасу после объединения континента. Вокруг спинки, подпитываемой магией, переливался белый и красный свет, словно само кресло было живым существом, наделенным маной.
— Боже мой.
Рут, видимо, тоже узнал трон, так как невольно упал на колени и простерся ниц.
— Трон… Сияющий трон здесь…
Когда император скончался, Кервин без колебаний забрала его себе, словно заявляя, что этот трон предназначался только для него одного. С тех пор его местонахождение оставалось тайной, и вот он — в обители Кервин.
«Зря я его взял с собой».
Надеюсь, она не убьет Рута только за то, что он увидел лишнее. Переживая об этом, я медленно поднял взгляд.
Tрон был огромен, под стать своей славе. Чтобы сесть на него, нужно было подняться по отдельной лестнице на высоту второго или третьего этажа. И на этом троне восседала женщина.
Её длинные седые волосы ниспадали до самой талии. Глаза были такого же серебристого цвета. Белая нежная кожа казалась упругой, а слегка нахмуренные брови придавали ей строгий вид.
— Я уж думала, не осталось ли еще кого-нибудь живого, — раздался бесстрастный голос.
— …
— Джефф, Гериль, Хайнд, Вишрар, Башюрн.
Имена легендарных героев эхом разнеслись по залу. Только тогда Рут, видимо, осознал, кто перед ним, и невольно перебил её:
— Н-неужели… Великий архимаг Кервин Ахвен?
Кервин тоже была фигурой из далекого прошлого. Но, увидев императорский трон и её характерную внешность, нетрудно было сопоставить факты с легендами. Однако цена за вольное упоминание её имени была сурова.
Ба-бах!
Кервин щелкнула пальцами, и тело Рута отлетело к стене, словно по нему ударили тяжелым боевым молотом.
— Кха…
Рут выплюнул кровь и со стоном повалился на пол. К счастью, рана не казалась смертельной. Даже если бы он был при смерти, завершив переговоры, я смог бы его спасти. Возможно, поэтому я не чувствовал страха, но сонливость как рукой сняло — напряжение возросло до предела.
— Кто вы такие?
Я преклонил колено. Пусть это не был идеальный поклон, но мои колени заныли от удара об пол — искренность была продемонстрирована.
— Каин Линдайер, третий законнорожденный сын графа Рейна Линдайера, главы дома Линдайер, что из поколения в поколение защищает северные рубежи, пришел засвидетельствовать почтение Светочу королевства.
Светоч королевства. Если император был Мечом королевства, то Кервин носила прозвище Светоч. Услышав это имя, она, видимо, сочла это неожиданным, и выражение её лица немного смягчилось.
— Линдайер?
— …
— Разве Линдайеры — это не те паразиты, что наслаждаются властью, присосавшись к горам Болрум?
Паразиты? Графа, которого называют владыкой Севера, назвали паразитом?
— Что, чувствуешь себя оскорбленным?
— …Никак нет.
— Это просто факт. Защищаете королевство? Не смеши меня. Если бы не моя сила, ваши жалкие крепостные стены рассыпались бы в прах за одну ночь.
Сила Кервин? Без неё северные стены рухнут? Что это значит? Она что-то сдерживает? Что и от кого? Я не помню такого в сюжете. Неужели это связано с финальной частью романа? Почувствовав важность момента, я запечатлел каждое её слово в своей памяти.
— Впрочем, это бессмысленный разговор. Важно то, как ты нашел это место, — она посмотрела на меня сверху вниз с полным безразличием. В её вопросе не было ни интереса, ни любопытства. Однако я понимал: если не отвечу правильно, меня ждет та же участь, что и Рута.
Сглотнув слюну, я начал излагать заранее подготовленную версию.
— Мне приснился сон.
— Сон?
— Это был сон о великом императоре.
Конечно, это была ложь. Лишь подготовка к тому, чтобы выгодно продать магию. Кервин, подпиравшая подбородок рукой, выпрямилась. Безразличие исчезло, сменившись затаенным гневом. Нужно было правильно расставить акценты. Она едва не пришибла Рута за одно слово, так что безрассудная храбрость сейчас была ни к чему.
— Великий император велел мне встретиться с вами.
— Зачем?
— Он сказал, что это ради обещания, данного на равнине Селодиан.
Её взгляд снова стал спокойным. Обещание на равнине Селодиан. Перед тем как повести небольшой отряд рыцарей в атаку на десятитысячную армию орков, император дал ей обещание.
— Он сказал, что не забудет меня, даже если умрет, — прошептала она с тоской в глазах и кивнула.
Тайное обещание между ней и императором. То, что я знал о нём, служило доказательством моей связи с ним. Мы жили в разные эпохи, но контакт явно состоялся. Это невозможно было объяснить ничем, кроме сверхъестественного явления вроде вещего сна. Она была умной женщиной, и ей не потребовалось много времени, чтобы осознать это. И, будучи мудрой, она доверяла своей интуиции.
— Но это странно. Почему такой сон приснился тебе, человеку, которого он никогда не видел?
— Он просто использовал серого сокола в качестве почтовой птицы.
Я выдал этот экспромт, зная, что гербом дома Линдайер является сокол. К счастью, на её лице появилась едва заметная улыбка. Конечно, не из-за шутки, а от мысли, что император послал ей «послание».
— Но почему же почтовый сокол не принес на лапке записку?
— Разумеется, она у меня есть.
Раз уж я начал заговаривать зубы, пришло время переходить к делу. Я открыл сумку и достал магические ингредиенты, которые бережно вез из самого поместья. Вещи, которые я ценил больше собственной жизни.
— Это что такое?
Вряд ли архимаг не знала их назначения. Если она спрашивает о применении, значит, настоящая игра началась. Я глубоко вздохнул.
— Я считаю, что у всего в этом мире есть своя цена.
Её брови иронично изогнулись.
— Почтовый сокол, оказывается, еще и разговаривать умеет.
— Дикий сокол был обучен стать почтовым.
— Я ведь могу и клюв тебе раздробить.
— Вам не нужно послание великого императора?
— Какой дерзкий. Ты мне угрожаешь?
— Прошу простить мою грубость. Что может знать сокол, выросший в дикой природе? Это не угроза. Просто птице, проделавшей долгий путь и изголодавшейся, нужно немного корма.
Наш разговор напоминал загадки дзен, но я чувствовал, что такой стиль ей по душе. Она откинулась на спинку трона.
— Твоим кормом, должно быть, является сверкающее золото.
— Именно так.
— Я заплачу после того, как увижу и оценю.
Личность такого масштаба вряд ли нарушит обещание. Кивнув, я собрал ингредиенты и начал их смешивать. Нет нужды объяснять процесс: Кервин достаточно одного взгляда, чтобы запомнить всё навечно.
«А что, если — один шанс на тысячу — пропорции неверны?»
Тогда мы с Рутом останемся здесь навечно в виде замерзших трупов. Но вероятность ошибки была ничтожна. В романе это был один из самых трогательных эпизодов, который я перечитывал множество раз.
Суть магии была проста. Магистр Башни Магии, потерявший любимого человека, потратил десятилетия на исследования и создал формулу.
Заклинатель снов. Название было дано за способность визуализировать то, чего человек страстно желает. Поскольку магистр не мог превратить это в заклинание, пределом его возможностей было создание свитков из определенных ингредиентов.
«Что ж, она-то наверняка сможет превратить это в полноценную магию».
Возможно, это даже подстегнет её любопытство. Смешав ингредиенты с дистиллированной водой, я вылил смесь на чистый пергамент. Затем начертил простейший магический круг. Самым сложным было вспомнить состав, а само изготовление, когда знаешь рецепт, было элементарным. Однако мана, необходимая для активации, была колоссальной. Свиток служил лишь проводником, а вся нагрузка ложилась на заклинателя.
— Вот, готово, — я протянул свиток, и Кервин сделала жест рукой.
Фьюить!
Свиток взмыл в воздух, словно обладая собственной волей, и опустился в её руку.
Хрусть!
Ей даже не было интересно, как им пользоваться — она мгновенно разорвала пергамент.
Ш-ш-ш…
Свет от сработавшей магии заполнил величественный зал.
«Уф…»
Когда бушующее сияние утихло, перед нами возник силуэт. Крепкое телосложение, золотистые волосы, решительный взгляд и плотно сжатые губы. Он выглядел точно так же, как на портретах, которые я видел, когда только попал в Мидленд. Было ясно, кто это.
Великий император Беланкас.
Основатель королевства. Герой эпохи, альфа и омега Саги Мидленда, явился перед нами.
http://tl.rulate.ru/book/169638/13765813
Готово:
