Ки Хён Сик, генеральный директор ALOHA Entertainment, внезапно сорвался на крик.
— Режиссер! При всем уважении, это уже слишком!
— Если не нравится, отказывайся. Я ведь тоже сказал, что не буду снимать, если мне что-то не по душе. Разве нет?
— Вы уверены, что потянете неустойку?
— Похоже, у тебя память коротка. Ты сам своими губами сказал, что никакой неустойки не будет, и поставил печать в контракте. Проверь сам.
Ки Хён Сик заглянул в контракт.
Действительно, пункт о неустойке отсутствовал.
Только тогда он вспомнил, кто именно отдал распоряжение заполучить лучшего Режиссера в индустрии, невзирая на любые условия.
Будь оно проклято, это был сам Ки Хён Сик.
— Режиссер, ну войдите же в наше положение. Если мы одобрим этот контракт на использование образа, компания станет посмешищем. И так все судачат, что мы едва держимся на плаву.
— Неужели тебе так важна эта твоя Репутация (лицо)?
— Конечно!
Личная Репутация (лицо) Ки Хён Сика не имела значения. Однако Репутация (лицо) компании ALOHA Entertainment была превыше всего.
Что такое капиталистическое общество? Это общество, где финансовые отношения строятся на доверии.
Чтобы управлять компанией, нужны огромные активы — сотни миллионов, а то и больше. Огромные активы. Иными словами, большие деньги. А что нужно для управления такими суммами? Еще большее доверие.
Репутация (лицо) неразрывно связана с кредитом доверия. Компания, потерявшая лицо. Компания с разрушенным имиджем. Это означает компанию, чье доверие подорвано. Никто не захочет инвестировать в такую фирму или сотрудничать с ней.
На самом деле ALOHA Entertainment и так уже изрядно пострадала, приходя в себя после скандала с фейковыми новостями. И если сейчас пойти на поводу у Син Гвантэ и прослыть агентством-простаком, то, даже независимо от деятельности Seven Rabbit, о возрождении можно было и не мечтать.
— Пожалуйста, Режиссер. Поймите и нашу ситуацию.
— Ц-ц, тебе не хватает искреннего рвения.
Ки Хён Сик, вспылив, переспросил:
— Вы хоть понимаете, сколько времени и сил я вложил в эту компанию, раз говорите такое?
Син Гвантэ раздосадованно покачал головой.
— Актера, которого я, Син Гвантэ, превозносил до небес, перехватил Пак Чонму. Одна и та же главная роль, разные проекты, и в обоих случаях — музыкальные клипы. Разве не прекрасно?
— Да не в этом дело! Если компания обанкротится, то даже если клип станет хитом, они не смогут выступать.
— Послушай. В закромах компании полно денег. Если вбухать их в продвижение, это не может не стать горячей темой. И если ты хоть как-то раскрутишь своих певиц, честь компании будет восстановлена, разве нет?
Ки Хён Сик вздохнул.
— Даже если в агентстве-простаке по счастливой случайности появится успешная женская группа, имидж компании это не изменит. Будут только злословить: «Через семь лет и они уйдут из этой конторы!»
— С чего это вас будут называть агентством-простаком?
— Как с чего? У нас увели Актера! А мы еще и контракт под них переделали! Как это еще назвать, если не простофильством!
— Так скажите, что это не у вас увели, а вы сами так задумали. Что это был такой маркетинговый ход.
Ки Хён Сик замолчал.
— Я в чем-то не прав?
— Гр-р!..— Генеральные директора агентств — люди, которые за словом в карман не лезут, но и кинорежиссеры им ничуть не уступают. Красноречие Режиссеров, отточенное в попытках убедить инвесторов, способно растопить даже камни на площади Кванхвамун.
В конце концов Ки Хён Сик лишь причмокнул губами.
— Режиссер, позвольте спросить лишь об одном.
— О чем?
— Зачем вы зашли так далеко? Честно говоря, Режиссер Пак Чонму — ваш конкурент. У вас нет причин помогать ему.
— Ты любишь марафон?
Уголки губ старика прорезали мягкие морщинки.
— Марафонцы и сами по себе бегают неплохо, но когда есть Пейсмейкер, они бегут еще лучше.
В глазах Режиссера Син Гвантэ заплясали искры.
— Раз та сторона сама вызвалась помочь, было бы невежливо отказывать.
— А-а.
— Что ж, раз дела улажены, я пойду.
— ...Главные герои здесь — наши девочки. Режиссер, пожалуйста, не забывайте об этом.
— Ты начинаешь ворчать, я уже это слышал.
— Здесь компромиссов быть не может.
Син Гвантэ вышел из кабинета.
Ки Хён Сик пробормотал ему в спину:
— Ну и упрямец. Старик, помешанный на своей гордости.
Син Гвантэ слегка обернулся. Ки Хён Сик тут же сменил выражение лица и замахал рукой на прощание.
Как только Режиссер скрылся из виду, Ки снова скривился.
— Черт возьми. Если подумать, не в шоколаде ли в итоге останется один этот сучонок Ю Хан?
Влияние популярных айдолов в Корее огромно. Оно настолько мощно, что достигает Китая, Японии, США и Европы. На самом деле нередко можно увидеть, как участницы корейских женских групп назначаются Амбассадорами зарубежных люксовых брендов. Встречаются даже случаи, когда каждая участница группы становится Амбассадором отдельного бренда.
Конечно, это история о верхних 0,1%. Группа Seven Rabbit из ALOHA Entertainment к таковым не относилась. Они попадали в чарты, но занимали там неопределенную позицию, колеблясь между 100-м и 30-м местами. Их название нет-нет да и всплывало, но этого было недостаточно, чтобы прочно закрепиться в памяти. По сравнению с первоклассными женскими группами, представляющими свое поколение, Seven Rabbit были лишь свечой перед солнцем.
В то же время Seven Rabbit считались вполне успешными. Любой, кто хоть немного интересовался айдолами, назвал бы их состоявшейся группой. Их фандом был сплоченным, а в университетских городках во время фестивального сезона на них всегда был спрос. Даже среди солдат, проходящих срочную службу, находились те, кто повторял хореографию их главных хитов.
Проще говоря, слава Seven Rabbit была неоднозначной. Ю Хан до того, как взяться за эту работу, тоже ничего не знал об их существовании.
Однако был один неоспоримый факт.
— А песня-то хороша.
На съемочной площадке Син Гвантэ Пак Чонму, пришедший тайком, выразил свое восхищение. Мелодия пианино, нежный женский голос, мягко вступающие барабаны и приятный бэк-вокал. В отличие от типичных энергичных и ритмичных песен айдолов, эта композиция по своему развитию больше напоминала поп-музыку. Не агрессивная, а плавная. Такая мелодия, которая цепляется за слух и заставляет невольно напевать ее под нос.
Сон Чхэ Рак кивнул.
— В отличие от DTMF, здесь есть лирическое очарование.
— Значит, атмосфера клипа будет выдержана в традиционном стиле?
— Кто знает. Наверняка не только в нем. В конце концов, это же клип женской группы.
Это не то же самое, что клипы певцов прошлого. В нем должно быть больше деталей, больше яркости и задора. Ведь целевая аудитория — молодежь.
Однако, на взгляд Пак Чонму, разницы особой не было.
— Ц-ц. Поживем — увидим. И к гадалке не ходи, он будет из кожи вон лезть, чтобы отшлифовать картинку.
Режиссер Син Гвантэ, сжимая в руках Мегафон, тихо что-то пробормотал, и усиленный звук разнесся по всей площадке.
— Начинаем съемку.
Это был момент начала съемок клипа на камбэк-песню Seven Rabbit — [Aphrodite Magic].
Пак Чонму и Сон Чхэ Рак продолжали шептаться.
— Этот человек... его тяга к понтам просто не знает границ.
— Тяга к понтам?
— Видишь тот Мегафон? В нашем мире это, говоря простым языком, квинтэссенция пафоса.
Мегафон, который используют разве что голливудские режиссеры. Более того, он лично раздобыл инструмент того же бренда, которым при жизни пользовался сам Альфред Хичкок. Сам он утверждает, что в старости голос уже не тот, но для Пак Чонму это звучало как жалкое оправдание.
— Кстати. Ты ведь видел раскадровку?
— Мельком.
— О чем там речь?
— Хм.
[Aphrodite Magic] состоит из трех частей. Версия А и чуть более быстрая версия А'. И версия B, которая отличается по настроению от предыдущих. Клип также делится на три части соответственно: Встреча, Любовь и Расставание.
— Надеюсь, там нет сцен, где посреди клипа появляются бандиты и похищают девушку?
— Разумеется, нет.
— Просто это настолько избито, что я подумал, не решил ли он тряхнуть стариной.
— Вы слишком суровы в оценках.
— Какой толк снимать работы на одну и ту же тему? В этом нет развития. В этом смысле я и Хамбл-сити не могу оценить высоко.
Пак Чонму откинулся на спинку стула.
— Тем не менее, мне любопытно. В конце концов, романтика — это химия между мужской и женской главными ролями.
— Это верно.
Химия между исполнителями главной роли определяет художественную ценность романтического произведения. Это значит, что недостаточно игры лишь одного актера. Даже если один выкладывается на полную, но мастерства партнера не хватает, сцена неизбежно будет выглядеть неловко.
— Я как раз об этом и беспокоюсь. Многие говорят, что актерские навыки этих айдолов оставляют желать лучшего.
Пак Чонму скрестил руки на груди.
— Посмотрим, на что они способны.
Для кого-то стать айдолом — предел мечтаний, а для кого-то — лишь промежуточный этап. Именно так считала Ли Джиа, саб-вокалистка группы Seven Rabbit. Для нее деятельность в группе была лишь мостиком к карьере актрисы. Она пришла в ALOHA Entertainment именно потому, что это агентство было известно как кузница «актеров-айдолов».
Поэтому Ли Джиа чувствовала себя задетой. «Значит, мы настолько плохо играем, что на главную мужскую роль пришлось звать кого-то с исключительными актерскими способностями?»
Она начала сниматься еще в семь лет, будучи ребенком-актером. Несмотря на юный возраст, она ни разу не запорола дубль. Учась в школе искусств, она ни разу не слышала, что плохо играет. В школьных постановках она всегда получала главные роли через прослушивания, и похвала учителей всегда доставалась ей. Иными словами, Ли Джиа была перспективной актрисой, привыкшей к комплиментам, а не к критике.
Конечно, из-за деятельности айдола она на какое-то время забросила актерство. Возможно, она немного растеряла навык. Тем не менее, оценки Син Гвантэ больно ударили по ее самолюбию. «И насколько же он хорош?»
Честно говоря, она даже не понимала критериев кастинга. Судя по песне, клип должен был быть нежным и сладким, как шоколадный шифоновый торт. Но что за Актер этот Ю Хан? Мужественность. Или даже дикость. Он прославился благодаря своему грубому обаянию в Хамбл-сити.
На всякий случай она поискала его работы в романтических веб-дорамах, но, на взгляд Ли Джиа, его образ там не сильно отличался. Сказать по правде, он был не в ее вкусе. Ей нравились мужчины более мягкие и интеллектуальные. Она чувствовала, что такие люди подходят ей больше.
И вот теперь Ю Хан появился перед Ли Джиа. В строгом черном костюме. С букетом роз в руках. И с едва уловимой, мягкой улыбкой на губах.
Кроткий. Нежный. На мгновение она даже подумала, что на площадку пришел другой Актер.
— Возьми.
Ю Хан протянул ей букет. Ли Джиа, пораженная переменой в его ауре, лишь молча смотрела на него. Ю Хан улыбнулся ей. Уголки его глаз присобрались в лучики, а взгляд сиял теплотой. Возможно, это была самая обычная улыбка, но Ли Джиа почувствовала нечто иное. Эта улыбка Ю Хана была доказательством того, что мужчина искренне любит эту девушку.
— Ах.
Лицо Ли Джиа вспыхнуло. Она протянула руку, чтобы забрать букет. В этот момент Ю Хан перехватил ее ладонь.
— А?
Большая ладонь мягко и уютно окутала маленькую ручку Ли Джиа.
— Давай прогуляемся вместе.
Тук-тук!
Сердце бешено заколотилось. Ли Джиа невольно опустила взгляд на свои ноги. Дорога, усыпанная неизвестными цветами, казалась невероятно романтичной.
Сколько же они так шли? Ю Хан отпустил ее руку. Джиа невольно вздохнула от разочарования. В тот же миг его рука легла ей на талию. Джиа испуганно вскинула взгляд на Ю Хана.
— Снято!
Только услышав усиленный Мегафоном голос старика, Ли Джиа пришла в себя. Ах... Мы же на съемках.
http://tl.rulate.ru/book/169603/13757675
