Грильман поначалу подумал:
«Она что, с ума сошла?»
Все маги относятся к тем, кто не наделён даром, как к ничтожествам.
Конечно, порой они водят за собой преступников или наёмников, но лишь используют их — ни о каком искреннем общении не может быть и речи. А тут — защищать крестьян, которые только и делают, что копаются в земле?
Эрианас обратилась к ошеломлённым магам:
— Эта деревня внизу уже под моей властью. У меня там свои цели, и мне нужно время, чтобы их достичь. Так что не смейте проявлять к ней интерес.
Грильман и его ученики всё ещё ничего не понимали.
Это ведь не древние руины и не остатки поселений таинственных исчезнувших рас. Что в обычной деревне могло привлечь внимание мага?
В этот момент один из учеников Грильмана не выдержал и выступил вперёд:
— Наш учитель проявляет к вам уважение. Не стоит ли и вам соблюдать приличия? Хотя бы вести себя как с равным?
Эрианас цыкнула языком и посмотрела на Грильмана. Тот лишь усмехнулся и слегка кивнул.
Какими бы ни были намерения, ученику, который без спроса влез в разговор учителей, нужно преподать урок. Это и называется иерархией.
Эрианас тут же начала читать заклинание. Ученик, ожидавший этого, почти одновременно начал произносить свои слова. Между ними была разница в уровне, и он это прекрасно понимал.
Однако он рассудил, что, поскольку они находятся на расстоянии, он успеет завершить защитное заклинание до того, как противница атакует.
Как и ожидалось, Эрианас первой призвала оружие. В её руках появились изогнутые мечи, сотканные из теней. Ученик, продолжая читать заклинание, довольно улыбнулся.
Если он создаст магический щит, то сможет заблокировать атаку. Тогда эта волшебница опозорится: ведь она не смогла одолеть даже обычного ученика, который гораздо младше неё.
В мгновение ока Эрианас выдохнула ещё одно короткое слово и метнула клинки. Прорезав тусклый свет, изогнутые мечи устремились к шее и ноге противника, остановившись в волоске от того, чтобы пролилась кровь.
Другой ученик, наблюдавший за ситуацией, в изумлении раскрыл рот:
— Невероятно.
Он бы меньше удивился, если бы Теневой клинок пронзил человека насквозь. Но мечи не пустили кровь. Они замерли, словно зафиксированные в самом воздухе.
Телекинез — причём проявленный на высочайшем уровне.
Стоило ученику шевельнуть пальцем, как оба клинка плавно сдвинулись, коснувшись его шеи и бедра. Дёрнись он хоть на дюйм — и тогда кровь точно прольётся.
Грильман тоже был поражён, но вид перепуганных лиц его учеников показался ему забавным, и он хмыкнул.
Круг Эрианас специализировался на телекинезе. Их Круг был мал именно из-за сложности этой магии. Трудность телекинеза растёт по экспоненте в зависимости от формы и силы воздействия, требуя колоссальной ментальной энергии.
Грильман и сам мог бы сосредоточиться, поднять ведро и медленно его перенести. Но остановить на полной скорости брошенное оружие в конкретной точке и в нужный момент — на такое была способна только эта женщина.
Впрочем, время демонстрации магии подошло к концу. Грильман весело хлопнул в ладоши и произнёс:
— Впечатляюще. Я слышал слухи о магии вашего Круга, и, кажется, иногда слухам можно верить.
Затем он внезапно понизил голос:
— Думаю, этого достаточно, чтобы мой дерзкий ученик осознал свой уровень. Но вы ведь не собираетесь проливать здесь кровь, верно?
Тон был вежливым, но в словах крылась скрытая угроза. Это был предел терпения Грильмана.
Если противница переступит черту, он не сможет оставаться в стороне. Глава Круга обязан защищать своих учеников.
Эрианас на мгновение впилась взглядом в Грильмана, но затем развеяла теневые формы и опустила руки. Холодным голосом она бросила:
— Я пришла сюда не просить и не договариваться. Я пришла уведомить. Если вздумаете напасть на Нолтен... вам лучше подготовиться как следует.
После чего она развернулась и ушла, словно больше здесь не на что было смотреть. Ученики Грильмана оцепенело провожали взглядом женскую фигуру, исчезающую в темноте.
Один из них пришёл в себя и спросил:
— Что будем делать? Мы будем сражаться с ней?
— Нет. Мы уходим. В этой схватке нет выгоды.
— Что?! Но она так оскорбила нас! Она ведь одна, а нас много...
Грильман окинул ученика грозным взглядом. Тот, осознав свою ошибку, тут же склонил голову. Однако в душе он всё ещё не мог смириться.
Грильман понимал недовольство учеников. Если не дать им разумного объяснения, его авторитет пошатнётся. В худшем случае кто-то может даже покинуть Круг. Поэтому он спокойно пояснил:
— Думайте шире. Сейчас не время магам воевать друг с другом. Нас становится всё меньше, наши силы слабеют, а Королевство неустанно охотится за нами. И в такой ситуации драться со своими? Кому от этого будет лучше? Что бы Эрианас ни затеяла в этой глухомани, у неё наверняка есть свой план.
Ученики поняли слова учителя. По крайней мере, разумом.
Но маги по своей природе стремятся к силе и не терпят тех, кто встаёт у них на пути. И хотя никто не осмелился произнести это вслух, у некоторых закралось сомнение: а не струсил ли их мастер?
Эрианас, она же Эрин, вышла из леса и огляделась, проверяя, нет ли за ней хвоста.
Воспользовавшись простым заклинанием обнаружения тепла и убедившись, что никого нет, она облегчённо вздохнула.
— К счастью, они струсили. Если бы они узнали о моём состоянии...
Эрин усмехнулась, бормоча себе под нос.
Сейчас она была далеко не в лучшей форме. Последствия ран, полученных в битвах со жрецами Ордена во время Великой войны, давали о себе знать даже спустя пять лет.
Телесные раны зажили, но проблема была в повреждённой магической силе, которая когда-то была велика. Одна из причин, по которой жрецы организации Жнец наводили ужас, заключалась именно в таких неизлечимых последствиях.
В последнее время силы возвращались к ней, но противостоять одновременно целой группе и монстру ей было всё ещё не под силу.
Шагая по мягкой грунтовой дороге, рассекающей луга к югу, Эрин внезапно вспомнила о мальчике Каллине, которого она приютила. Обычные на первый взгляд светлые волосы, упрямо сжатые губы и вечно напряжённый взгляд.
Ребёнок, который стойко переносит все трудности.
На губах Эрин невольно промелькнула слабая улыбка.
Этот мальчик — настоящее сокровище. Он обладает талантом, который рождается раз в столетие.
Одной своей сущностью он привлекает внимание тёмных душ и неосознанно источает магическую силу!
Безусловно, он может стать великим магом, а возможно, и мессией, который спасёт всех магов.
Время близится. В нужный момент Эрин раскроет свою личность и расскажет Каллину о его потенциале, о пути, который ему предстоит пройти, и о силе, которую он обретёт.
Мальчик примет это, и Эрин воспитает величайшего мага в истории.
Этот шанс она не уступит никому.
Предрассветные часы, окрестности пещеры.
Нерня осторожно пробиралась сквозь заросли, стараясь не шуметь.
В лесу, освещённом лишь тусклым светом луны, было невероятно темно.
Даже глаза совы не смогли бы заметить скрытно двигающуюся Поморианку. Однако Нерня не расслаблялась.
Многие дикие животные и монстры полагаются не только на зрение. Любой охотник знает, что использовать нужно все пять чувств.
Нерня шла по следу зловония, исходившего от некоего существа. Судя по тому, как запах усиливался, оно было где-то рядом. Нерня приподняла голову над кустами и впилась карими глазами в темноту.
Там, под холмом, в тени изогнутого дерева, оно и находилось!
«Что это такое?»
Нерня вздрогнула от ужаса, но лишь внутренне. Если бы у неё не было опыта встреч с необычными существами, она бы точно вскрикнула.
Поначалу ошеломлённая причудливым видом твари, Нерня прижалась к земле и постаралась успокоить бьющееся сердце. Вскоре в памяти всплыли нужные знания.
Рыцарь Элдин, с которым она когда-то путешествовала, истребил немало опасных монстров. Он рассказывал ей о подобных жутких тварях.
Вне всяких сомнений, это была Мантикора. Говорили, что этот монстр охотится на добычу, особенно на людей, и не убивает её сразу, а пытает в течение нескольких дней. О коварстве и злобе этого существа ходили легенды.
Конечно, Элдин рассказывал это, основываясь на знаниях и опыте человеческого общества.
Возможно, и у этой Мантикоры были свои причины. Может, люди первыми вторглись на её территорию...
Но, понаблюдав за поведением Мантикоры из укрытия, Нерня тут же отбросила эти наивные мысли.
Убив столько людей, тварь совершенно безмятежно и вальяжно прохаживалась у входа в пещеру. Затем она подобрала что-то из угла и принялась за трапезу. Когда Нерня разглядела, что это было, её чуть не вырвало. Человеческая нога. Точнее, кость с остатками плоти.
«Ладно, раз монстр обосновался здесь, нужно сообщить людям каким-нибудь естественным способом».
С этой мыслью Нерня уже хотела было повернуть назад, как вдруг из тени послышались шаги.
Она была так сосредоточена на Мантикоре, что не заметила вход в пещеру, скрытый в густых тенях.
Двое людей в длинных робах вышли наружу. Отойдя немного в сторону, они принялись справлять нужду.
Нерню ни капли не интересовало, чем они заняты, но она внимательно прислушалась к их приглушённому разговору.
— Опять нам на север. Проклятье, к этому холоду невозможно привыкнуть.
— Зато в этот раз у нас есть добыча. Пора бы уже обзавестись базой и мастерской поближе к городу. Мне надоела эта бродячая жизнь.
— И мне тоже. Жаль только, что так вышло. Если бы не та женщина, мы могли бы принести в жертву ещё одну деревню.
— И не говори. Кто бы мог подумать, что женщина уровня Магистра Круга живёт в такой глуши? Что она вообще ищет в этой деревне?
— Наверное, какую-нибудь реликвию, которую деревенщина не признала. В любом случае, это её дело. Учитель сказал не вмешиваться.
Закончив разговор и свои дела, двое вернулись в пещеру.
Нерня незаметно отступила и выбралась из леса. Она узнала почти всё, что было нужно.
Группа разбитых магов сеет смуту и здесь. В последнее время такое случается всё чаще.
Хотя Королевство и вышло победителем в войне, оно понесло огромные потери. Когда Витрион погиб, маги впали в панику и бежали, но у Королевской армии не было сил их преследовать. Им едва удалось сдержать бесчинствующих Драуга, оставшихся без контроля.
Даже сейчас они с трудом поддерживают порядок лишь в главных поместьях и городах Хартленда.
На обратном пути в голове Нерни всплыл один тревожный вопрос.
«В деревне Каллина есть маг?»
Она не знала, зачем и с какой целью маг находится в той деревне. Но одно было ясно: это как-то связано с Каллином.
Вернувшись в безопасный южный лес, Нерня больше не могла бороться с накатившей сонливостью.
Мало того что она не спала всю ночь, так ещё и в последнее время ей приходилось постоянно менять облик с человеческого на птичий. Смена формы несколько раз подряд изматывала гораздо сильнее, чем поддержание одного образа.
Она понимала, что время не ждёт, но ей нужно было хоть немного отдохнуть.
На следующий день после полудня Нерня добралась до замка семьи Артель, правившей Нолтеном.
Превратившись в сову и избегая человеческих глаз, она приземлилась на заднем дворе дома у подножия замка и стащила детскую одежду. После чего уверенно подошла к стражникам, охранявшим подъемный мост.
Нерня умело разыграла испуганного человеческого ребёнка.
— Я из Нолтена... Я... я видела в лесу странных людей. Они были в совершенно чёрных робах и бормотали что-то непонятное.
Солдаты, которые обычно сурово прогоняли бродяг своими копьями, не могли не смягчиться перед маленьким и милым ребёнком.
К тому же слова этой девочки почему-то звучали очень убедительно.
http://tl.rulate.ru/book/169549/13745635
