— Я дома!
Кан Хэ радостно вскинул руки вверх. Наконец-то в поле зрения показался знакомый жилой комплекс. Ледяной ветер нещадно кусал кожу, но Кан Хэ, используя «Изменчивую поступь», буквально летел по улицам, стараясь не попадаться людям на глаза.
«Госпожа Ли, должно быть, с ума сходила от беспокойства. Да и отец тоже».
Кан Хэ замер, собираясь взяться за дверную ручку. Хоть госпожа Ли порой и казалась ворчливой, она переживала за него больше всех на свете.
К тому же совсем недавно он пропал на десять дней, провалившись в Астральный разлом, от него не было ни весточки. И вот, не прошло и пары недель, как он снова исчез — на этот раз на целых четырнадцать дней.
Скрип.
Кан Хэ осторожно приоткрыл дверь. Обычно в это время госпожа Ли смотрела дорамы в гостиной, и оттуда должен был литься свет, но сейчас в квартире царила непроглядная тьма. С недоумением на лице Кан Хэ распахнул дверь шире.
Внутри было зябко.
В доме не чувствовалось ни капли человеческого тепла. Что же могло произойти всего за две недели? Кан Хэ щелкнул выключателем в гостиной.
— ………
Обстановка была точно такой же, какой он её оставил. Однако казалось, что здесь уже давно никого не было — квартира пропиталась зимним холодом.
— Мама? Папа?
Кан Хэ осторожно позвал госпожу Ли и Гён Уна. Но ответа не последовало. Голос Кан Хэ слегка дрогнул.
— Где вы? Мама! Папа! Я вернулся!
В его голосе зазвучала тревога. Окутанный холодом дом напомнил ему о том страшном дне, когда его родители погибли. С той лишь разницей, что сейчас стены были целы, а не превратились в руины.
— Мама! Папа!
Кан Хэ метался по квартире, распахивая все двери. Но нигде не было и следа жизни. Он не слышал родных голосов Гён Уна и госпожи Ли, которые всегда радостно встречали его.
— Кан Хэ!
В этот момент со стороны входа донёсся голос Юн Сика. Изумлённый Кан Хэ выскочил в прихожую и увидел друга. Юн Сик тут же подлетел к нему и крепко схватил за плечи.
— Ты жив! Ты всё-таки выжил!
— Что случилось? Где мама и папа?
Несмотря на радость встречи, Кан Хэ первым же делом спросил о родителях. Юн Сик помрачнел:
— Твоя мать… Она сегодня потеряла сознание.
— Мама?
Лицо Кан Хэ исказилось от испуга. Юн Сик продолжил:
— Последние две недели она проводила одиночные пикеты неподалёку от того места, умоляя спасти тебя. Было очень холодно, погода ужасная… Видимо, организм просто не выдержал.
— ………
Кан Хэ сжал кулаки. Пока он отчаянно боролся за жизнь в Астральном разломе, госпожа Ли здесь, на Земле, из последних сил боролась за то, чтобы спасти его.
— Твой отец сейчас в больнице. С ним, к счастью, всё в порядке.
— И папа… тоже там был?
Юн Сик пристально посмотрел на Кан Хэ.
— Конечно. Ты же их сын. Наверное, он бегал по инстанциям даже усерднее, чем твоя мать.
Кан Хэ до боли закусил губу. В груди нарастало жгучее чувство. Мысль о том, как родители метались повсюду, пытаясь найти способ вернуть его, разрывала сердце.
— Скорее пошли. Мне нужно их увидеть.
— Погоди.
Кан Хэ уже готов был сорваться с места, настойчиво выспрашивая у Юн Сика адрес больницы. Но Юн Сик преградил ему путь.
— Почему? Ты же сам сказал, что они искали меня.
— Сейчас нельзя,
— твёрдо отрезал Юн Сик. Сердце Кан Хэ на мгновение замерло — неужели с госпожой Ли случилось что-то непоправимое?
— Они и так из-за тебя извелись. Ты должен предстать перед ними в полном порядке. А сейчас ты выглядишь как человек, который прошел через все круги ада.
Кан Хэ опустил взгляд. Одежда превратилась в лохмотья, подошвы обуви стерлись, а из дыр торчали пальцы ног. Там, где была видна кожа, слой грязи был таким плотным, что невозможно было разобрать её настоящий цвет.
— Вот, значит, в каком виде я явился… — пробормотал Кан Хэ, глядя на своё отражение в зеркале прихожей. Теперь стало понятно, почему таксисты отказывались его везти. Он выглядел хуже последнего бродяги.
— Быстро в душ. И переоденься во всё чистое,
— Юн Сик подтолкнул его в сторону ванной. Кан Хэ, всё ещё пребывая в шоке, обернулся.
— Ты…?
— Расскажу всё, когда выйдешь. А пока — иди.
Юн Сик, не давая другу опомниться, буквально впихнул его в ванную. Захлопнув дверь, он тяжело выдохнул, словно сбросил с плеч огромный груз.
Ш-ш-ш-ш…
Вскоре послышался шум воды и протяжный, почти стариковский вздох облегчения. Юн Сик усмехнулся и устало опустился на холодный диван.
— Какое счастье, что ты вернулся целым и невредимым, — прошептал он, не сводя глаз с двери ванной.
— Ма…
Кан Хэ замер перед дверью палаты. Юн Сик, шедший следом, удивлённо взглянул на него, но Кан Хэ, взяв себя в руки, вошёл внутрь.
— ………
Было уже за полночь, поэтому в палате царила тишина. Даже те немногие, кто не спал, смотрели телевизор на минимальной громкости.
Слышалось лишь мерное дыхание спящих. Кан Хэ медленно пошёл вперед, выискивая взглядом знакомые силуэты.
— Отец.
— К… Кан Хэ!
Гён Ун, дремавший, прислонив голову к кровати госпожи Ли, мгновенно распахнул глаза. Он вскочил, ощупал плечи сына, словно не веря своим глазам, и крепко прижал его к себе.
— Это не сон. Неужели это не сон?
Гён Ун сильно осунулся — видимо, переживания последних дней не прошли даром. Кан Хэ сжал зубы, подавляя захлестнувшие его эмоции. Его взгляд переместился на кровать, где лежала госпожа Ли.
— …Мама.
Она так изменилась, что было трудно узнать в этой женщине прежнюю госпожу Ли. Щёки впали, кожа огрубела, а кисти рук потрескались и покраснели.
При виде её бледного лица с посиневшими губами перед глазами Кан Хэ всё поплыло.
— Твою мать… — тихо выругался он. Это было не ругательство гнева, а крик боли, вырвавшийся из самой глубины души.
— Ты как? Сам не ранен? — Гён Ун отстранился и с тревогой осмотрел сына.
— Всё хорошо. Видите? — Кан Хэ покрутился перед ним.
— Слава богу. Какое счастье.
Благодаря совету Юн Сика, Кан Хэ тщательно вымылся и надел самую чистую одежду, поэтому Гён Ун немного успокоился.
— Что говорят врачи про маму?
— Сказали, сильное истощение. Она почти ничего не ела.
Гён Ун нежно погладил руку госпожи Ли.
— А ты? Ты ел?
— Да. Со мной был очень опытный человек, так что всё в порядке. Мы не голодали.
Причина, по которой «Золотой час» для спасения пропавших в Астральном разломе составляет одну неделю, заключается в том, что человек может двигаться без пищи примерно семь дней.
Среда в Астральном разломе похожа на земную, но условия там иные, и в ситуации, когда жизнь висит на волоске, крайне трудно обеспечить организм необходимыми питательными веществами и калориями.
Проблемы с питанием, жизненно важным для движения, неизбежно ведут к гибели.
— Вот и хорошо.
Но у Кан Хэ всё было иначе.
Он сразился с таким количеством Кабанов, что знал их слабые места назубок. В процессе он выяснил, что строение тела Племени кабанов очень схоже с обычными свиньями, а значит, после разделки можно получить отличное мясо. Так что проблем с едой у него не возникало.
Если не считать того, что свинина ему до смерти надоела.
«Значит, никто даже не захотел их слушать…»
Кан Хэ помрачнел, глядя на изнуренные лица родителей. Это означало, что во всём мире не нашлось ни одного человека, который встал бы на их сторону.
[Сегодня в 23:32. Стало известно, что загадочное обрушение заброшенного здания в районе Чонно, Сеул, было делом рук некоего господина Чо из организации «Дифендерс», который оказался двойным агентом Северной Кореи…]
— …Что?
Мужчина на соседней койке, увлеченно смотревший дораму, невольно воскликнул. Внезапный экстренный выпуск новостей выдал нечто невообразимое.
[«Дифендерс» и полиция провели совместное расследование в отношении Чо, подозреваемого в краже военных тайн Республики Корея. При попытке скрыться подозреваемый спровоцировал обрушение здания, однако после долгой погони был задержан и доставлен в полицейское управление Чонно…]
Услышав это, Кан Хэ резко повернул голову.
— Это еще что за бред…
Его лицо исказилось от ярости. Под «господином Чо из Дифендерс» явно подразумевался Чо Минук. Но какой из него шпион?
— Кан Хэ.
Юн Сик позвал его сзади. Кан Хэ обернулся, и Юн Сик молча покачал головой. Он уже всё знал. Кан Хэ помог Гён Уну сесть, а сам схватил Юн Сика за руку и вывел в коридор.
— Ты. Ты же понимаешь, о чём они говорят?
— ……
Юн Сик молчал.
— Что, черт возьми, происходит в «Дифендерс»?! — вскричал Кан Хэ. Медсестры испуганно обернулись, но в глазах Кан Хэ полыхало пламя.
— Я узнал об этом только сегодня. Сказали, что это не решение «Дифендерс», а директива Правительства. Якобы известие о том, что Астральный разлом появился прямо в центре города, вызовет панику…
Юн Сик был одним из немногих, кто знал правду.
— В «Дифендерс» сейчас неспокойно. Я мало что понимаю, но Великого командира Чо Минука все уважали и верили ему… И всё же, им приходится подчиняться приказам, что тут поделаешь.
Юн Сик покачал головой. Плечи Кан Хэ подрагивали от гнева. Это было за гранью здравого смысла. Навесить ярлык шпиона на Минука, который вместе с ним прошел через смертельную опасность!
— Эти правительственные ублюдки вечно творят подобное. Твою мать!
Кан Хэ сокрушался, что совсем забыл о том, на что способны люди во власти.
До того как разверзся Ад, Правительство Республики Корея было не чем иным, как мусорным ведром. Обычным баком, который даже не идет на переработку. Вонючим баком, полным пищевых отбросов.
«Просто замять это дело? Как бы не так».
Кан Хэ заскрежетал зубами. Его приводила в ярость несправедливость по отношению к Минуку, но была и другая сторона: если признать, что Астрального разлома не было, что станет с трофеями, которые он добыл за две недели страданий?
«Правительственные крысы приберут их к рукам».
Способов доказать происхождение клыка и сердца Короля кабанов больше не осталось. Раз государство сказало «нет», то любые заявления Кан Хэ о разломе сочтут бредом сумасшедшего.
А трофеи, которые принесли Кан Хэ и Минук, страна просто присвоит себе.
Впрочем, Правительство и раньше под надуманными предлогами и грабительскими налогами изымало у «Дифендерс» части тел монстров и иномирных существ. Это было в порядке вещей.
— Но раз уж такова политика Правительства…
— Политика Правительства?
Видимо, из-за влияния принудительно открытого Астрального разлома Юн Сик Пробудился как Пользователь раньше, чем в памяти Кан Хэ. Поэтому он уже посещал базовые курсы обучения в «Дифендерс».
— Юн Сик. Даже не думай об этом дерьме, — серьезно произнес Кан Хэ.
— «Этом дерьме»? Но мы граждане Республики Корея, как мы можем идти против политики государства…
— Ты думаешь, Астральный разлом закончится на этом? — Кан Хэ заглянул другу прямо в глаза. В его зрачках словно вспыхнули искры, и Юн Сик не нашёлся что ответить.
— Забудь о том, что государство превыше всего. Забудь об этих правилах, придуманных лысыми чинушами, которые ни черта не смыслят ни в разломах, ни в делах «Дифендерс». Никогда не верь им. Я отказываюсь подчиняться правительству, которое требует односторонних жертв.
Кан Хэ буквально рычал. Юн Сик сглотнул — перед ним словно стоял раненый зверь. Пробудившись, он начал чувствовать уровень силы, и мощь Кан Хэ подавляла его.
«Он стал сильнее».
Юн Сик интуитивно почувствовал, насколько вырос Кан Хэ за эти две недели смертельных схваток.
— Из-за какой-то «политики» они сделали шпионом брата Минука, с которым мы выживали в том аду? Брат должен принести себя в жертву ради кучки чиновников?
— ……
— «Дифендерс» — это организация, созданная для защиты человечества. Никакое политическое влияние не должно касаться её. Иначе мы все сдохнем.
Перед глазами Кан Хэ всплыли картины, которые жили только в его памяти. Миллионы жителей Сеула, разорванные на куски Королем кабанов и его племенем.
И президент с политиками, которые в это время трусливо спасали свои шкуры, проявляя абсолютную некомпетентность.
Всё это было реальностью Республики Корея — страны, которая позволила своему самому мощному оружию заржаветь, поддавшись на сладкие речи тех, кто кричал «ради блага нации».
— Я должен спасти брата,
— сказал Кан Хэ. Глаза Юн Сика расширились.
— Но тогда и ты окажешься в опасности! Тебя тоже втянут в это!
Юн Сик попытался остановить его, но Кан Хэ легко высвободил руку. Разница в Силе была колоссальной, и Юн Сик не мог его удержать.
— В опасности сейчас вся страна. И «Дифендерс». И невинные люди.
Глаза Кан Хэ сверкнули. Юн Сик невольно зажмурился, словно от яркой вспышки.
— В любом случае, эта Республика Корея долго не протянет.
Оставив это загадочное, но зловещее пророчество, Кан Хэ развернулся.
— Так что и ты не слишком-то верь политикам. У тебя появилась сила, так что учись смотреть на мир собственными глазами.
Кан Хэ уходил. Юн Сик смотрел ему в спину и не мог издать ни звука.
Его друг, с которым они вместе сквернословили и дурачились, внезапно стал казаться недосягаемо величественным. Спина Кан Хэ напоминала огромную, незыблемую гору.
— …Вечно ты строишь из себя героя. Засранец,
— пробормотал Юн Сик, стиснув зубы. Он не собирался проигрывать другу.
Когда человек сталкивается с непреодолимой стеной или горой, у него есть два пути.
Сдаться и смириться, или же разжечь в себе пламя воли, чтобы покорить вершину.
Юн Сик выбрал второй вариант.
http://tl.rulate.ru/book/169503/13733128
