До конца летних каникул оставалось примерно три недели.
Завершив график съемок на этой неделе, Юн Ёнджун сел в машину На Ынхо, и они разговорились о планах на будущее.
— Наверное, до конца каникул нам с тобой, хён, уже не придется так часто ездить вместе.
— Это точно. Ты говорил, что собираешься поехать в путешествие с мамой и папой на пару недель?
— Хм, путешествие… — Юн Ёнджун задумался. — Можно ли это так назвать?
У него было совсем другое ощущение.
— Мы решили поехать в деревню к дедушке, чтобы немного помочь ему с хозяйством.
— Ах, точно. Здорово. В деревне подышишь свежим воздухом, полюбуешься открытыми пейзажами. Это же настоящий релакс и исцеление.
В Сеуле куда ни глянь — одни каменные джунгли из небоскребов.
Этот город был далек от понятия «отдых», поэтому в глубине души каждого современного человека всегда теплится желание хоть изредка выбраться к морю или в горы, чтобы провести там несколько спокойных дней.
На Ынхо не был исключением.
— Сейчас, говорят, «возврат к истокам» и сельская жизнь входят в моду.
— Да?
— Угу. Один мой знакомый хён тоже в этот раз взял отпуск и уехал в деревню отдыхать.
Юн Ёнджун не то чтобы сильно стремился к сельской жизни.
Но раз уж папа и мама решили поехать, ему было неудобно отказываться.
К тому же была еще одна причина.
«Кажется, я был там всего один раз, когда еще ходил в детский сад, и с тех пор ни разу не наведывался».
Если он поедет к дедушке сейчас, это будет фактически его второй визит.
Прошло много времени, поэтому Юн Ёнджун заранее скорректировал свой график съемок.
— Ах, точно. Чуть не забыл сказать тебе кое-что.
— О чем?
— Помнишь программу «Рамён для Вас» (Если это вы)? Кулинарное шоу, в котором мы снимались в прошлом месяце. Слышал, у него были бешеные рейтинги, так что во второй половине этого года его включат в основную сетку вещания как регулярную передачу.
— Правда? Это отличные новости.
Юн Ёнджун примерно ожидал такого исхода.
И неудивительно, ведь рамён с семенами периллы продавался невероятно хорошо.
Когда фирменный рамён с семенами периллы от Юн Ёнджуна стал трендом, зрители начали проявлять обратный интерес и к самому шоу «Рамён для Вас».
Обычно бывает наоборот, но тут популярность блюда потянула за собой передачу.
Видимо, поэтому даже на телестудии поначалу сомневались в успехе.
— И всё это благодаря нашему господину Юн Ёнджуну! — На Ынхо рассыпался в похвалах.
Юн Ёнджун лишь тихо рассмеялся и покачал головой.
— Страшно, если нас кто-нибудь услышит.
— Да какая разница? Это же правда. Благодаря тебе у программы отличные рейтинги, а рамён с семенами периллы стал хитом. Разве это не называется «затащить в соло»?
В его словах была доля правды.
Хотя нет, по сути, На Ынхо был абсолютно прав.
Тем не менее, Юн Ёнджун не стремился выпячивать свои заслуги.
Может, дело было в опыте прошлой долгой жизни? Живя как Чин Эорын, Юн Ёнджун осознал, насколько важной добродетелью является скромность.
Поэтому, прекрасно понимая силу своего влияния, он сохранял смирение, утверждая, что всё получилось благодаря помощи окружающих.
Возможно, поэтому в кругах телевизионщиков о Юн Ёнджуне сложилось крайне благоприятное мнение.
Несмотря на юный возраст, он вел себя по-взрослому, был вежлив.
У него было отличное чувство кадра, он умел красиво говорить, но самое главное…
Он великолепно готовил.
В такой ситуации предложения о сотрудничестве не могли не сыпаться на него дождем.
Стоило ему появиться в эфире, как рейтинги гарантированно вырастали минимум в полтора раза.
— Пиди сказал, что хочет обсудить твой график, когда ты вернешься из деревни.
— А те шеф-повара, что снимались со мной, тоже остаются?
— Пока подтвердили участие шеф-повар Чан Сехёк и шеф-повар Хон Субок. А, еще шеф-повар Сон Чхольхён.
Для Юн Ёнджуна новость о том, что Сон Чхольхён остается, была неожиданной.
Среди всех участников он был единственным, кто не имел реального опыта работы на кухне, и к тому же вчистую проиграл самому младшему — ребенку-повару. Ёнджун думал, что из гордости тот найдет предлог, чтобы покинуть проект при переходе в регулярный формат.
Однако шеф-повар Сон предпочел остаться, а не уйти.
На Ынхо, видимо, что-то слышал об этом, поэтому решил поделиться подробностями:
— Шеф-повар Сон после поражения тебе отменил все свои участия в других программах, где шли переговоры.
— Совсем перестал сниматься?
— Ага. Сказал, что не хочет забывать, что его основная профессия — повар, а не шоумен. Похоже, проигрыш тебе стал для него серьезным стимулом.
Юн Ёнджун раньше считал его фальшивкой, надевшей маску повара ради славы на ТВ.
«Но такой настрой мне нравится».
Объективно говоря, нельзя было отрицать, что кулинарные навыки Сона не дотягивали до уровня настоящего шефа.
Но его решимость заслуживала уважения.
Приведет ли эта решимость к хорошим результатам?
Теперь это зависело только от самого Сон Чхольхёна.
На Ынхо дождался сигнала светофора для поворота налево и, крутя руль, продолжил:
— В общем, хорошо проведи остаток каникул. Если что-нибудь понадобится, в любое время звони мне. Я же твой менеджер, понял?
— Да, так и сделаю.
Благодаря своей деятельности на телевидении Юн Ёнджун чувствовал, что обрел в лице менеджера надежного соратника.
Чтобы ярко завершить летние каникулы, Юн Ёнджун с самого раннего утра прилежно заполнял свой небольшой чемодан вещами.
«Раз мы едем на две недели, нужно взять побольше».
Хван Себин, которая тайком наблюдала за тем, как сын собирает вещи, с озадаченным видом похлопала его по плечу.
— Послушайте, господин Юн Ёнджун.
— Да?
— Кто это берет с собой в поездку кухонную утварь?
В чемодан первым делом отправились его любимые инструменты, включая цайдао с гравировкой его имени, который отец подарил ему на день рождения.
Обычно дети первым делом пакуют запасную одежду, постельные принадлежности, смартфон или игровую приставку.
Но для Юн Ёнджуна кухонные принадлежности были важнее.
— Мы же будем там две недели. Вдруг мне придется готовить?
— Там есть и ножи, и половники, так что оставь свои инструменты дома, хорошо?
— Но…
— Это приказ матушки-королевы.
— …….
В доме Юн Ёнджуна существовала четкая иерархия.
На самой вершине находилась мама, Хван Себин.
Следом шел Юн Ёнджун.
А папа, к сожалению, занимал последнее, третье место.
Юн Ёнджуну ничего не оставалось, кроме как подчиниться и вернуть любимые инструменты на кухню.
Вместо них он взял книги с рецептами, чтобы не скучать.
Для него чтение кулинарных книг было куда интереснее портативных игр.
Глядя на столь необычные вкусы сына, Хван Себин на мгновение задумалась, радоваться этому или нет.
Тем временем вернулся Юн Тэсок, который с раннего утра проверял машину и заезжал на мойку. Он спросил жену и сына о готовности:
— Собрали вещи?
— Я закончила, а Ёнджуну еще далеко до финала.
— Да? Тогда давай сначала твои вещи. Погружу их заранее в машину.
— А твои, дорогой?
— Свои я уже загрузил. Это всё, что нужно взять?
— Да, пожалуйста.
— Понял.
Пока Юн Тэсок готовился к поездке, Хван Себин до конца контролировала процесс сбора чемодана сына.
Наконец, закончив сборы не без труда, Юн Ёнджун взял маму за руку, и они вместе спустились вниз.
Аккуратно сложив вещи в багажник, семья наконец оказалась на линии старта.
Когда они выехали на шоссе, Юн Тэсок с довольной улыбкой внезапно выразил благодарность сыну:
— Благодаря тому, что сын купил папе такую отличную машину, ехать одно удовольствие. Будь это наша старая колымага, она бы вся дребезжала на подъемах с таким-то багажом. А эта — чуть нажмешь на газ, и она прямо летит! Красота!
Юн Тэсок был крайне доволен своим дорогим отечественным внедорожником, стоимость которого в полной комплектации достигала 80 миллионов вон.
И дело было не только в характеристиках машины, но и в том, что ее подарил ему собственный сын.
— Когда накопятся роялти, купим новый дом и переедем, — пообещал Юн Ёнджун.
На счету мальчика уже лежала сумма с восемью нулями.
И это было еще не всё. Благодаря постоянным съемкам гонорары продолжали поступать, и вышло так, что Юн Ёнджун стал зарабатывать больше своего отца.
Младшеклассник, зарабатывающий больше папы.
То, что могло привидеться только в сказочном сне, происходило наяву, и Юн Тэсок с Хван Себин были счастливы каждый день.
Вдруг Юн Тэсок что-то вспомнил и громко рассмеялся:
— Дорогая, знаешь, что мне отец сказал, когда жаловался, что в прошлом году урожай совсем не уродился?
— Что же он сказал?
— Сказал, что зато «урожай детей» у него вышел просто потрясающий. Я так смеялся. Хоть он и мой отец, но порой выдает такие перлы.
В отличие от смеющегося Юн Тэсока, у Юн Ёнджуна было не так много воспоминаний о дедушке.
Отец много раз звал дедушку в Сеул навестить их, но тот наотрез отказывался, говоря, что терпеть не может суету мегаполиса.
В итоге семье Юн Ёнджуна самим приходилось ездить в деревню, но из-за работы отца это случалось нечасто. Да и расстояние было немаленьким.
Поэтому каждый раз, когда папа рассказывал о дедушке, Юн Ёнджуну было любопытно, что же он за человек.
«В прошлый раз, когда мы ездили в деревню, мы пробыли там совсем недолго».
Из того короткого опыта он запомнил деда как человека с отличным характером, который очень гордился тем, что он фермер.
«Я ведь тоже когда-то занимался сельским хозяйством».
И дело было не в какой-то особой любви к фермерству, а в желании на собственном опыте узнать, как выращиваются и собираются ингредиенты.
Благодаря этому Юн Ёнджун стал понимать продукты гораздо глубже.
Поэтому для него эта поездка была в каком-то смысле возвращением к старым воспоминаниям.
«Поеду и в кои-то веки немного попотею на грядках».
И хотя машина всё еще мчалась по скоростному шоссе, мысли Юн Ёнджуна уже были в дедушкином доме в деревне.
Как только они проехали через пункт оплаты на выезде с трассы, пейзаж за окном, разительно отличавшийся от сеульского, захватил внимание мальчика.
«Так вот это место…»
Деревня, где жил отец Юн Тэсока и дедушка Юн Ёнджуна.
Дороги здесь были узкими, но машин было мало, так что ехать стало даже проще.
Заметив дорожный указатель с названием деревни, Юн Тэсок повернул руль в сторону проселочной дороги.
Стоило немного приоткрыть окно, как в салон ворвался нежный аромат сельской местности.
Выйдя из машины, Юн Тэсок потянулся всем телом и воскликнул:
— Наконец-то приехали! Ого, эта глициния всё еще стоит! Сын, знаешь, что это за дерево?
— Нет, не знаю.
— На нем я играл, когда был в твоем возрасте. Ведь я здесь родился и вырос.
В глазах Юн Тэсока заиграл живой блеск.
Слово «родина» всегда заставляет сердце трепетать.
Юн Ёнджун чувствовал нечто похожее.
Конечно, его истинная родина находилась в месте, куда невозможно доехать на машине.
Но для Юн Ёнджуна это не имело большого значения.
Ведь теперь у него была новая родина. И новые места, которые будут наполнены воспоминаниями.
Пока они отдыхали, издалека к ним обратился пожилой мужчина в соломенной шляпе, громко крикнув:
— Ну что, добрались наконец?
Услышав этот голос, Юн Ёнджун сразу понял, кто это.
Дедушка.
Еще один член семьи приветствовал их дома.
http://tl.rulate.ru/book/169450/13717313
