Юрик посмотрел в глаза Готвалю. Окружавшие их солдаты крепко держали Готваля за руки и ноги.
— А кляп?
Когда Юрик спросил об этом, Готваль лишь покачал головой.
— Не нужно. Я буду молиться.
Костер потрескивал, пожирая дрова. Юрик вытащил из огня раскаленный топор. Для того чтобы отсечь руку, топор подходил лучше, чем меч.
— Лу. Даруй мне мужество, чтобы превозмочь эту боль,
— пробормотал Готваль.
— Будет больно, Священник, — сказал Юрик.
Он сам вызвался отрубить руку Готвалю. Он не собирался перекладывать чужую муку на плечи других.
Готваль кивнул. Его глаза были устремлены на Юрика.
«Готваль не из слабых».
Юрик впервые видел такого человека, как Готваль. Сильный Воин — это и есть сильный человек. Таково было определение человеческой натуры, которое знал Юрик. Те, кто слаб плотью, слабы во всем.
«Как бы ты ни кичился на словах, если тело слабеет, сердце в конце концов тоже дрогнет».
Но Готваль не принадлежал к этой категории. Он не был Воином, но он был сильным человеком.
— Ты можешь умереть в процессе, Готваль. Прежде чем я начну, ответь на один вопрос,
— сказал Юрик, закатывая рукав Готваля.
— Спрашивайте.
Готваль закрыл и снова открыл глаза. Его взгляд был спокойным и ясным для человека, которому предстояла ужасающая боль. Казалось, он привел свои мысли в порядок.
— Почему ты подставился под укус вместо меня?
— Я не собирался подставляться. Просто подумал, что должен вас спасти. Когда вы заслонили меня от стрелы, летевшей в мою сторону, вы ведь тоже вряд ли долго раздумывали, прежде чем броситься на перехват.
— Это верно,
— пробормотал Юрик, занося топор. Готваль на мгновение замялся, но затем снова заговорил:
— Если уж нужно назвать причину… то это потому, что мне есть куда идти. Мой путь ясен. Даже если я умру, Лу с радостью поведет меня за собой. Но у вас, Юрик, пока нет места для упокоения.
Глаза Юрика расширились. Он увидел в Готвале нечто такое, чего не замечал в других людях. У него не было слов, чтобы точно описать это чувство. Юрик был опытным Воином, но он не был искушенным в тонкостях человеческой души. Он был мужчиной, которому еще предстояло многому научиться.
«Если бы я мог видеть души, душа Готваля наверняка была бы чистой и сияющей. Неужели все Священники такие?»
Готваль — светлый человек. Только такая мысль крутилась в голове Юрика.
— Ты не Воин, Готваль, но ты заслуживаешь глубокого уважения.
Юрик опустил топор на руку Готваля.
Плоть и мышцы разошлись, кость хрустнула. Одним ударом отсечь руку чисто не удалось.
Он ударил снова. Готваль закричал, но даже сквозь этот крик прорывались слова молитвы. Отчетливо слышалось только имя Лу, остальные слова сбивались и обрывались.
Юрик с силой взмахнул топором в третий раз. Теперь рука была отсечена полностью. Юрик подал знак, и ожидавшие солдаты поднесли раскаленную железную пластину, чтобы прижечь культю.
Раздалось шипение.
Готваль, сдерживая крик, прерывисто шептал молитву. Он обливался потом и даже непроизвольно опорожнил мочевой пузырь.
Юрик оставался рядом с Готвалем до тех пор, пока тот не потерял сознание и не впал в забытье.
— Фух.
Юрик выдохнул и отложил топор.
Остальное оставалось на волю небес. Если яд уже успел проникнуть глубоко в тело — он умрет. Если организм не выдержит последствий ампутации — он тоже умрет.
«Если твой Бог не заберет тебя, значит, ты выживешь».
Бог Солнца Лу. Юрик посмотрел на небо. Все еще стояла ночь. До рассвета было далеко.
— Юрик, ты куда?
— спросил один из Наемников, завидев, что Юрик направился в лес.
— Отлить. А что? Хочешь на мой член полюбоваться?
— ответил Юрик, поправляя пояс штанов. Наемник в ответ лишь вскинул средний палец и выругался.
Шорох.
Юрик, пошатываясь, зашел вглубь леса. Вокруг никого не было.
Он опустил оружие на землю и опустился на колени. Юрик молился так, как молится Цивилизованный.
— Если ты не заберешь Готваля…
Он тяжело дышал и медленно подбирал слова.
— То я попробую поверить. В то, что ты — Бог Солнца.
Карательный поход вернулся в город. Люди рукоплескали, а из окон домов девушки бросали лепестки цветов. Под звуки торжественной встречи участники похода высоко взмахивали руками.
— Отличная работа, сэр Сетон! И Братья Юрика!
Граф Хабилонд широко развел руки, приветствуя вернувшихся. К их прибытию пиршество уже было полностью готово.
— У-у-у! Проклятые разбойники!
— Еретики! Сектанты!
Следом за отрядом вели связанных разбойников. Горожане швыряли в них камни и гнилые овощи. Кто-то даже вылил на них ведро помоев из окна.
— Так вам и надо!
Разбойники плелись следом с потухшими взглядами. Их ждала только смерть. На их головы сыпались проклятия и оскорбления, чтобы даже в Загробном мире они не обрели покоя.
Воинов ждал заслуженный отдых, а разбойников — темница.
— Эх, а прием-то хорош! Гостевые покои во внутреннем замке. Сколько же я не спал на такой мягкой постели!
— сказал Бакман, плюхнувшись на кровать после бани. Несколько Наемников также получили приглашение в замок.
На кровати напротив сидел Юрик. В отличие от Бакмана, он не выглядел довольным.
— Юрик. Ты все еще беспокоишься о Священнике?
— Нет. Не особо.
— А мне кажется, что беспокоишься.
— Я сказал — нет. Еще слово — и ты труп.
Стоило Юрику пригрозить, как Бакман, посмеиваясь, замолчал.
«Правильно ли я поступаю?»
На душе было неспокойно. Обет, данный той ночью в лесу, не выходил из головы.
«Теперь уже нельзя забрать назад слово, сорвавшееся с губ».
Если Готваль выживет, Юрик намеревался принять Таинство крещения Солнца.
«Если я уверую в Лу, моя душа отправится не туда, где мои предки и братья. Мы не встретимся».
Ему было страшно. Факт того, что он может оказаться в ином месте, нежели его соплеменники, пугал его так же сильно, как и перспектива стать неприкаянным духом, скитающимся по миру живых.
Его плечи слегка вздрогнули от тревоги. Он снова и снова задавал себе вопрос.
«Правильно ли я поступил?»
Но он не собирался нарушать клятву. На такое он не пошел бы даже под страхом смерти.
«Лучше бы Готваль просто умер…»
Юрик поймал себя на этой мысли и тут же тряхнул головой.
Если Готваль умрет, ему не придется мучиться выбором. Бог Солнца Лу окажется мелочным божком, не пожелавшим исполнить одну просьбу, и верить в него не будет никакого смысла.
— Черт побери.
Юрик внезапно выругался, заставив Бакмана вздрогнуть.
— Ю… Юрик. Я что-то не то сделал?
— Не знаю. Пошли пить. Где тут банкетный зал?
Юрик похлопал Бакмана по плечу.
Как и подобает богатому городу, размах пира был огромным. Это было самое великолепное празднество, которое Юрик когда-либо видел.
В зале собралась вся городская знать. Они восхваляли добродетели и заслуги Графа Хабилонда, превозносили доблесть Начальника стражи Сетона.
Тру-ту-ту!
Юрик и другие Наемники вошли в зал. Слуга протрубил в рог, возвещая об их появлении.
— Входят «Братья Юрика»!
Аристократы и богачи устремили взоры на Наемников.
— О, а вот и Наемники.
Юрик шел небрежной походкой, озираясь по сторонам.
Его глаза, нос и уши не знали отдыха ни на секунду. Юрик не упускал ничего. Звуки диковинных инструментов, блюда, приправленные незнакомыми специями, манящие жесты благоухающих женщин, блеск ювелирных украшений, от которого слепило глаза.
— Господин. Поощрите заслуги Наемников. Они сыграли важную роль,
— прошептал Начальник стражи Сетон Графу Хабилонду.
— Удивительно. Разве ты не недолюбливал Наемников-Варваров?
— В итоге вы оказались правы. Если бы мы их не наняли, погибло бы куда больше наших солдат. Их награда должна быть щедрой,
— честно признал Сетон. Граф Хабилонд слегка улыбнулся. Он уже слышал от Сетона подробный рассказ о событиях.
— Добро пожаловать, Капитан наемников! Я наслышан о ваших подвигах. Говорят, вы проявили невероятное мужество,
— сказал Граф Хабилонд, подходя к Юрику.
— Славный пир. Я никогда не видел столь пышного торжества,
— с восхищением произнес Юрик. Граф Хабилонд рассмеялся, польщенный искренним комплиментом. Кто бы не полюбил человека, хвалящего его праздник?
— Что вы стоите! Налейте вина доблестному Юрику!
— приказал Граф Хабилонд, указывая на слугу. Тот изящным движением протянул Юрику бронзовый кубок.
Влиятельные люди города по очереди подходили к Юрику, перекидываясь с ним парой слов. Юрик принимал приветствия, внимательно наблюдая за их движениями и одеждой.
«Смогу ли и я когда-нибудь стать таким, как они?»
Цивилизованный. Те, кто наслаждается благами цивилизации. То, что они накопили — это не только искусство выживания и боя. Они живут ради чего-то большего.
Слава Братьев Юрика снова возросла. Многие запомнили название этого отряда.
— Фух.
Юрик почувствовал, как хмель ударил в голову. Он сел в кресло и уставился в потолок. Перед глазами замелькали росписи. Ему сказали, что это фрески, иносказательно изображающие мифы о Боге Солнца.
— Лу,
— пробормотал Юрик.
Скрип.
Двери банкетного зала распахнулись. Входил новый гость.
— О-о-о!
— выдохнули аристократы.
— Лу…
— прошептали некоторые, едва не плача.
Юрик прищурился и посмотрел на вход.
Колыхнулась ткань.
Показался пустой рукав. В зал, опираясь на помощника, вошел однорукий Священник.
— Готваль.
Юрик, до этого расслабленно откинувшийся в кресле, подался вперед.
— О, брат Готваль. Вы в порядке?
Граф Хабилонд поспешил навстречу Готвалю с преувеличенным почтением. Готваль смиренно склонил голову.
— Жар спал. Кризис миновал.
— Это покровительство Лу. Это значит, что у брата Готваля еще много дел на этой земле.
— Я тоже верю, что это Откровение Лу.
Знать и богачи, глядя на Готваля, совершили краткую молитву. Снова заиграла веселая музыка, аристократы продолжили пить вино. Они наслаждались пиром, выкрикивая имя Бога.
— Твой Бог не забрал тебя,
— сказал Юрик, прихлебывая вино, когда Готваль подошел ближе.
— Это значит, что мне еще суждено совершить нечто важное в этом мире.
Готваль хотел было сложить руки в молитве, но, осознав, что правой руки нет, горько усмехнулся. Ниже правого локтя ничего не осталось.
«Неужели Лу действительно услышал мою молитву?»
Юрик молча смотрел на Готваля. Готваль был первым Священником Церкви Солнца, которого он встретил. Его образ мыслей был труден для понимания Юрика.
— Скоро вы уходите?
— Уйду, как только окрепну.
— В это время я буду учить вас грамоте. Хоть у вас и осталась только левая рука. Здесь есть книги, так что я достану учебные пособия.
Юрик кивнул. Прежде чем Готваль успел отойти, Юрик произнес хмельным голосом:
— Я хочу принять Таинство крещения.
Готваль замер и медленно повернул голову к Юрику.
— Не могли бы вы повторить, Юрик?
— Я хочу, чтобы ты лично провел для меня Таинство крещения.
Готваль тихо рассмеялся.
— Теперь я точно знаю, почему Лу не забрал меня. У меня определенно осталась миссия.
Прошло полмесяца. За это короткое время Юрик узнал очень многое.
Юрик сидел в купели Храма Солнца, погрузившись в воду по самую макушку. Это была удивительная вода, по которой плавали лепестки цветов, источая благоухание. В воде чувства притупляются. Звуки доносились словно издалека.
Всплеск.
Закончив омовение, Юрик голым прошел по мраморному коридору. Юные послушники подошли с полотенцами и вытерли его тело.
Гул голосов.
Свидетели Таинства крещения стояли по обе стороны мраморного коридора. Они ждали Юрика.
— Тишина.
Шум стих. В конце коридора стоял однорукий Священник Готваль, облаченный в красные одежды.
«Бог Солнца Лу».
Юрик поднял взгляд на изваяние солнца. Лу — это просто солнце.
«Почему я принимаю Таинство крещения?»
Он сделал еще шаг вперед.
«Из-за клятвы? Но почему я дал такую клятву?»
Юрик подошел к Готвалю.
Щелчок.
Окна со всех сторон распахнулись. Даже потолок храма приоткрылся. Был полдень, и солнечный свет ярким потоком хлынул внутрь.
Юрик стоял в самом центре этого света. Его влажные волосы сияли, словно драгоценные камни. Когда он опустился на колени, его мышцы напряглись. Рельеф каждого мускула был отчетливо виден. Его тело напоминало искусно выточенную статую.
Никто в этот момент не подумал бы, что Юрик — Варвар. Человек с таким прекрасным телом казался священным.
«Я…»
Юрик все еще колебался. Он закрыл и открыл глаза. Готваль ждал его.
— О Лу. Твой заблудший сын желает вернуться в твои объятия. Прояви милосердие и направь его…
— Направь его,
— произнес Готваль. Свидетели, стоявшие по бокам, повторяли слова за ним. Среди них были и Наемники, такие как Бакман и Донован. Свена видно не было.
«Я хочу обрести уверенность».
Только в самом конце он заглянул вглубь себя.
«Чтобы моя душа не скиталась после смерти».
В недавнем бою Юрик едва не погиб. Сама смерть не пугала его. Его пугала лишь неизвестность того, куда он отправится после нее.
Юрику был необходим Загробный мир.
— …И да станет Он путеводителем для твоей души.
Долгое Таинство крещения подошло к концу. Готваль закрыл толстую книгу.
Юрик поднялся. Его мокрое тело обсохло под лучами солнца, и он почувствовал необычайную легкость. На мгновение ему даже показалось, что он родился заново.
— Это я говорю вам от себя лично, Юрик. Вы — доблестный Воин. Возможно, вы оставите свое имя в истории. Но помните одно: любите ближних и проявляйте милосердие. Тогда ваша душа станет еще сильнее.
— прошептал Готваль на ухо Юрику после завершения обряда.
— Сложное условие, господин Священник,
— Юрик осклабился в улыбке.
http://tl.rulate.ru/book/169425/13705306
Готово:
