В коридоре брат с сестрой неслись наперегонки, но стоило им приблизиться к гостиной, как они тут же присмирели, словно превратившись в других людей. Агнес прицокнула языком. Ее просьбы не бегать они пропускали мимо ушей, а перед родителями, видимо, робели.
Впрочем, Селин и Бен очень любили своих родителей. Семья Вествик была более дружной и гармоничной, чем любая другая семья, которую когда-либо встречала Агнес.
«Ну конечно. То, что они так странно вели себя перед Тимоти, было лишь проявлением духа соперничества?»
Дети порой говорят то, чего не чувствуют, просто из желания победить. Их симпатия к ней, должно быть, искренняя, но, насколько помнила Агнес, эти двое никогда не были навязчивыми. Даже если бы она не перешла в особняк Баттенберг, их занятия прекратились бы примерно через год, и тогда они бы просто сильно грустили по этому поводу.
Не было причин для того, чтобы они любили её так сильно, почти до исступления. В конце концов, она была всего лишь их гувернанткой.
— Мама, Селин пришла!
— И Бен тоже!
Воскликнули дети, вбегая в гостиную. Агнес вошла следом за ними.
— Добро пожаловать, мои ангелы! Урок был интересным?
Мелани широко развела руки, обнимая детей и по очереди целуя их в щеки. Селин и Бен выглядели счастливыми. Агнес с теплотой наблюдала за ними, но, случайно подняв голову, замерла от неожиданности.
— Ой?
— Наставница?
— Что с вами?
Агнес, смутившись от прикованных к ней взглядов, поспешно ответила:
— Ничего. Просто я немного удивилась…
Мелани проследила за ее взглядом и лучезарно улыбнулась. Это была понимающая улыбка.
«Какого чёрта этот человек здесь делает?»
Этан сидел в кресле с таким видом, будто хотел показать, кто здесь истинный хозяин гостиной. Только Агнес, и не подозревавшая о его присутствии, выглядела ошеломленной. Мелани, не скрывая радости, произнесла:
— Я и не надеялась на встречу, а Его Сиятельство сам пришел поприветствовать нас.
— У нас гости, это естественно, — отозвался Этан весьма вежливым тоном.
Статус герцога не позволял ему со всеми разговаривать пренебрежительно, и хотя его манера была скорее просто не грубой, чем по-настоящему учтивой, в глазах Агнес это выглядело раздражающе.
«Раньше он и слышать не хотел о том, чтобы уделить время Тимоти! А со мной даже на «вы» не переходит, только и зовет: «наставница, наставница»…»
Теперь она видела, что он вполне способен на обычную светскую вежливость. Если подумать, он часто бывал в императорском дворце и общался с людьми выше его по положению. Она понимала, что Мелани была гостьей, а не наемным работником, и их статус различался, но на душе все равно стало неприятно.
Да, он явно не чувствовал необходимости проявлять вежливость к ней, всего лишь к своей работнице. И хотя для хозяина дома было естественным выйти к гостям, вспоминая отношение Этана к ней самой, Агнес не могла воспринимать это как нечто само собой разумеющееся.
Мелани велела застенчивым детям поздороваться и добавила:
— Зная, как вы заняты, я не рассчитывала на личную встречу. Благодаря наставнице мне выпала честь пить чай, который предложило нам Ваше Сиятельство.
— Принимать гостей — это вопрос элементарной вежливости. Из разговоров с наставницей я понял…
Этан заговорил, переводя взгляд на Агнес.
— …что эти уроки не ограничатся парой встреч. Верно?
— Ну, да… — Агнес неопределенно кивнула, отводя глаза. Этан слегка нахмурился, заметив, как демонстративно она его избегает.
На мгновение воцарилась тишина. Мелани, почувствовав холодный воздух, пробежавший между ними, прищурилась.
— Нам уже пора уходить. Наставница?
— Ах, да! Да, госпожа.
— Проводите нас? Заодно расскажете по дороге, как прошел сегодняшний урок.
— Конечно. Обязательно. Пойдемте!
— Ваше Сиятельство, я попрощаюсь с вами здесь. Если вы пойдете нас провожать, я буду так польщена, что не найду себе места. Для замужней дамы это было бы слишком большой удачей.
Этан, разумеется, не стал возражать. Он был из тех, кто не стал бы провожать даже кронпринца, если бы тот сам об этом не попросил. Мелани вежливо поклонилась и, быстро развернувшись, подхватила Агнес под руку. Агнес не успела и глазом моргнуть, как ее потащили прочь.
Ей казалось, что в затылок сверлит чей-то пристальный взгляд, но прежде чем она успела обернуться, Мелани заговорила:
— Наставница, почему вы мне не сказали?
— А? О чем? Я никогда не скрывала от вас ничего важного!
— Ох, я знаю. Это не касается детей. Я о том, что вы идете на императорский бал!
— Что? А, бал…
— Его Сиятельство так редко появляется на балах, что я из любопытства спросила, придет ли он в этот раз. И он ответил, что придет…
— А, вот как…
«Нашел ли он себе партнершу?» — это была первая мысль Агнес. Неужели кронпринцу, как он и обещал, уже удалось навязать ему в пару свою кузину?
— И при этом он сказал, что вы тоже там будете! Знаете, как я удивилась? К тому же, говорят, это сам Его Высочество кронпринц пригласил вас!
— Ну, так… так уж вышло…
— «Так уж вышло»?! Боже мой! Вы хоть представляете, что это за человек — Его Высочество кронпринц?
«И что же он за человек?.. Монстр, пожирающий людей?» — Агнес рассуждала хладнокровно, не в силах разделить бурный восторг Мелани.
Конечно, Мелани было чему удивляться.
Для такой девушки, как Агнес — не желая себя принижать, но все же — чья семья разорена и которой приходится работать, стать партнершей кронпринца на балу было скандалом, способным, если немного преувеличить, всколыхнуть все высшее общество.
«Если, конечно, людям вообще есть до меня дело…»
Поначалу им будет любопытно, кто она такая, но, узнав правду, они быстро потеряют интерес. Вряд ли те, кто тайно влюблен в кронпринца, увидят в ней конкурентку.
Это не было самоуничижением. Лишь констатация факта.
— Я не знаю, какой он человек, но Его Высочество пригласил меня только потому, что хочет чего-то от Его Сиятельства. Это была просьба, основанная исключительно на деловой необходимости, госпожа. Тут не из-за чего так волноваться.
— И все же. Это может стать поводом для того, чтобы влюбиться.
— Мне?
— …
— Ах, вы имеете в виду… кронпринц в меня?
Агнес тихо рассмеялась.
— Вы слишком хорошо обо мне думаете, госпожа. Никто так не решит. Никто даже не подумает, что я могу удостоиться любви Его Высочества кронпринца.
— …Наставница.
— И прежде всего, я сама не смотрю на Его Высочество как на мужчину. И не могу. Хотя, конечно, он весьма привлекателен.
Видя, что лицо Мелани полно сочувствия, Агнес заговорила более непринужденно.
«Это чистая правда. У меня нет планов ни на романы, ни на замужество».
Почему все выглядит так, будто она на самом деле хочет выйти замуж за кронпринца, но, понимая свое положение, не смеет даже мечтать об этом, как какая-то жалкая страдалица?
Для Агнес важным было лишь будущее герцогини, которая сможет окружить Тимоти любовью. Она хотела пойти на бал, чтобы увидеть это своими глазами. Она не была ранена в чувствах, и причин для этого не было.
— Кажется, я сболтнула лишнего. Простите, если задела вас.
— Вы меня не задели. Совсем. Это правда. Вы когда-нибудь видели, чтобы я лгала?
— Вы никогда мне не лгали, наставница.
— Вот именно. Это не ложь.
— Тогда… между вами и Его Сиятельством тоже ничего нет?
Мелани задала этот вопрос с особой проницательностью. Агнес на секунду затаила дыхание, а затем рассмеялась, будто из нее выпустили воздух. Только после этого вопроса ее сердце, трепетавшее последние несколько дней, окончательно успокоилось.
Что-то между ними? Ну, конечно.
— Ничего. О чем вы говорите, госпожа? Что между нами могло произойти?
Ничего не было.
— Честно говоря, отношения у нас натянутые. Для обучения ученика необходимо сотрудничество семьи, а он совсем не помогает. Я пыталась убедить его, даже проявляла упрямство, но он меня не слушает.
— …Проявляли упрямство? Перед Его Сиятельством…?
— Ну, да. Так что, кажется, я, эм, впала в немилость. Что вполне ожидаемо.
Агнес кивнула сама себе.
— Наставница, я и раньше так думала, но иногда… вы поразительно смелая.
— Это ведь комплимент?
— Конечно. Самый настоящий комплимент.
Вряд ли в светском обществе такую «смелость» сочли бы достоинством.
Агнес просто улыбнулась.
— Следующий урок через неделю. Селин, ты должна показать мне результаты своих тренировок.
— Ждите! Вы будете поражены!
— Буду ждать. Счастливо. И тебе, Бен.
Агнес провожала взглядом уезжающую карету. Только когда та покинула длинный сад и скрылась за воротами, она развернулась. Она немного поколебалась, не зайти ли к Тимоти, но передумала. Мальчик, скорее всего, не хотел бы показывать ей, как отчаянно он тренируется. Он был из тех детей, кто пытается скрыть даже то, что делает домашнее задание.
«Нужно уважать его гордость».
Агнес в некотором роде сама была в шоке от себя. Она была глубоко разочарована своим собственным сердцем, которое так неистово колотилось.
Она избегала герцога Баттенберга целых пять дней. А все потому, что ее душу встревожили такие мелочи, как сократившееся расстояние, низкий голос, прозвучавший над самым ухом, и чужой аромат, коснувшийся кончика носа.
«Ничего не поделаешь. Я ведь ни с кем не встречалась после расторжения помолвки! Все дело в недостатке опыта. Я ведь ни разу ни с кем не встречалась даже в прошлой жизни. Конечно, когда кто-то внезапно приближается, я не могу не нервничать! А от нервов сердце бьется быстрее!»
Все это было лишь потому, что она не привыкла к мужчинам.
Любовь? Не хочу. Брак? Все еще не планирую. Хочет ли она сойтись с герцогом Баттенбергом? Ни капли. У Агнес была более важная цель, и она по-прежнему больше всего желала, чтобы герцогиня полюбила Тимоти.
Хотя она и сама сомневалась, нет ли у нее корыстных помыслов в отношении герцога, ответ был — однозначно нет.
«Да, не может быть, чтобы я влюбилась!»
Мысли прояснились, а на душе стало легко, как никогда. Она невольно замурлыкала себе под нос. Ей не нужно было тушеваться без причины. Она снова могла вести себя уверенно перед герцогом. Проблема была в нем. Не нужно подходить так близко, заставляя людей заблуждаться, нашептывать что-то на ухо и вмешиваться в странные мелочи…
«Мы что, друзья? Не собирается дружить, но при этом совсем не соблюдает дистанцию…»
Кто-то внезапно схватил идущую легкой походкой Агнес за запястье. Она вздохнула и подняла взгляд на человека, удержавшего ее.
— Ваше Сиятельство.
— Ты уже закончила меня избегать?
http://tl.rulate.ru/book/169271/13670552
Готово:
