— Вы в порядке?
Мелодия, опершись левой рукой о землю, приподнялась и села. Запястье и плечо неприятно ныли.
Кайсар с обеспокоенным видом осмотрел её руку.
Только тогда Мелодия выпустила деревянный меч и принялась сжимать и разжимать ладонь. Затем она медленно повращала плечом. Хотя чувствовалось легкое покалывание, ничего серьезного не было.
— Я в порядке.
Кайсар с сомнением вгляделся в её руку.
Мелодия вытянула её перед ним и пошевелила пальцами, демонстрируя, что всё в норме.
— Обычно даже рыцари выпускают меч, если по нему наносят удар такой силы.
— Пусть я и выгляжу так, но я человек, который способен взобраться на крепостную стену на одних руках.
Клэр, наблюдавшая за ними из окна, тяжело вздохнула. Она-то надеялась создать романтическую атмосферу, а принцесса вовсю хвастается силой своего хвата.
Кайсар в замешательстве уставился на принцессу, которая с такой уверенностью заявляла о своей силе. Она продолжала доказывать крепость своих мышц, приговаривая: «Я ведь и правда очень сильная, понимаете?».
В конце концов, только услышав от Кайсара признание: «Вы удивительны», Мелодия опустила руку. После чего она и вовсе уселась поудобнее, вытянув ноги.
— Ваше любопытство удовлетворено? Хотя, кажется, мы просто помахали мечами.
Кайсар сел рядом с ней.
— Ваши движения поразительно стремительны. Большинство рыцарей ни за что бы за вами не поспели. Это тоже способность Ода?
— Я не особо разбираюсь в чужих силах, поэтому не знаю, способность ли это Ода или просто моя особенность. У меня так с самого детства. Вижу дальше и четче, чем другие, слышу лучше, восстанавливаюсь быстрее. А если равномерно распределить Од по телу, способности возрастают в разы. По крайней мере, в моем случае.
Мелодия смешала правду с ложью. Если бы кто-то другой обратился к ней с подобной просьбой, она бы отказала не раздумывая. Но поскольку это был Кайсар (её потенциальный муж), она решила рассказать хотя бы столько.
— ...На самом деле, ваше владение мечом весьма грубое.
Мелодия резко, с серьезным лицом, повернулась к нему. Повернулась так стремительно, что послышался свист ветра.
Заметив её явно обвиняющий взгляд, Кайсар отвел глаза и сухо откашлялся.
— Послушайте, господин Бедель. Я и сама это прекрасно знаю. Но даже если это так, подобные вещи стоит либо замалчивать, либо говорить о них более деликатно. Каким бы красавцем вы ни были, заявлять такое в лоб — это чересчур.
— Что?!
— Вы даже не представляете, как обрадовались горничные, когда вы пришли ко мне. Они только и делали, что спрашивали, когда вы заглянете снова. Если бы они знали, что вы пришли после того, как они закончили смену, они бы, наверное, вцепились мне в ноги с плачем. Может, хотите как-нибудь зайти на чашечку чая днем?
Мелодия хихикнула, прищурив глаза.
Кайсару показалось, что у него начинает болеть голова, и он лишь покачал ею.
Мелодия вскочила с места и вернулась с двумя бутылками воды, которые принесла Клэр.
Кайсар тоже поспешно поднялся и принял предложенную воду.
Утолив жажду, Мелодия спросила:
— Как вы и сказали, мое фехтование грубое. Я ведь уже говорила. Хотите продолжить поединок?
— Не желаете ли вы обучиться искусству фехтования?
— А?
Это предложение было совершенно неожиданным. Мелодия округлила глаза и посмотрела на него снизу вверх.
Кайсар поставил бутылку и встретился с ней взглядом.
— Если вы обучитесь технике, ваш рост будет поразительным.
Мелодия потерла подбородок и усмехнулась.
— В мире, где принцессу считают сумасшедшей только за то, что она надела брюки и взяла меч, вы, наоборот, предлагаете мне учиться. — Её синие глаза сощурились в улыбке, приоткрывая ровный ряд зубов.
Кайсару показалось, что эта улыбка выглядит почему-то печальной.
«Для вас жизнь была вашим собственным выбором?»
Ему вдруг вспомнился этот её недавний вопрос.
Кайсар, вопреки своей привычке, долго подбирал слова, прежде чем осторожно заговорить:
— Я считаю, что в стремлении бросить вызов и достичь успеха благодаря таланту нет разницы между мужчиной и женщиной.
Услышав это, Мелодия расцвела в широкой улыбке, подобно распустившемуся цветку.
Глядя на неё, Кайсар невольно плотно сжал губы.
— Господин, не хотите на мне жениться?
Эти слова прозвучали легко, словно лепестки, кружащиеся на весеннем ветру.
Тем не менее, под тяжестью этой фразы Кайсар на мгновение замер. Лишь спустя какое-то время он смог выдохнуть и с упреком произнес:
— Вы слишком вольно шутите.
Мелодия лишь лучезарно улыбнулась. Затем, подбоченясь, она объявила:
— Хорошо. Я из тех, кто понимает всё с полуслова, так что учите меня. Я выучусь и проведу с вами настоящий поединок!
Мелодия подняла деревянный меч, который использовал Кайсар. Затем она с улыбкой поманила его рукой:
— Ну чего же вы стоите? Покажите мне хоть одно движение перед уходом.
Кайсар на мгновение задумался: «А правильно ли я поступаю?».
Поместье Бедель.
В особняке всегда было тихо. Нет, скорее — безжизненно.
Дворецкий, долгие годы служивший семье Бедель, сегодня снова тяжело вздыхал в этой тишине, где, казалось, слышно даже падение иголки.
Столпами этой семьи были три человека.
Во-первых, Хенбест Бедель.
Он был человеком, который за неделю не произносил и десяти слов.
Он был крайне способным политиком и уважаемым главой дома.
Его девизом было: «Подумай сто раз, прежде чем сказать один». Безусловно, это был отличный девиз. В мире, где одно неверное слово может стоить головы.
Но проблема была в том, что он следовал этому правилу и дома. Да уж, раз он думает по сто раз, неудивительно, что за неделю набегает едва ли десяток фраз.
Однако иногда дворецкий сомневался: а не прикрывается ли он девизом просто потому, что ему лень разговаривать?
Затем — его жена, Иан Лакселло Бедель.
При мысли о ней у дворецкого наворачивались слезы.
В тот день, когда она только вышла замуж за герцога, дочь знатного рода Лакселло была без ума от мужа.
Она очаровательно улыбалась, хвасталась своими картинами и рассказывала о том, как прошел её день.
Ах, но зачем же герцог решил соблюдать свой великий девиз даже с собственной женой?
Лицо Иан Лакселло Бедель постепенно становилось бесстрастным, а речи — всё меньше.
К тому же их единственный сын в своей угрюмости ничуть не уступал отцу.
В последнее время всё, чем занималась Иан — это картины, картины и еще раз картины.
И наконец, наследник этого дома — Кайсар Бедель.
Безупречная внешность, блестящий ум, великое будущее. Он вырос достойным человеком. Дворецкий даже чувствовал гордость за него.
Проблема заключалась в том, что он унаследовал и фанатичность матери, и немногословность отца.
Кайсар Бедель просыпался утром, тренировался в фехтовании, завтракал, уходил на работу, возвращался, ужинал, снова тренировался и ложился спать.
Казалось, можно было по памяти нарисовать схему его мыслей: меч и работа. И точка.
Дворецкий был готов поставить свою жизнь на то, что у него никогда не было даже намека на роман.
Подобного в его биографии не значилось. И это в его-то возрасте.
Когда-нибудь он всё же женится, но дворецкий уже заранее боялся, что его жена превратится в такую же тень, как Иан.
— Ох...
Дворецкий вздохнул так тяжело, будто под ним вот-вот разверзнется земля.
День был ясным и лазурным, но атмосфера в поместье оставалась мрачной.
В этот момент из главного здания вышел Кайсар.
— Молодой господин, уходите на службу?
— Да.
— Вы позавтракали? Вчера вы вернулись очень поздно. Видимо, дел было невпроворот.
— Ну...
— ...
— ...
— Да-да. Хорошего вам дня.
— Увидимся.
И он стремительно зашагал прочь.
— Молодой господин!
Услышав зов дворецкого, Кайсар остановился и обернулся.
«Все-таки наш молодой господин в душе добрый и заботливый... Ну, насчет заботливости не уверен, но во всяком случае он не дурной человек».
— Госпожа часто ужинает в одиночестве. Пожалуйста, возвращайтесь иногда пораньше.
Тот лишь слегка кивнул и продолжил свой путь.
Дворецкий покачал головой. «Наверняка пропустил мимо ушей».
Беспокоясь о госпоже, которой предстояло и завтракать одной, он поспешил в сад.
Иан, которая обычно ела в огромной пустой столовой, решила, что раз ей не с кем разделить трапезу из мужчин этого дома, то она будет обедать в компании природы. Поэтому она часто устраивалась на террасе флигеля в саду.
Сегодня было так же.
— Госпожа, доброе утро.
— Ты уже поел?
— Конечно. Молодой господин уже ушел на службу.
— Этот негодник, во сколько он вообще вернулся вчера?
— Почти в полночь.
— Значит, вернулся в полночь, а ушел с первыми лучами солнца. Глядя на них, можно подумать, что если мужчины рода Бедель исчезнут, империя рухнет.
— Вам, должно быть, очень одиноко.
— И не говори.
Герцогиня пробормотала свою привычную фразу: «Такая уж у меня доля», наслаждаясь дыханием ранней весны.
— Молодому господину нужно поскорее жениться, тогда в поместье станет не так уныло.
При этих словах дворецкого Иан приложила руку к голове. Её нежно-голубые глаза внезапно вспыхнули праведным гневом.
— Я ведь родила его таким красавцем. Разве не так? Таким замечательным его вырастила, а он, как назло, характером пошел в отца. У меня просто сердце разрывается, честное слово.
Дворецкий незаметно подал знак стоящим позади слугам, и те тихо удалились с террасы.
— Мне становится страшно.
— Чего же вы так боитесь?
— Я лучше кого бы то ни было знаю, как такое поведение изматывает человека, как оно душит и убивает самооценку. Как я смогу спокойно смотреть на то, как девушка, вышедшая за него замуж, будет постепенно вянуть и сохнуть рядом с ним?
— Госпожа, но ведь молодой господин — человек добрый.
— Это только на ваш взгляд так.
Иан, которая в юности была дочерью знатных Лакселло, а повзрослев, стала герцогиней, на удивление мало интересовалась борьбой за власть.
Она лишь хотела, чтобы её сын был счастлив в браке. Какую же невестку нужно найти, чтобы она смогла ужиться с этим «чурбаном»?
На одной красоте они и года не протянут.
— Эх, где бы найти такую здоровую, жизнерадостную и бойкую барышню...
Печаль хозяйки дома Бедель сегодня стала лишь глубже.
http://tl.rulate.ru/book/169204/13656569
