— Думаю, на сегодня лучше вернуться, сославшись на плохое самочувствие.
На этот тихий шепот у самого уха я лишь бессильно кивнула в ответ.
— …Да.
И он, естественно придерживая меня за руку, словно помогая идти, развернулся.
— Ой, вам нездоровится?
Чистый, звонкий голос разнесся по залу. Он был настолько прекрасен, что на мгновение я забыла, где нахожусь. Рефлекторно обернувшись на звук, я увидела прекрасную женщину, которая только что вошла в банкетный зал.
Загадочные серебристые волосы, сияющие под роскошным светом люстр, и лазурные глаза — это первое, что бросилось в глаза. Она была настолько красива, что даже простое описание казалось неуместным. Женщина обладала самой выдающейся красотой, которую я когда-либо видела. Глядя на неё, можно было подумать, что это само воплощение богини; на мгновение я просто лишилась дара речи.
Я с первого взгляда поняла, что это Святая Ария. И дело было даже не в её внешности, о которой без умолку судачили аристократы в зале, — сама атмосфера, исходящая от неё, разительно отличалась от обычных людей. Даже когда она просто стояла и улыбалась, в ней чувствовались врожденные качества правителя и властность, подавляющая окружающих, заставляя едва ли не преклонить колени в подчинении.
Это было то самое чувство, которое порой исходило от императрицы Каролины или второго имперского принца Реймонда — особая аура людей, рожденных стоять на самой вершине пищевой цепочки.
Едва увидев её, столь ослепительно прекрасную, что я и в подметки ей не годилась, я всё осознала.
Так вот она какая — та, кого он полюбил так сильно, что больше не мог держать меня рядом. Та, из-за кого он раскаялся во всём времени, проведенном со мной, была вот настолько прекрасной.
— Ария.
Следом раздался голос, зовущий её по имени, словно предостерегая. Мой взгляд естественным образом переместился за её спину.
Тудум.
В этот миг неприятное чувство охватило меня, словно сердце в груди рухнуло куда-то вниз.
Я не могла совладать с выражением лица. Не могла даже отвести взгляд. Мои глаза, невольно устремившиеся к этому человеку, замерли.
Он, Рихард Адель, стоял прямо передо мной.
Тот, кого я так хотела увидеть, кого так желала и на кого так обижалась, был здесь. Точно такой же, каким я его любила.
Однако и голос, нежно звавший её: «Ария», и взгляд, с легкой тревогой и заботой устремленный на неё, — всё это было мне совершенно незнакомо. Абсолютно всё.
Я словно услышала, как внутри меня что-то рушится.
Сейчас мне было гораздо больнее, чем когда этот человек сказал, что я больше не нужна, и выставил меня вон. Больнее, чем когда я бесконечно долго смотрела ему в спину, когда он уходил, не выказав ни капли сожаления.
Такого лица он мне никогда не показывал, так на меня никогда не смотрел, и таким голосом со мной никогда не говорил.
Всё это предназначалось только женщине, которую он искренне полюбил.
Ничего из этого я не видела ни разу.
В этот момент я снова отчетливо осознала. Правда, этот человек ни на мгновение не любил меня.
Я знала это. Не могла не знать. Наши отношения начались с этим знанием. И всё же в ту секунду мне действительно захотелось исчезнуть, не оставив и следа. Мне было невыносимо больно, не передать словами. Почва уходила из-под ног, и я чувствовала, как рассыпаюсь, словно песочный замок под ударом волны.
Рихард Адель совсем не смотрел на меня. И это было единственным облегчением. Ведь он не удостоил меня даже мимолетным взглядом, целиком поглощенный ею, а значит, не узнает, какое у меня сейчас лицо и с какими чувствами я на него смотрю.
Глаза обожгло, лицо исказилось. Это была слабая попытка сдержать слезы.
«Нельзя, имперская принцесса Юри может увидеть. Немедленно отвернись, дура».
— Вы в порядке? Могу я вас осмотреть?
Это случилось как раз тогда, когда я, коря себя, наконец с трудом отвела от него взгляд.
Святая сделала шаг ко мне, отстранив протянутую руку Рихарда Аделя. В замешательстве я невольно снова обернулась к ней, и от этого резкого движения одна слезинка, скопившаяся в уголке глаза, скатилась по щеке. Я почувствовала, как на меня одновременно устремились взгляды троих человек.
Лишь мельком заметив удивление на лице Святой, я поспешно отвернула голову. Поскольку я и так почти опиралась на второго имперского принца Реймонда, то, когда я повернула лицо к нему, это выглядело так, будто я и вовсе прильнула к нему в объятия.
Видел ли он? Наверняка видел. Хоть это и длилось мгновение, наши глаза определенно встретились.
Что он подумает, увидев, как я внезапно разрыдалась? Наверное, решит, что я глупая женщина, которая всё еще не может его забыть и полна сожалений. Насколько же жалкой я ему кажусь? Насколько смешной?
Мне было до безумия стыдно за саму себя.
За то, что, если бы не второй имперский принц Реймонд, я бы сама побежала к этому человеку. За то, что я, словно дура, роняю слезы лишь от встречи с ним.
Даже я сама не могла понять себя и не хотела понимать.
Так как же я выгляжу в глазах этих людей, которые мне совершенно чужие?
— Если вам нездоровится…
— Святая Ария.
Их голоса прозвучали почти одновременно. В тот момент, когда я почувствовала, что Святая снова тянется ко мне рукой, второй имперский принц Реймонд пришел в движение.
Слегка приоткрыв зажмуренные глаза, я краем глаза увидела, как её бледная, почти прозрачная ладонь была перехвачена рукой Реймонда. Хотя он лишь слегка коснулся тыльной стороны её кисти, чувствовалось странное давление, запрещающее ей прикасаться ко мне.
И была еще одна рука. Как и Реймонд, Рихард Адель осторожно придерживал Святую за запястье.
Глаза Святой, чья рука была остановлена двумя мужчинами сразу, расширились, как у испуганного кролика. Я почувствовала, как рука Реймонда притянула меня к себе еще крепче, словно он делал это напоказ.
— Благодарю за заботу, но с Клэр я справлюсь сам, так что вам не стоит беспокоиться.
Его голос звучал подчеркнуто вежливо, но от этого казался еще холоднее.
Я лишь перевела взгляд на принца Реймонда и увидела, что, в отличие от улыбающихся губ, его глаза оставались совершенно серьезными и смотрели вниз ледяным взглядом.
Святая не могла быть настолько глупой, чтобы не считать это выражение лица. Она выглядела заметно растерянной и неловко опустила руку, зависшую в воздухе.
Оставив её в оцепенении смотреть на него, Реймонд перевел взгляд на Рихарда Аделя, стоявшего подле неё, словно рыцарь-защитник.
Заметив этот взор, Рихард Адель, наконец отведя глаза от Святой, склонил голову в приветствии.
— Приветствую Его Высочество второго принца.
— Давно не виделись, герцог Адель.
На первый взгляд тон был таким, будто он встретил старого доброго знакомого. Однако выражение его лица ничуть не изменилось по сравнению с тем, как он смотрел на Святую. Это были беспристрастные глаза, не выражавшие ни симпатии, ни враждебности. Лишь формальное приветствие, не предполагавшее ни капли интереса к собеседнику.
В отличие от Святой, Рихард Адель, казалось, привык к подобной реакции Реймонда и ответил ему такой же дежурной улыбкой. Он выглядел невозмутимым, словно они всегда вели себя подобным образом.
Я, привыкшая видеть принца Реймонда нежным рядом с принцессой Юри или внимательным ко мне, ощутила, что такой он кажется мне чужим и далеким. Если бы он посмотрел на меня с таким лицом, я бы, наверное, убежала прочь, не проронив ни слова, дрожа от страха.
Почувствовал ли он мой пристальный взгляд?
Второй принц опустил глаза и посмотрел на меня. Когда наши взгляды встретились, его глаза потеплели и он ласково улыбнулся. Я была слегка удивлена, но в то же время испытала облегчение. От того, что человек рядом со мной — всё тот же знакомый мне Реймонд.
— Вы ведь Его Высочество второй принц Реймонд Алек Казис, верно?
Внезапно раздавшийся голос Святой, казалось, в мгновение ока изменил атмосферу.
Одной лишь широкой улыбкой она мгновенно превратилась из милосердной и таинственной Святой в невинную и очаровательную девушку.
— Похоже, вы уже знаете, кто я, так что, полагаю, мне не нужно представляться?
Несмотря на то, что на мгновение она замялась от холодного приема Реймонда, теперь она улыбалась и говорила так, будто её это ничуть не задело.
В глазах принца Реймонда промелькнуло мимолетное раздражение. Но, рассудив, видимо, что не может полностью игнорировать Святую в присутствии стольких свидетелей, он снова ответил с сухой улыбкой:
— Разумеется. Полагаю, на этом континенте почти нет тех, кто не знал бы о вашем существовании, Святая Ария.
— Я много слышала о Вашем Высочестве в Священном королевстве. Для меня большая честь встретить того, кого считают живой легендой, подобно героям из исторических хроник.
— Слышать такое от Святой, которую называют наместницей бога, даже немного неловко.
Когда Святой удалось завязать разговор с принцем Реймондом, она снова лучезарно улыбнулась. Это была прелестная улыбка, в которую, казалось, мог влюбиться даже другой женщине.
Взор Святой был прикован исключительно к Реймонду, и благодаря этому я могла спокойно, не опасаясь быть замеченной, разглядывать её прекрасное лицо.
Её длинные волосы, похожие на серебряные нити, были такого цвета, который я видела впервые в жизни. Всё в ней гармонично сочеталось: изящные брови, словно выведенные кистью, прозрачные лазурные глаза, похожие на стеклянные шарики, точеный кукольный носик, розовые щеки и алые губы, контрастирующие с белоснежной кожей.
Я не могла отвести глаз. Я видела много красивых людей, но впервые встретила кого-то, кто вызывал столь сильное желание запечатлеть её на холсте.
Я даже забыла о присутствии принца Реймонда и Рихарда Аделя, стоящих рядом.
«Хочу нарисовать её».
При этой мысли кончики моих пальцев невольно дрогнули.
— А это кто?
В этот момент Святая внезапно переключила внимание на меня. Я, завороженно смотревшая на неё, рефлекторно отвела взгляд, стоило нашим глазам встретиться. Мне казалось, что такой человек, как я, не имеет права вот так просто смотреть на неё.
— Кажется, вам нездоровится. Вы в порядке?
— Как раз собирался уходить: у моей невесты, кажется, небольшой жар.
К счастью, как только она проявила ко мне интерес, принц Реймонд тут же пресек его. И, не давая Святой возможности вставить еще хоть слово, он закончил разговор и собрался покинуть зал.
http://tl.rulate.ru/book/169141/13640593
Готово:
