Вместо того чтобы пытаться скрыть тяжелые эмоции, как вчера, Хвахи проявлял чувства более легкие, и сейчас он был похож на обиженного мальчишка, с которым было куда проще общаться. Возможно, поэтому Суа решилась высказать то, о чем давно думала.
— Я имею в виду, что нам не стоит торопиться. Давайте делать всё постепенно. Не могу же я, спасая себя, так просто выскочить замуж и испортить вам жизнь. Даже если существует иная жизнь, эта у нас обоих — единственная.
— Ха, надо же, сколько у вас способов отказаться от замужества.
— Вовсе нет. Просто я, выжившая лишь благодаря вам, никак не могу принять слова о том, что эта жизнь — лишь «бесплатное приложение». И я не могу выйти замуж, поставив на кон судьбу, словно это какой-то пустяк. Знаете, в такие моменты и правда кажется, что брак — это могила. Никаких «прибавок» к жизни, один лишь мрак.
Хвахи, нахмурившись, пристально посмотрел на неё. В его взгляде было столько силы, что казалось, он был по-настоящему потрясен.
«Может, зря я пошутила в конце? Я добавила это, чтобы не звучать слишком резко, ведь я в положении просящей».
Вскоре он приложил руку ко лбу, словно пытаясь скрыть выражение лица, и, тяжело вздохнув, пробормотал:
— Чем больше я узнаю Мин Суа, тем более странной она мне кажется.
— Что? По-моему, предлагать брак первой встречной — куда более странно!
— Это был комплимент. Вы оказались гораздо страннее, чем я думал, и мне это нравится.
«Сказал, что ему нравится то, что я странная». От этих простых слов сердце Суа на мгновение пропустило удар.
— ...О, вот как? Что ж, это звучит куда приятнее, чем предложение немедленно пожениться.
Суа игриво улыбнулась, стараясь скрыть волнение.
Хвахи, глядя на её улыбку, тоже не выдержал и рассмеялся, обнажив ровные зубы. Его длинные миндалевидные глаза без двойного века сузились, превратившись в два полумесяца.
Когда он смеялся, всё впечатление о нём полностью менялось. Обычно он казался аскетичным и почти лишенным эмоций, но яркая улыбка заставила его незаурядную внешность буквально сиять.
«Что происходит? Почему он такой красавец?»
Запоздало осознав, что смотрит на него как завороженная, Суа отвела взгляд, пытаясь скрыть смущение.
— Я... я быстро соберусь и выйду.
Суа буквально сбежала в ванную комнату и, прижав руку к груди, принялась ворчать про себя.
Как ни посмотри, Пак Хвахи не был обычным мужчиной. Раз он может так непринужденно говорить такие смущающие вещи.
Взглянув в зеркало, она от стыда закрыла лицо руками.
Боже мой, ну и вид. Длинные волосы, завязанные в хвост, растрепались, а на щеке остался след от одеяла, похожий на борозду в поле. К тому же штанины и рукава её спортивного костюма, в котором она спала, были нелепо закатаны.
«Ах, и что я несла в таком виде?»
Суа запоздало схватилась за голову, краснея от стыда.
После прихода на работу Суа была по уши в делах. У неё не было времени даже толком поздороваться с коллегами.
Она думала, что стремительное повышение — это просто «блат», но работы оказалось столько, что рук катастрофически не хватало.
Её основной задачей стала передача документов дома престарелых «Голубка» в соответствующие отделы, а также проверка прав на получение социальной помощи и распределение бюджета.
Впрочем, привилегия «блатного» сотрудника всё же была — у неё был личный кабинет.
Разбирая материалы, присланные отделом планирования, Суа потерла уставшие глаза. Взгляд её упал на вазу с цветами, которые подарил Хвахи.
Несмотря на холодную погоду, когда каждое утро всё покрывалось инеем, эти цветы цвели так пышно, словно это была магия.
«Кто же он такой на самом деле? Может, он современный колдун? Холодный городской маг? Или какой-нибудь даос, который сворачивает пространство и повелевает ветром... как Чон Учхи? Нет, он же Пак, значит — Пак Учхи?»
— А, Пак Учхи? Что за бред. Словно название косметички.
Суа покачала головой, поражаясь собственной глупости, и вдруг вздрогнула. Дверь резко распахнулась, впуская в комнату поток воздуха.
Высокий мужчина, ворвавшийся вместе с холодным ветром, тут же крепко обнял Суа.
— Я места себе не находил!
Испуганная Суа попыталась вырваться, но хватка мужчины была слишком сильной. Только когда ей удалось оттолкнуть его, она поняла, что это Юнсон.
— Что ты творишь?! — возмущенно выкрикнула Суа, но Юнсон, не обращая внимания на её гнев, снова протянул к ней руки. Когда она отступила на шаг, он громко, словно с претензией, спросил:
— Где ты была? Ты хоть знаешь, как я испугался?
Суа хотела было разозлиться, но, вспомнив утреннюю реакцию матери, лишь вздохнула.
В поведении и словах Юнсона чувствовалось беспокойство, но она была в замешательстве. Местоположение дома престарелых «Голубка» было неофициальным. Даже она, будучи вовлеченной в инцидент, узнала его не сразу. Если Юнсон добрался сюда, значит, он приложил немало усилий для поисков.
«Но разве мы в таких отношениях?»
— Как видишь, я цела. Но как ты узнал, что я здесь?
— И это всё, что ты можешь мне сказать после того, как внезапно исчезла? Я места себе не находил, думая, что с менеджером Мин что-то случилось!
— К чему этот пафос? Я всего лишь два дня пролежала в больнице после аварии. Извини, если заставила волноваться, но мы не в тех отношениях, чтобы ты так злился...
— А я! — Юнсон резко провел рукой по волосам и вдруг закричал: — Я впервые в жизни почувствовал такую паршивую эмоцию! Я несколько дней спать нормально не мог!
Юнсон наклонился, приблизив своё лицо вплотную к ней. Его лицо покраснело, а в глазах бушевал вихрь эмоций.
Даже Суа, отступившая назад, почувствовала это смятение.
«Неужели я ему и правда нравлюсь?» Даже если так, она не могла ответить взаимностью, но всё же похлопала его по плечу, пытаясь успокоить.
— Юнсон. Прости, что заставила волноваться.
Юнсон, который до этого тяжело дышал, посмотрел на её руку, коснувшуюся его плеча, и надулся, как обиженный ребенок.
— Поэтому я решил отомстить.
— ...А?
— Я отомщу менеджеру Мин. Я обязательно заставлю тебя волноваться за меня, а потом брошу.
— Эй, что за детские разговоры?
— Сначала сама относишься ко мне как к ребенку, а теперь удивляешься?
— Удивляюсь? «Сама»?!
Суа, собиравшаяся его успокоить, округлила глаза и без всякой жалости влепила Юнсону подзатыльник. Её собственная рука заныла от боли, но она, не останавливаясь, дала ему еще один.
— Ай, больно же!
— Эй, моей руке больнее! — Когда Юнсон, схватившись за голову, закричал, Суа повысила голос еще сильнее. — Подумай логически! Что более хрупкое: череп мужчины или кости женской руки?!
— Ну и зачем тогда бить меня, как сопливого мальчишку? Уж лучше бы пощечину дала!
— Тогда не веди себя как ребенок. Мог бы просто сказать, что волновался, зачем капризы устраивать?
— Кто это волновался? Мне просто было любопытно! Если бы ты сразу дала свой номер, ничего бы этого не было.
— И всё же...
Глядя на тяжело вздымающуюся грудь Юнсона, охваченного эмоциями, Суа почувствовала себя неловко, но в то же время ей стало его немного жаль. Она хотела еще поворчать, но передумала и заговорила тише:
— Перестанешь ты кричать или нет? Что мне сделать, чтобы избежать твоей «мести»?
— ...Верни долг. За то время, что я потратил на твои поиски.
— И как мне его вернуть?
— Просто удели мне столько же времени, сколько я за тебя переживал.
— Ты же сказал, что не переживал?
— Ой, да какая разница. Давай номер.
— Ты что, дурачок? Вместо того чтобы выяснять, где я нахожусь, почему не догадался просто узнать мой номер и спросить лично?
— Я увидел, что дом престарелых сгорел дотла, и у меня все мысли из головы вылетели! С трудом выяснил, в какой ты больнице, примчался, а мне говорят — секретная информация! Менеджер Мин, вы что, настолько важная персона? Даже важнее меня, сына председателя строительной компании «Бушин»?
«Бушин» была довольно известной строительной фирмой. Оказывается, этот парень — наследник такой богатой семьи? Пока Суа в удивлении отступала, Юнсон снова надул губы и схватил её за запястье.
— Короче, давай номер. Знаешь, скольких людей я просил о номере телефона?
Ах, этот взгляд, полный тоски. Почему она не может просто прогнать его?
Она не могла отказать. Умом она понимала, что в её ситуации нельзя привязываться к людям, но почему-то с Юнсоном это правило не работало.
«Главное — не встречаться слишком часто, чтобы чувства не стали глубже», — оправдывала она себя.
— Ладно, давай телефон. Запишу.
Хотя она и добавила, что сама звонить не будет, на лице Юнсона расцвела улыбка. Его пристальный взгляд смутил Суа, и она, быстро сохранив номер, сменила тему.
— Кстати, меня повысили. Теперь я — руководитель группы Мин. Ой, а зачем проверять?
Юнсон, выхватив телефон, тут же нажал кнопку вызова. Суа проигнорировала звонок на своем мобильнике и сделала вид, что смотрит на часы.
— Ой, время совещания. Мне пора. Извини, поговорим позже.
Она силой вытолкала его за дверь. Юнсон, сверкнув глазами так, что стали видны белки, с грохотом закрыл дверь и ушел. Суа зажала уши от звука, от которого, казалось, вздрогнул весь кабинет.
Её телефон снова зазвонил. Она нахмурилась, решив, что это Юнсон, но это был не он.
[Директор Пак Хвахи]
Она не сохраняла его номер. Должно быть, адвокат Кан сделал это, когда отдавал ей телефон.
«Он привык приходить без предупреждения, а теперь решил позвонить?» Одно только имя на экране заставило сердце забиться чаще. Суа откашлялась и ответила:
— Алло?
— Это Пак Хвахи.
Хотя она слышала его голос всего несколько часов назад, этот низкий баритон в трубке звучал совсем иначе.
— Я заехал к вам по делу.
— Вы здесь? Что за дело?
— Проверить, всё ли в порядке с Мин Суа.
— Со мной всё в порядке, если не считать занятости. А вы, Директор, разве не заняты?
— Занят, поэтому и заглянул лишь на мгновение. Если бы был свободен, уже зашел бы внутрь.
— Хм, и где вы сейчас?
— Вышел из машины и собирался идти к вам. Но раз вы заняты, тогда не стоит. Увидимся дома...
— Ах, вот как? Можете подождать минутку? Я как раз хотела подышать свежим воздухом. Ой, это я так открыто призналась работодателю, что прогуливаю работу?
— Этот работодатель тоже сейчас прогуливает. Тогда я с радостью подожду своего «соучастника».
Суа повесила трубку. Ей стало неловко от собственной болтовни, и она растерянно уставилась на список вызовов.
«Приехал сюда и собирался уехать просто так? Что за характер? И я тоже, зачем попросила его подождать?»
Суа смущенно повертела в руках телефон, а затем, словно нехотя, поднялась. Она снова присела, посмотрелась в зеркало, нанесла блеск для губ и только после этого вышла из кабинета.
http://tl.rulate.ru/book/169082/13863639
