— Поэтому в течение полугода скрываться от людей было бы невозможно.
— Тогда…
— Одно из двух.
Михаэль, сидя в кресле, по привычке погладил мои волосы и посмотрел на сына старосты.
— Либо боги снова решили посеять хаос в мире людей.
— …
— Либо это дело рук одного из жителей деревни.
— Вы, конечно, имеете право подозревать, но в нашей деревне не может быть таких подлых людей.
— Это мы еще увидим.
Михаэль легко рассмеялся. Мне нравилось, каким уверенным он выглядел, никогда не теряя самообладания. Я знала, что его уверенность не беспочвенна.
— Хотя я не смогу вернуть вам детей, кажется, я смогу назвать причину их исчезновения.
— Причину исчезновения?
Сын старосты хотел продолжить разговор, но Михаэль небрежно махнул рукой.
— А теперь уходите. Соберите жителей деревни завтра утром.
Отослав сына старосты, Михаэль закрыл глаза с бесстрастным лицом. Он выглядел немного уставшим.
«…Михаэль».
Михаэль обычно ладил с Бекки и Пабиче и всегда был добрым человеком, но…
В очень редких случаях на его лице проступала усталость. Конечно, это случалось крайне редко и длилось лишь мгновение, но я ненавидела даже эти короткие миги.
Когда Михаэль делал такое лицо, он казался мне далеким.
— Ты правда знаешь, почему исчезли дети?
— Не знаю.
— …Что?
— Поэтому я собираюсь использовать тебя в качестве приманки.
Михаэль, который до этого вертел прядь моих волос, перевел взгляд на мои глаза.
— Ты ведь сможешь сделать это ради меня?
Его светло-фиолетовые глаза, которые были для меня подобны небу, пристально смотрели на меня. Михаэль впервые просил меня о помощи. Это был шанс. Шанс стать хоть немного полезной для него…
— Я сделаю это.
— Эй!.. — На мой ответ вспылил Сид. Но я, завороженная пристальным взглядом Михаэля, не могла смотреть на Сида. Краем глаза я видела, как Бекки и Пабиче снова уводят рассерженного Сида наверх.
Михаэля тоже не заботили остальные спутники. Он не отрывал от меня взгляда, словно в мире существовала только я. Мне нравилось, что его внимание сосредоточено на мне. Поскольку в моем мире Михаэль был всем, я не могла быть счастливее, когда он вел себя так, будто и я была для него всем.
— Даже если ты можешь пострадать?
— Все в порядке, ведь это поможет тебе.
Причина, по которой я без колебаний ответила на его испытующий вопрос, заключалась в моем отчаянном желании удержать этот взгляд на себе как можно дольше.
— А если ты умрешь?
— Мне все равно!
— Вот как?
— Ты ведь придешь меня спасти.
Михаэль некоторое время молчал. Его пальцы, игравшие с моими волосами, замерли. Внимательно глядя на меня какое-то время, Михаэль вскоре усмехнулся и покачал головой.
— Это шутка.
Я только-только набралась решимости, но его ответ оказался пустым звуком.
— Ты не должна пострадать из-за такого пустяка. Роуз, ты для меня драгоценный человек.
— Я хотела быть полезной…
— Нельзя попусту тратить кровь.
Михаэль сказал, что я для него драгоценный человек. Мне нравилось, когда он говорил мне такие слова. У меня возникало ощущение, будто я и впрямь стала ценной, и мне было приятно упиваться этой иллюзией.
«Кто из нас драгоценен: я или моя кровь?»
— Ты ведь сказал, что не знаешь причины похищения детей. Это тоже было шуткой?
— Я не совершаю глупостей, давая твердые обещания в делах, в которых не уверен.
Это означало, что он знал причину.
— Михаэль, ты всегда все знаешь.
— Тебе это не нравится?
— Нет, не то чтобы…
Если и было в этом мире что-то, чего я никогда не смогла бы сделать, так это возненавидеть Михаэля. Я не могла подобрать слова и только теребила пальцы. Просто этот Михаэль, который знал абсолютно все и так легко все замечал, казался мне немного далеким…
Сначала я думала, что он знает так много, потому что старше меня. Но даже взрослый не смог бы за один день разобраться в делах деревни и понять причину. Может, потому что он сын Бога? Или потому что живет гораздо дольше обычных людей?
Впрочем, говорят, он живет уже больше пятисот лет. За это время он мог увидеть и осознать гораздо больше, чем другие взрослые.
— Михаэль, ты ведь через многое прошел, верно?
Михаэль снова тихо рассмеялся, словно мой вопрос показался ему странным. Тем не менее, он не забыл кивнуть в ответ.
— Тогда, Михаэль, ты будешь жить вечно?
— Это зависит от того, на кого ты больше похож: на человека или на Бога. Среди тех, кто родился от Бога и человека, есть дети, которые просто прожили долгую жизнь, а есть те, кто родился бессмертным.
— Значит, с бессмертным человеком можно когда-нибудь встретиться?
— Вряд ли.
— Почему?
— Все они мертвы.
— Ты ведь сказал, что есть и бессмертные люди?
— Если боги задумают убить, разве будет способ этому помешать?
— …Что?
На мгновение мне показалось, что я ослышалась.
— Конечно, это тоже шутка.
Если бы Михаэль не взял свои слова назад с улыбкой, я бы не смогла вымолвить ни слова в неловком молчании.
«Это правда шутка? ..Наверное, шутка?»
Шутки Михаэля были пугающими, на них было трудно отвечать. Чтобы выйти из этой неловкости, я заставила свой мозг работать. О чем бы еще таком естественном поговорить…
— Т-точно, за такую долгую жизнь ты, должно быть, встречал много людей!
— Верно.
— Есть ли кто-то, кто остался в твоей памяти? Кто-то, кого ты не сможешь забыть всю жизнь…
Я выпалила первое, что пришло в голову, но, сказав это, мне и самой стало любопытно. Он прожил так долго и наверняка встречал множество людей — есть ли у такого Михаэля кто-то незабвенный?
…Для меня таким человеком был Михаэль. Я смотрела на него, ожидая ответа. Однако взгляд Михаэля покинул меня и устремился в окно.
— …Рут.
Но из уст Михаэля вышли совсем не те слова, которых я ждала.
— Как и ожидалось, это слишком благородное имя для этого зверя.
— Сменить… имя?
Михаэль мельком взглянул на меня и прошептал своими алыми губами:
— Это тоже шутка.
Я знаю, что это не шутка… Я уже видела имя «Рут» у Михаэля на животе.
Я молчу, потому что не думаю, что он ответит, если я спрошу, и кажется, что сам вопрос будет большой ошибкой… Но, вероятно, это имя, Рут, что-то значит для Михаэля. Неужели и вправду был человек с именем Рут? И этот человек для Михаэля — тот самый, кого он не сможет забыть всю жизнь? Если это так…
…Везет же ей. Я бы тоже хотела навсегда стать для Михаэля значимым человеком. Но с кем-то вроде меня такого никогда не случится.
После того разговора с Михаэлем мне стало любопытно его прошлое, о котором я ничего не знала. Поэтому вчера перед сном я осторожно расспросила спутников, но… полученная информация была не слишком обнадеживающей.
«Подозрительно, что этот паршивец совершенно не интересуется женщинами».
«Бекки, какое это имеет отношение к тому, сколько лет прожил Михаэль?..»
«Разве такое полное отсутствие интереса не означает, что у него не осталось привязанностей?»
«А, наверное, так и есть?»
«А это значит, что до встречи с нами он мог встречаться с кем попало…»
«Бекки! Михаэль не такой человек!»
В итоге я разозлилась на Бекки, которая наговаривала на Михаэля, выдумывая несуществующие факты. Бекки сказала, что точно не знает, и посоветовала спросить у Пабиче, так как он дольше всех знаком с Михаэлем, но…
«Я больше всего завидую тому, что Михаэль встречался с королем Асаром».
От Пабиче я тоже не услышала ничего полезного. К тому же, я потратила кучу времени, слушая его бесконечные дифирамбы королю Асару, и из-за этого уснула позже обычного.
Конечно, я понимаю Пабиче, ведь многие мужчины среди великих людей почитают короля Асара. Король Асар, который спасал несчастных детей-солдат и почти объединил континент, был легендарным героем. Говорили даже, что сама Богиня Рока была на его стороне. Что ж, ко мне это не имеет никакого отношения.
Однако из-за того, что Пабиче вчера внезапно начал воспевать короля Асара, кое-что стало меня беспокоить. Богиня времени и Рока, Ананкэ.
…Точно, как же я раньше об этом не подумала? Богиня, которая отпускает нить длиннее для тех людей, кому суждено жить долго, и обрезает нить тех, кому суждено умереть. Богиня, которая бережно хранит в этой красной нити судьбы всю участь человеческую… Это Богиня Ананкэ явилась мне во сне.
Как только я дошла до этой мысли, я поняла, что не могу просто оставаться здесь. Я огляделась.
Наступило утро, когда по указанию сына старосты жители деревни собрались вокруг Михаэля. В этой суматошной атмосфере я максимально осторожно выскользнула из толпы. Я бродила вокруг, гадая, не оставила ли Богиня мне какой-нибудь знак, и тут в поле моего зрения попала каменная башня.
«Пабиче, не знаешь ли ты, какой символ у Богини Ананкэ?»
И тут я осознала. То, что я видела на камне под разрушенной башней, было не чьим-то нацарапанным рисунком, а Божественной печатью. На самом деле у меня не было причин возвращаться на то место. Но Богиня сказала, что поможет мне. Не знаю, станет ли эта помощь настоящей «помощью», но мне казалось, что я должна следовать воле Богини. И я верю, что путь к той каменной башне — это и есть ее воля.
И выяснять особо было нечего — история стара как мир. Повсюду в мире людей сохранились следы богов. От оружия, созданного богами, которым владели герои, гремевшие на всю эпоху, до цветов, выросших там, где упала слеза божества. Сила богов осталась во всех уголках мира, и люди порой использовали ее, а порой оказывались в ее власти.
— Мы сможем вернуть наших детей?
Глядя на жителей деревни, собравшихся с отчаянием в сердцах, Михаэль коротко усмехнулся. Мир казался Михаэлю то тошнотворно отвратительным, то невыносимо скучным, а иногда — забавным, но сегодня, к несчастью, он относился к разряду отвратительных.
— Детей вы, скорее всего, не найдете. Никогда.
— Что вы такое говорите? Как вы, называя себя сыном Бога, можете бросаться такими безответственными словами!
Он ненавидел богов, ненавидел людей, ненавидел этот мир. Ненавидел богов, которые не гнушались никакими средствами, чтобы сохранить свое положение, раздавливая людей, словно насекомых на ладони, и безучастно взирая на тех, кто оказался втянут в их интриги. Ненавидел ограниченность людей, которые, не прилагая никаких усилий, только и делали, что взывали к богам, а когда их постигало несчастье — винили небо, даже не пытаясь бороться.
Бывали моменты, когда он держался, но внезапно всё начинало его раздражать, и настроение стремительно падало. Именно это происходило сейчас. На самом деле, это чувство преследовало его уже довольно давно. Возможно, виной тому была Роуз.
http://tl.rulate.ru/book/169007/13852253
Готово:
