— …Пожалуйста, женитесь на мне, господин. Это может быть временный брак по расчету, пока вы не получите титул.
— Что?
В тот момент, когда мои пальцы вцепились в его рукав, Серулиан вздрогнул. И вслед за моими словами на его обычно бесстрастном лице промелькнула целая гамма чувств.
Замешательство, нелепость.
«И что я только что ляпнула?»
Как только до меня дошел смысл собственных слов, лицо вспыхнуло пунцовым цветом. Мужчина напротив, судя по всему, был ошеломлен не меньше моего.
Да уж. Это и впрямь звучало нелепо. Я бы и сама так подумала. Пока он не усмехнулся и не ушел, я поспешила продолжить, не дожидаясь ответа.
Стоило мне выпалить это, как кавардак в голове начал постепенно проясняться.
— Я знаю, что у вас есть мачеха и младший брат. А также о том, что в условия наследования был внесен новый пункт, чтобы помешать вам получить право наследования.
Принцессе Ванелинн нужно было время, чтобы сделать своего сына герцогом Люком. Время, чтобы ее маленький сын успел подрасти.
И условием, которое она выставила, чтобы выиграть это время, стало введение нового правила: без вступления в брак нельзя заявить о своих правах на наследство.
Я криво усмехнулась.
«Чрезвычайно коварный и умный ход».
Благодаря этому Серулиан, находясь в том возрасте, когда он уже мог стабильно унаследовать титул, и обладая всеми необходимыми способностями, все еще не мог стать молодым герцогом. Ведь Принцесса Ванелинн была мачехой Серулиана и находилась в положении, позволяющем ей вмешиваться в его брачные дела как угодно.
Поэтому брак со мной для него — совсем не плохая сделка. Я заговорила твердым тоном:
— Так что, пожалуйста, женитесь на мне. Я искренне помогу вам в деле получения титула.
— …Для начала, пожалуйста, отпустите мой рукав.
Его взгляд, опустившийся на кончики моих пальцев, был странно встревоженным. Я покачала головой.
— Не могу. Стоит мне отпустить, и вы тут же сбежите.
— Похоже, я обратился не к тому человеку.
— Вы пришли точно по адресу. Именно я тот человек, который вручит вам титул герцога.
В этот момент во всей красе проявилось красноречие, наработанное годами моей журналистской практики.
«Если я стану близким человеком для Серулиана Люка, у меня появится масса возможностей. Каким бы бесчувственным чурбаном он ни казался, он не может быть начеку даже дома».
Возможность лично увидеть Лора или услышать о нем. А также шанс встретиться лицом к лицу с Ванелинн.
Если он победит в борьбе за наследство, Ванелинн естественным образом потеряет власть в семье герцога.
«И на это зрелище я бы очень хотела посмотреть».
Увидеть поражение Ванелинн, которая привыкла получать все, что хочет, растаптывая других.
«Если это исполнится, мне плевать на статус разведенки или что-то еще».
С сияющими глазами я посмотрела на Серулиана Люка. Он поднял взгляд на мои волосы, странно поморщился, словно от яркого света, и отвернулся. Затем он прикрыл губы рукой в перчатке и произнес:
— Слишком ослепительно. Я не сбегу, так что отпустите рукав.
Ослепительно?
«И что я такого сделала?»
Странно слышать такое от человека, который сам просил подержать его за пальцы, а теперь жалуется на рукав.
«Наверняка это уловка, чтобы сбежать».
Напротив, я вцепилась еще крепче, чтобы он не смог вырваться, и с жаром воскликнула:
— Раз вы читали мои статьи, то должны знать — у меня есть талант!
— Талант?
— Да! Моя специализация как журналиста — не что иное, как конфликты между свекровью и невесткой! Все злые невестки и мачехи этого мира живут в моей голове!
Я пристально посмотрела на Серулиана. Впервые с тех пор, как я взяла в руки перо, я произнесла эти слова. Я и подумать не могла, что применю их к самой себе.
— И этот талант расцветет в полную силу именно в тот момент, когда я вышвырну вашу мачеху! Для вас это шанс разгрести дерьмо, не пачкая рук.
— …Весьма дешевое выражение.
Простите за дешевизну! Но именно благодаря таким выражениям я и стала популярной!
Я лучезарно улыбнулась и еще раз изящно предложила Серулиану руку и сердце:
— Господин Люк, женитесь на мне. Я стану очень, очень плохой невесткой.
— …
Даже после моего «взрывного» предложения на лице Серулиана не отразилось ни единой эмоции. Я даже засомневалась, слушает ли он меня вообще.
Когда я уже начала впадать в отчаяние, он вежливо произнес слова отказа:
— Если причина только в этом, не лучше ли нанять профессиональную актрису?
Это был вполне резонный и обоснованный аргумент. Но я не из тех, кто так просто сдается.
— Если это будут чисто деловые отношения, то не дрогнет ли она, если герцогиня попытается ее подкупить? А у меня благородное сердце, которое не купишь за деньги!
Хотя на самом деле все дело в моей глубокой обиде на вашу мачеху.
Светло-голубые глаза Серулиана смотрели на меня пронзительно. Прошло немало времени, прежде чем его правильные губы разомкнулись:
— В чем истинная причина вашего желания выйти за меня замуж?
Серулиан смотрел на меня глазами, глубокими и спокойными, словно застывшее озеро.
Серулиан (Cerulean). Насыщенный синий.
Не знаю, кто дал ему это имя, но оно подходило ему до жути идеально. Столкнувшись с ним взглядом, я почувствовала себя так, словно на мою разгоряченную голову вылили ушат ледяной воды.
Глядя ему в глаза, я инстинктивно поняла.
«Ложью его не убедить».
Если я честно скажу, что хочу узнать о Лоре, он наверняка оборвет меня, сказав, что это опасно, как и в прошлый раз. Поэтому я решила приоткрыть часть правды.
— У меня есть старые счеты с вашей мачехой, принцессой Ванелинн. Моим первым местом работы был императорский дворец. Я была секретарем.
Поскольку это не было ложью, слова лились легко и гладко. Однако рана, полученная тогда, была еще жива, и мое лицо невольно омрачилось.
Закусив губу, я снова с силой посмотрела на Серулиана и сказала:
— Это принцесса Ванелинн подставила меня и выгнала. Поэтому я хочу, чтобы она почувствовала то же отчаяние, которое испытала я.
Я замерла в ожидании ответа. Но Серулиан лишь молча смотрел на меня сверху вниз с бесстрастным лицом. Молчание затягивалось, и в моей душе начало разрастаться беспокойство.
«Да ответь же ты хоть что-нибудь! Зачем так делать?»
Я уже не выдержала и собиралась добавить что-то еще, когда Серулиан спросил своим характерным ровным и спокойным голосом:
— Вы не намерены отступать?
— Ни в коем случае! Мои намерения тверды!
— Я ведь могу подать на развод сразу после того, как унаследую титул герцога.
— Если хотите, я даже напишу расписку. Я не претендую на место герцогини.
Я ответила без колебаний.
Серулиан слегка нахмурился и произнес:
— Я обдумаю это… но даже если я соглашусь, Ваша Светлость не даст своего разрешения.
Под «Вашей Светлостью» он, должно быть, имел в виду герцога Люка. Я и раньше слышала, что это человек незаурядный. Говорят, он не произносит больше трех слов в день?
«Я слышала, что Серулиан оказался в таком загнанном положении из-за принцессы Ванелинн именно потому, что герцог вообще не вмешивается в вопросы наследования».
Впрочем, неужели за это время не нашлось женщины, которая предложила бы этому красавцу брак по расчету, чтобы помочь с титулом?
Все эти попытки проваливались именно потому, что герцог, обладающий правом решающего голоса, не давал согласия.
Я кивнула.
— Хорошо. Поскольку это уже не в вашей власти, я тоже пойду на риск. Будем считать, что попытка — не пытка. Впишите мое имя в свидетельство о помолвке и подайте его Вашей Светлости. Если он откажет не глядя, я послушно отступлю.
— …
— А если он разрешит, значит, это наша судьба, не так ли?
— …Ха.
Серулиан издал короткий смешок, будто пораженный нелепостью ситуации. И, словно сам удивившись собственному смеху, тут же прикрыл рот ладонью.
Помедлив немного, он кивнул.
— Вы пообещали.
— Я всегда держу свои обещания. Это обязательное качество для журналиста. Ну что же, раз уж я вышла из редакции газеты, давайте по-хорошему заполним свидетельство о помолвке?
— …
О чем думал Серулиан в тот момент? Наверное, решил, что все равно ничего не выйдет, так почему бы не подыграть?
Я записала свои данные в блокнот, вырвала листок и протянула его Серулиану. У меня не было родителей, так что мне не требовалась печать опекуна, а вот Серулиану была нужна личная печать герцога Люка.
— Желаю удачи.
— Ну, посмотрим.
Серулиан отстранился с таким же холодным лицом, будто его недавний смех мне просто померещился. Я лишь пожала плечами.
Прошла неделя.
Я закончила очередной выпуск еженедельника и лениво валялась, когда раздался стук в дверь. Выйдя, я увидела красивого светловолосого мужчину с хмурым лицом.
— Какую магию вы использовали?
На свидетельстве о помолвке, которое он держал в руках, красовалась большая печать.
Это была личная печать герцога Люка.
Серулиан смотрел на женщину, чьи глаза сияли прямо перед ним.
— Господин Люк, женитесь на мне. Я стану очень, очень плохой невесткой.
Ее улыбка была яркой, как подсолнух. В тот же миг, как он увидел эти пышные рыжие волосы, Серулиан сразу понял, кто перед ним.
Эдель А지ан.
«Смешно».
Это было событие давних лет, погребенное в глубинах памяти, но при взгляде на нее все всплыло так ясно, будто случилось вчера. На его губах заиграла горькая усмешка над самим собой — за то, что он хранил воспоминания о прошлом, которое другая сторона даже не помнит.
«А я-то думал, что забыл».
— …Ваша взяла.
Поднимая свидетельство о помолвке с печатью герцога, Серулиан удивился тому, как облегченно забилось его сердце.
В глубине души он осознал, что втайне надеялся на такой исход.
«Странно».
Обычно он не из тех, кто принимает решения импульсивно, но стоит ему оказаться рядом с этой женщиной, как его словно уносит течением. Вот так запросто решиться на такое важное дело, как женитьба.
«Если я не могу сопротивляться, нужно идти до конца».
И посмотреть, куда занесет его этот поток.
http://tl.rulate.ru/book/168952/11792297
Готово:
