В то время как слуги, дрожа от напряжения в руках, выгружали деревянные ящики из багажного отделения кареты, Аднель окликнула Мону.
— Поскольку я уже знаю, где находятся спальни, могу ли я сначала зайти в мастерскую? — спросила она. — А пока я прошу вас перенести остальные вещи на кухню.
— На кухню? Но зачем…
— Я привезла немного ингредиентов, которые использую для готовки. Я уже заранее предупредила об этом господина Ридли.
— Ах, да. Поняла.
Услышав слова Аднель, Мона один раз склонила голову и направилась в сторону противоположного коридора.
Когда спустя мгновение они остались втроем, Аднель, прикрыв рот рукой, тихо произнесла:
— Я соврала, что у Филиппа сегодня день рождения, чтобы получить право пользоваться кухней. Так что, если кто-нибудь спросит, говорите, что у тебя недавно был праздник, понятно?
При этих словах глаза Филиппа радостно заблестели, словно у огромного пса, который вовсю виляет хвостом.
Чеюкпоккым (острая жареная свинина) и макколли!
Похоже, Аднель собиралась накормить их «той самой едой», которую обещала, с первого же дня пребывания в Отдельном дворце.
Однако радость радостью, но именно здесь вновь проявилась та самая недогадливость Филиппа, о которой так беспокоился Джейден.
— Ух ты, Аднель, ты всё та же! Даже здесь ты лгунья!
Хрясь!
Стоило голосу Филиппа немного повыситься, как рука Джейдена безжалостно обрушилась на его затылок.
В тот момент, когда Филипп схватился за голову с криком «Ай!», на него устремился полный презрения взгляд.
— Не видишь, что Аднель специально говорит тихо? С такой сообразительностью — как ты вообще собираешься здесь выживать?
— Эй!.. Не так уж и громко я сказал!..
— Громко. Поэтому и получил.
Джейдена, похоже, совершенно не волновало, что Филипп надул губы и схватился обеими руками за макушку.
Впрочем, тот быстро признал свою вину, ведь в Императорском замке никто не знал, к чему может привести выкрикнутое во всеуслышание слово «лгунья».
Однако это не помешало ему прилипнуть к Аднель и начать в открытую жаловаться на Джейдена, расписывая всё в мельчайших подробностях.
— Джейден только меня и ненавидит. Хотя я знаю Аднель так же долго, как и он! А ругает он всегда только меня!
— Да-да, я знаю. Но ведь это Императорский замок. Повсюду лишние уши, поэтому он просит тебя быть осторожнее. И всё же, не стоит бить по голове, Джейден. Ты ведь знаешь, почему?
Когда Аднель повернула голову и многозначительно посмотрела на него, прищуренные зеленые глаза Филиппа также обратились к нему.
Разумеется, Джейдену было не до него — он лишь вспомнил то, что Аднель говорила раньше.
«Если бить по голове, интеллект снизится».
— Ха-а…
Точно, он и забыл.
Если этот парень станет еще глупее, с ним будет совсем невозможно совладать.
В итоге Джейден лишь кивнул в знак согласия.
Филипп, даже во сне не подозревавший о его истинных мыслях, тут же расплылся в улыбке и еще сильнее прижался к Аднель.
Правда, это длилось недолго — рука, решительно вклинившаяся между ними, тут же их разделила.
Оставив позади эту небольшую суету, троица миновала коридор и добралась до мастерской. С предвкушением на лицах они открыли дверь.
Однако в то мгновение, когда они заглянули внутрь, все трое, словно по команде, нахмурились.
«…Убожество».
По сравнению с прежней мастерской Аднель, эта комната была крайне ветхой и жалкой.
Видимо, её обустроили в каком-то заброшенном складе: здесь не было ни единого окна, а книжные полки у стен выглядели так, будто их притащили из какой-то свалки старой мебели.
Единственным предметом, который казался более-менее прочным, был письменный стол. Но при этом здесь не было ни одного стула, на котором можно было бы присесть и отдохнуть — казалось, от Аднель требовали только работать без перерыва. От этой картины Джейден невольно издал разочарованный вздох.
— И это действительно мастерская Аднель?
— …Ну, по крайней мере, здесь есть всё необходимое.
Аднель попыталась выдавить из себя беззаботный тон, но Филипп с недовольным видом осматривал каждый угол.
Пусть она и простолюдинка, но всё же Аднель — это Аднель! Как это мастерская в Императорском замке может быть хуже той, что была в их доме? Именно такие мысли роились в его голове.
— Не стоит придираться. Такие условия не помешают мне создавать вещи.
— А что ты собираешься делать? Шампунь тоже сделаешь? У меня он как раз закончился.
Хрясь!
Рука Джейдена снова неизбежно приземлилась на затылок Филиппа.
И почему этому парню так не терпится сесть Аднель на шею?
— Тебе мало того, что ты получал до сих пор?
— Ай! Я же просто спросил!
— Да, спросить можно. И ответ будет — нет. Шампунь я сделать не смогу.
При этих словах в обиженном взгляде Филиппа тут же промелькнуло разочарование.
Но здесь Аднель ничего не могла поделать.
— Всё, что я перечислила в письме, отправленном в день приезда, — это ингредиенты для косметики, которая нужна Второму принцу. О шампуне я даже не думала.
— Значит, ты вообще не будешь его делать?
Когда Филипп спросил об этом с плачущим видом, Аднель покачала головой.
— Не прямо сейчас, но в ближайшее время планирую. Я заметила, что здесь есть только мыло и соль. Видимо, дорогой косметикой вроде шампуня пользуются только члены императорской семьи. Но если мыться от головы до пят обычным грубым мылом, всё тело станет сухим, как пустыня. И кожа, конечно, испортится.
На этот счет у неё уже был план. Она сказала, что ей нужно привезти различные ингредиенты из Каркаса, скорее для того, чтобы забрать с собой Джейдена и Филиппа, а не потому, что эти компоненты были только у неё дома.
«…В итоге мне снова придется просить Клиффа о помощи».
А ведь она так аккуратно завершила их контракт.
Однако различные экстракты, которые ей требовались, было лучше заказать не в новой алхимической мастерской, а в той, что сотрудничала с Клиффом и с которой она работала долгое время.
О качестве и говорить нечего, а скорость получения материалов была бы просто колоссальной.
К тому же, у Торговой гильдии Кария есть главный офис в столице, так что в будущем ингредиенты для косметики можно будет заказывать через них.
Немного неприятно, что рабочие отношения возобновляются, но…
«Подумаю об этом позже. Сейчас нужно сосредоточиться на текущих делах».
Аднель вспомнила заранее продуманные рецепты и начала по очереди доставать нужные ингредиенты, аккуратно выставляя их на край стола.
Перед тем как приступить к созданию косметики, она подготовила пустые флаконы. У неё был спирт, но использовать его для дезинфекции было накладно, поэтому лучше было прибегнуть к стерилизации кипятком.
Словно прочитав её мысли, Филипп тут же протянул руку.
— Давай сюда! Я простерилизую.
— Ох, для этого нужно кое-что принести…
— Можешь не говорить, я знаю. Нужны только кастрюля и вода!
Поскольку он часто помогал ей раньше, Филипп знал основные моменты. Переносная горелка уже была в мастерской, поэтому он, набрав полную охапку флаконов, подтолкнул дверь ногой. Это был знак, чтобы ему открыли, так как руки были заняты.
Пока Джейден открывал дверь, Аднель повернула переключатель на хотплейте.
«Сначала — тоник с камелией».
Тоник с камелией — это средство, которое при сильном атопическом дерматите помогает снять зуд, если наносить его охлажденным. Его было приятно использовать даже в знойное лето. Для Второго принца, страдающего от болезни Лакран, это средство было необходимее любого другого.
Поставив емкость на хотплейт (магическую плитку), Аднель добавила отмеренное масло камелии и эфирные масла, извлеченные из лаванды и чайного дерева, и тщательно всё перемешала.
Затем она добавила жидкий оливковый эмульгатор, выполняющий роль поверхностно-активного вещества, и другие добавки. После легкого перемешивания тоник был готов.
«Пусть остывает».
Эту косметику всё равно нужно было хранить в холодильнике, поэтому Аднель отставила готовый тоник в сторону и начала готовить следующее средство. Это была натуральная лечебная мазь, в состав которой входила центелла, прекрасно заживляющая раны, нарывы и шрамы.
На самом деле, снятие зуда было лишь временной мерой. Второй принц в первую очередь желал исцеления, и для Аднель, не обладавшей глубокими медицинскими знаниями, это было пределом возможностей.
«Кстати, я ведь делала такую и для Тео».
Приступая к изготовлению мази, она вдруг вспомнила черную пантеру Тео, который ненавидел твенджан, называя его грязью, но с удовольствием ел ссамджан. Однако Аднель быстро прогнала из головы эти смутные воспоминания восьмилетней давности. Хотя она и скучала по нему, встретить снова Тео, который изначально был человеком, было почти невозможно.
«За работу. Сейчас есть дела поважнее».
Аднель отмерила и добавила в новую емкость центеллу, масло календулы и пчелиный воск. Когда воск полностью растаял, она сняла емкость с хотплейта, дала ей немного остыть и добавила те же эфирные масла, что и в тоник.
Тем временем Джейден, стоя в углу мастерской, с изумлением наблюдал за её действиями.
На первый взгляд процесс казался довольно простым, но…
«Аднель словно человек из другого мира».
Скорее, было бы странно считать иначе. Всё, что она создавала, до этого момента просто не существовало.
Это касалось и магических инструментов, таких как фридж, поддерживающий постоянную низкую температуру, или хотплейт, который нагревался без прямого огня. Но то же самое можно было сказать и о косметике, и об ингредиентах, которые она использовала.
Она была тем, кто первым открыл Империи «метод паровой дистилляции», и тем, кто выяснил, что из таких неожиданных вещей, как семена грейпфрута, можно получить экстракт, служащий консервантом.
Каждый раз столица приходила в волнение, а алхимики поднимали шум, отчаянно пытаясь её найти, но Аднель всегда пряталась за именем «Асила».
И все свои заслуги она приписывала Асиле.
Неудивительно, что люди сгорали от любопытства, желая узнать, кто же такая эта Асила.
Но Джейдена, знавшего истинную личность Аднель, интересовало другое.
«Настоящее прошлое Аднель…»
Где она выучила и как узнала обо всем этом: о «тайном алфавите», который она называла исчезнувшим древним языком; о «корейской кухне», от которой Филипп был без ума; о «натуральной косметике», очаровавшей даже Императрицу.
У кого она научилась «общему языку континента», который не знало большинство простолюдинов, и почему она выбрала такие похожие имена — «Асила» и «Аднель».
И расскажет ли она когда-нибудь правду, скрывающуюся за всеми этими вопросами.
Джейдену искренне хотелось узнать «настоящую» Аднель.
«…Но я не буду расспрашивать. Я стану тем единственным человеком, которому Аднель сможет доверять».
Как её покойная мать, о которой она порой говорила с такой невыносимой тоской в голосе. Как та, кто была единственным человеком в этом мире, кому она верила и кого любила.
Когда он станет для неё таким человеком, Аднель сама однажды всё расскажет.
В этом Джейден еще раз твёрдо пообещал себе.
http://tl.rulate.ru/book/168950/11792206
Готово:
