Резко подняв мужчину на ноги, Доджун схватил его за загривок одной рукой и потащил к водительскому месту.
Взгляды немногих пассажиров устремились на двоих мужчин. Удивительно: здоровенный, свирепого вида детина и пальцем не мог пошевелить против этого статного красавца.
— Водитель, не могли бы вы открыть дверь?
В ответ на безучастную, но вежливую просьбу Доджуна водитель, наблюдавший за ситуацией, без лишних слов остановил автобус прямо посреди дороги, не доезжая до остановки.
Как только передняя дверь распахнулась, Доджун первым делом выбросил телефон, отобранный у мужчины. Тот, даже не осознавая, как ему повезло остаться в живых, побледнел, глядя, как его новенький смартфон разлетается вдребезги. В следующее мгновение лицо побледневшего мужчины ткнулось в асфальт прямо над обломками телефона.
Пассажиры и водитель с любопытством наблюдали за Доджуном, гадая, откуда в таком стройном теле берется подобная сила, но никто не осмелился проронить ни слова. Казалось, им хотелось даже зааплодировать, но, в отличие от ослепительно красивой внешности мужчины, от него исходила такая ледяная аура, что никто не решился открыть рот.
Когда автобус снова тихо тронулся, Доджун осторожно сел рядом с Джеа. Та, даже не подозревая, что её чуть не сняли на скрытую камеру, всё так же продолжала «стучаться» головой в окно, причмокивая во сне.
Опустив взгляд, Доджун заметил, что её ноги слегка приоткрыты. Тихо вздохнув, он снова снял пиджак, прикрыл её колени и пробормотал:
— Ни дня без происшествий.
И как её одну отпускать? С ума сойти можно от беспокойства. Было даже удивительно, как она прожила те десять лет, что его не было рядом.
Джеа сладко спала с невинным видом, продолжая биться головой о стекло. Доджун наклонился к её уху и негромко прошептал:
— Бедовая, одолжить тебе плечо?
— М-м... — пробормотала Джеа в полусне.
Доджун беззвучно улыбнулся и осторожно прислонил её голову к своему плечу. Видимо, ей было удобно даже во сне, потому что на губах Джеа заиграла легкая улыбка.
В отличие от него самого, который слишком сильно изменился, Джеа сохранила даже эту маленькую привычку. Эта привычка спать мне еще пригодится.
За несколько остановок до конечной Доджуну не хотелось будить крепко спящую Джеа, но пришлось слегка встряхнуть её за плечо.
— Бедовая, пора выходить.
— М-м... — она снова ответила сквозь сон, но и не подумала открывать глаза.
Лишь когда он встряхнул её чуть сильнее, веки Джеа лениво приподнялись. Проснувшись, она несколько раз сонно моргнула, всё еще опираясь на плечо Доджуна, словно пытаясь осознать реальность.
Затем она медленно подняла голову. Как только их взгляды встретились, сонные глаза Джеа начали проясняться, а уголки глаз, обычно опущенные, стали медленно приподниматься. Стоило её взгляду снова стать кошачьим, как лицо начало стремительно краснеть.
Доджун, не упуская ни единой детали, наблюдал за её реакцией.
— Ой!
Раздался резкий вдох, и в следующую секунду Джеа пулей вылетела из открывшейся задней двери автобуса.
— Бедовая!
Доджун быстро вышел следом и окликнул её, но хрупкий силуэт стремительно скрывался вдали. Он хотел было позвать еще раз, но, учитывая поздний час, просто набрал её номер. Однако не было ни малейшего шанса, что Джеа, бегущая сейчас изо всех сил, возьмет трубку.
Ситуация была довольно затруднительная.
Посмотрев на темнеющее серое небо, Доджун провел ладонью по лицу, и с его губ сорвался циничный шепот:
— Бедовая, ты сводишь меня с ума самыми разными способами.
Настоящая разбойница, сладу с ней нет. И что мне теперь делать, если она унесла мой кошелек?
И всё же Доджун невольно усмехнулся. Решив, что всё к лучшему, и порадовавшись хотя бы тому, что телефон остался при нем, он позвонил Инхо. Сообщив Инхо свое местоположение и закончив разговор, Доджун молча окинул взглядом знакомый район, который не видел десять лет. Место, хранившее все его воспоминания — от самых светлых до болезненных.
Спустя некоторое время перед ним затормозил черный седан. Доджун открыл дверь и сел в машину. Судя по заспанному виду Инхо, тот только что вылез из постели. Но язык у него всё еще работал исправно — едва увидев Доджуна, он тут же начал ворчать:
— Ах ты, невоспитанный тип. Совсем не жалеешь друга, которому через несколько часов вставать?
— В сегодняшнюю командировку, Инхо, тебе придется поехать одному.
Сон из глаз Инхо как рукой сняло. Он уставился на Доджуна, не веря своим ушам. Этот парень, который был одержим работой и всегда безукоризненно соблюдал договоренности, сейчас заявляет, что срывает график?
— Президент Хан, ты... белены объелся? Как я поеду один? Этот контракт должен подписать именно ты.
— Думаю, у моего друга достаточно таланта для этого. А если возникнут трудности — отложи подписание.
При словах «мой друг» Инхо скривился. Каждый раз, когда Доджун использовал это ласковое обращение, случалось что-то из ряда вон выходящее. За несколько дней до их приезда в Корею Доджун тоже назвал его так. И что самое странное — каждый раз, когда звучало это «мой друг», Инхо ловил себя на том, что беспрекословно подчиняется.
Инхо чувствовал обиду от того, что им так манипулируют, и в то же время злился на Доджуна.
— И еще, забронируй два билета в кинотеатр неподалеку отсюда. На ближайший сеанс.
— Президент Хан, только не говори мне, что пока я буду работать, ты пойдешь в кино?
— И в кино схожу, и наконец-то высплюсь спокойно.
«Кино» и «сон»? При этих двух словах незаурядный ум Инхо заработал на полной скорости. С мужчиной он в кино ради сна точно не пойдет, значит, там явно замешана женщина! И если у него кто-то появился, разве он не должен был сказать об этом своему лучшему другу?
Шкала негодования Инхо поползла вверх. Он не собирался просто так смотреть, как Доджун развлекается с девушкой, даже не познакомив их. Инхо решил, что стоит немного подпортить ему свидание — пусть вместо спокойного сна у него кровь в жилах закипит.
«Ну держись, президент Хан».
— Окей, положись на меня.
— Бедовая, хватит спать, вставай скорее!
Проснувшись от крика Юнён за дверью, Джеа какое-то время тупо смотрела в потолок. Но это длилось недолго — внезапно она накрылась одеялом с головой и начала в отчаянии ворочаться.
— А-а-а! Как стыдно! Я сошла с ума! Какая дура! Идиотка!
Не стоило так громко заявлять, что доберется сама. В итоге, если бы не он, она уехала бы на конечную. А то, что она спала у него на плече, стало лишь «вишенкой на торте» её позора.
В тот момент, когда она открыла глаза и увидела сверху бесстрастное лицо Доджуна, у неё в голове всё померкло. С её характером она не умела ни притворяться невозмутимой, ни красиво выходить из неловких ситуаций. Поэтому, едва выйдя из автобуса, она пустилась наутек, не оглядываясь.
— Фух...
С губ сорвался вздох, а в поле зрения Джеа появилась... Юнён. Увидев мать, Джеа подскочила на кровати, словно пружина.
— Я уже встала, так что только попробуй меня ударить!
— Послушать тебя, так я какая-то злая мачеха, а не мать.
— Ну, прилетает мне частенько.
Юнён смерила дочь взглядом, принюхалась и, нахмурившись, посмотрела на пальто, брошенное на стул.
— Сколько же мяса вы вчера съели, что так воняет? Давай сюда, сдам в химчистку. Карманы только проверь.
— Есть, мэм!
Услышав бодрый ответ дочери, Юнён улыбнулась и вышла из комнаты. Джеа облегченно вздохнула, нехотя поднялась и взяла пальто. Из чистого приличия она запустила руку в карман и наткнулась на что-то... Что это? Это ощущение мягкой, дорогой кожи...
Внезапно по спине пробежал холодок. Джеа оцепенело уставилась на предмет, который достала из кармана. Это был кошелек. Вещь выглядела очень дорогой, это был мужской кошелек, и принадлежал он... Хан Доджуну.
— А-а-а! Я не переживу этого!
Только сейчас она вспомнила, что так и не вернула кошелек, который отобрала у него вчера вечером. Почему с ней вечно такое случается! Её дрожащий взгляд упал на лежащий на кровати телефон, и, словно того и ждал, экран вспыхнул от нового сообщения.
— Ох!
Имя отправителя на экране было предельно ясным... «Президент Хан»!
«Я рядом с твоим домом. Как проснешься — свяжись со мной».
Неужели он так и не уехал домой? Впрочем, она тут же помотала головой. Он точно не из тех дураков, кто будет сидеть и ждать только из-за кошелька. Тем более, если речь об оппе.
— Ох, как же я себя ненавижу. Ну что за загребущие руки!
Да какая разница, вытащил бы он свой банковский чек или нет, не стоило вмешиваться. Но этот её несносный характер скряги проснулся в тот самый момент, когда Доджун потянулся за деньгами.
Она вздыхала снова и снова, но кошелек в её руках от этого не телепортировался к владельцу. Дрожащими пальцами Джеа начала набирать ответ.
«Выхожу прямо сейчас».
Но тут же стерла и написала заново:
«Выйду через 20 минут».
Доджун видел её в самых разных состояниях, но то было в прошлом. Ей казалось, что нужно хотя бы принять душ перед выходом. Наспех помывшись, Джеа достала из ящика свои любимые персиковые леденцы и закинула один в рот. Сладкий и освежающий аромат персика заполнил рот, и напряжение немного спало. Стоило ей выйти из дома, как, подгадав идеальный момент, от Доджуна пришло новое сообщение.
«Иди к парковке у парка. Там плохая дорога, смотри не упади, пока будешь бежать».
В этот парк она часто приходила в детстве, держась за руку Ли Джуна. И каждый раз именно он ловил её, когда она спотыкалась о выступающие камни.
— Пф, надо же, всё помнит.
Тем не менее, это не вызывало раздражения. Напротив, еще один уголок её ледяного сердца начал подтаивать. С каждой их встречей сердце таяло всё больше.
Когда лед отступил, Джеа смогла трезво проанализировать всё, что произошло между ними. По большому счету, виновницей всех событий была она сама. А Доджун лишь помогал. Хотя, конечно, этот Мун Ли Джун всё тщательно просчитал, чтобы стребовать с неё должок.
Придя на парковку, Джеа увидела Доджуна, прислонившегося к шикарному спорткару. Сбросив строгий костюм, он был одет в черный полуспортивный наряд и курил, явно заскучав от ожидания. Джеа завороженно смотрела на его профиль: он зажимал сигарету алыми губами, а затем выпускал дым в небо.
С сигаретой он выглядел как Чоу Юньфат в «Светлом будущем» — настоящая реклама курения. И как можно курить настолько красиво? Джеа искренне надеялась, что подрастающее поколение этого не увидит.
В любом случае, ей нужно было подойти к нему...
Джеа инстинктивно окинула себя взглядом: простой тренировочный костюм с капюшоном и кроссовки. Она не могла выйти в пижаме, но и наряжаться, чтобы просто выйти к дому, было глупо. И всё же, хоть она и старалась выглядеть аккуратно, при виде великолепного Доджуна рядом с крутым спорткаром у неё пропала всякая смелость подойти. Казалось, вокруг него была невидимая аура, создающая прозрачный барьер.
Джеа почувствовала острую отчужденность.
«Куда же делся мой оппа, который покупал мне пиццу на сэкономленные карманные деньги?»
Словно в подтверждение её мыслей, неподалеку от Доджуна уже собрались стайки молодых девушек. Они, как и Джеа, не решались подойти, но вовсю пожирали его глазами издалека.
К счастью, знакомых лиц не было, так что можно попробовать подойти?
— Уф! Не робей! Нужно просто отдать кошелек, и всё.
Только она натянула капюшон и сделала шаг, как Доджун, смотревший в небо, внезапно повернул голову. Их взгляды встретились.
В отличие от вздрогнувшей Джеа, глаза Доджуна мягко сощурились. Хотя губы были плотно сжаты, в уголках глаз определенно читалась улыбка. От этой притягательной полуулыбки у Джеа сердце ушло в пятки. Завороженная этой улыбкой, которую Ли Джун показывал только в хорошем настроении, Джеа и не заметила, как он оказался прямо перед ней.
— Оппа Ли Джун...
Доджун молча смотрел на Джеа, которая глядела на него словно во сне. Он всегда подчеркивал, что он Хан Доджун, потому что, оставаясь Ли Джуном, он не мог бы стать для неё мужчиной. Но видя, как преданно Джеа смотрит на него...
Ему захотелось хотя бы на один день вернуться в то счастливое прошлое. В те времена, когда они могли открыто смотреть друг на друга и улыбаться, когда в их мире были только они двое. Прошлое, где он был её старшим братом, ему претило, но прошлое, проведенное с ней, было для него бесценно.
Пока он ждал её здесь, он тоже предавался воспоминаниям. В школьные годы, когда он не спал ночами, готовясь к экзаменам, в последний день сессии он всегда вел Джеа в кино. Там Джеа увлеченно смотрела фильм, а он засыпал, крепко сжимая её руку и прислонившись к её плечу. Это было его наградой за все труды.
Именно поэтому он, вопреки своим правилам, изменил график и перепоручил дела Инхо. Конечно, чтобы Инхо смог справиться, ему пришлось проработать всю ночь без сна. Тело, не отдыхавшее двое суток, ломило от усталости, но сердце наполнилось смутным предвкушением при виде Джеа. Предвкушением того, что спустя долгое время он наконец-то сможет сладко заснуть.
Сейчас ему, как и много лет назад, были жизненно необходимы тепло её тела и сладкий аромат, которые дарили ему глубокий сон.
— П-прости! Само вырвалось.
Осознав, что назвала его «Ли Джуном», Джеа покраснела и отвела взгляд. Смутившись, она начала бегать глазами по сторонам и наткнулась на сигарету в его руке. Если подумать, каждый раз, когда она видела Доджуна, он курил. А ведь она помнила, что раньше он терпеть не мог сигареты...
— Ты, кажется, много куришь.
— Курю только тогда, когда хочется.
Каждый раз, когда он до безумия хотел увидеть её. Каждый раз, когда тосковал по сладости её губ. Каждый раз, когда ему было невыносимо трудно просто смотреть на неё и сдерживаться. В такие моменты он по привычке доставал сигарету.
Но ты ведь не знаешь, почему я курю.
В глазах Джеа, смотрящей на него, было море беспокойства.
— Не мог бы ты бросить?
— Хочешь, чтобы я бросил?
— А разве это не очевидно? Оппа, ты ведь раньше ненавидел запах табака. И для здоровья вредно, и пахнет плохо. В курении нет ни одного плюса.
— Без этого мой рот кажется слишком пустым. И боюсь, в ближайшее время бросить не получится.
Доджун слегка склонил голову и едва заметно улыбнулся, отчего взгляд Джеа невольно приковался к его губам. Алые, как кровь, с четким, мягким контуром, они были настолько соблазнительны, что ей захотелось протянуть руку и коснуться их. Рука почти непроизвольно дернулась, подчиняясь инстинкту.
Чтобы остановить свои непослушные руки, Джеа сжала их в кулаки и спрятала за спину, с трудом заставляя себя отвести взгляд.
— Найди что-нибудь другое. Всё равно курить вредно.
— Если так хочешь, чтобы я бросил, сама займись этим.
— ...?
— Сделай так, чтобы мой рот не скучал.
Его глаза томно сощурились, уголки губ приподнялись, и он, не отрывая взгляда от глаз Джеа, медленно опустил его ниже. Его взгляд, наполненный странным жаром, замер на её губах.
http://tl.rulate.ru/book/168941/11791411
Готово:
