Леоне прислонился лбом к моему плечу и потерся головой. Это выглядело так, будто щенок проявляет дружелюбие и ластится.
Опешив лишь на мгновение, я невольно рассмеялась.
— Хе-хе. Леоне. Я тебе нравлюсь?
— Да.
Тихий ответ прозвучал так, что его легко было пропустить, если не прислушиваться.
Я подняла руку и погладила его по голове.
Он слегка кивнул, словно остался доволен.
— Спасибо, Леоне.
С переполняющим сердце чувством я крепко обняла его.
— ...Хм.
Сопоставив это с информацией из книг, я поняла: я определенно стала на шаг ближе к Леоне.
Узнав хотя бы немного о том, чем он отличается от собаки, я, кажется, начала понимать, что он за существо.
Я отстранила Леоне от себя и встретилась с ним взглядом. Его прозрачные и глубокие глаза пристально смотрели на меня.
— Хе-хе. Леоне.
У меня невольно вырвался какой-то почти маньячный смешок.
— Я для тебя как семья, да? Поэтому я тебе нравлюсь? Ты охотился на кролика, чтобы отдать его мне? Потому что любишь меня?
— Да.
Даже если он не понимал моих слов, он всегда отвечал нежным голосом: «Да». Я протянула руку к его голове и взъерошила волосы. Они были мягкими.
— Вот видишь. Человеку нужно учиться. Только тогда всё меняется. Правда!
Судя по описаниям в книгах, волки невероятно дорожат своей семьей.
Леоне считает меня членом семьи и товарищем, с которым можно разделить добычу!
В тот момент, когда он выл, появилась я, и он не проигнорировал меня, а пошел вместе на ночную прогулку... Разве это не значит, что мы теперь настоящая семья?!
Леоне слегка прикрыл глаза, словно ему было приятно моё прикосновение.
Ха-ха. Видали? Вот она, сила владельца собаки с десятилетним стажем!
Даже с Доксун я не сблизилась так быстро.
Похоже, огромную роль сыграло то, что я убирала пугающие предметы прямо перед Леоне и останавливала Адлера и Гурдена.
На моем теле осталось немало царапин, но это — знаки отличия.
— Спасибо, что принял меня, Леоне.
— О...
— Ся.
— О.
— Да. «О»! Можешь говорить «ся». Спа-си-бо! Просто скажи это.
Он смотрел на меня непонимающим взглядом, но иногда пытался повторить по одному слову.
Правда, он редко повторял их постоянно, и как только я произносила слово снова, он быстро терял интерес.
Пока что его словарный запас ограничивался словами «да», «хорошо», «нет», «нормально». И то хлеб. Были ведь слова, которые он знал, но специально не использовал.
— Спасибо. Это слово говорят, когда тебе что-то нравится.
— Да.
Леоне, казалось, потерял интерес к моим объяснениям и снова уткнулся мне в объятия.
Мягкие волосы защекотали шею.
Лучше и быть не может!
Я вовсю гладила его по голове обеими руками, осыпая похвалами.
— Ути-пути. Хороший мальчик. Леоне!
Нормально ли, что мы так легко поладили? Не верится, что он уже принял меня в семью.
Прогресс оказался быстрее, чем я ожидала, и это даже немного сбивало с толку. Но что в этом плохого?
— Три.
Он пробормотал это вполголоса.
Кажется, это моё имя. Один раз из десяти он произносил его правильно, а в остальные разы коверкал как угодно: Три, Триси, Риси, Триихи...
В последнее время он в основном звал меня «Три». Но другие варианты всё равно проскакивали, и я понимала их по контексту.
— Да. Что такое?
Леоне кивнул, а затем пошевелился и потерся носом о повязку на моем плече.
— А, это? Всё в порядке.
— Не, нра... вится.
До этого следы лечения были скрыты под одеждой, а теперь внезапно обнажились, и он, видимо, это заметил.
— Нет-нет. Доктор просто переборщил. Мне совсем не больно. Честно, всё хорошо!
Леоне осторожно взял меня за руку. Поначалу он не знал, как это делать, и просто клал ладонь сверху, но после того, как я несколько раз взяла его за руку, он быстро научился.
Казалось, на практике он учился гораздо быстрее, чем через слова и раздумья.
— Но откуда ты узнал про повязку? Откуда понял, что это значит «больно»?
Больше всего мне было любопытно, почему он заметил что-то странное, увидев бинты. Удивительно, что Леоне знает о повязках.
— Чёртов рыцарь.
— Нет. Это не Адлер меня поранил.
— Чёртов рыцарь.
— Это не Адлер... А? Адлер когда-нибудь носил повязки?
Я спросила, активно жестикулируя, и Леоне кивнул.
Ну да. Адлер — рыцарь. Для него быть замотанным в бинты — дело привычное.
— Трикси.
Четкий звук, который слышишь нечасто.
Назвав моё имя, Леоне осторожно взял мою левую руку. Повязка тянулась до самой ладони. Я могла лишь слегка шевелить пальцами.
Но двигать рукой было неудобно, поэтому я почти её не использовала, прибегая к помощи только в крайнем случае.
— Ох, тебе правда не стоит беспокоиться.
Неужели он переживает?
Я улыбнулась, чувствуя благодарность и гордость за него.
Но вдруг Леоне наклонился и прикоснулся губами к моим пальцам, не закрытым бинтом.
Ртом?.. Ртом?
Что-то горячее и мягкое скользнуло по пальцам. От неожиданности я не могла пошевелиться.
— Что... что ты делаешь?..
Он осторожно лизнул мои пальцы. Словно пытался утешить, чтобы не болело.
Это было странно. Было щекотно, и мне почему-то захотелось отдернуть руку. Я понимала, что это его способ проявить доброту, и должна была принять это и похвалить его, но вместо этого мне хотелось сбежать.
— ...Сп-спасибо, Леоне. Всё, хватит.
Терпеливо снося его ласку ради проявления ответной доброты, я в конце концов осторожно высвободила руку.
Леоне посмотрел на меня.
На его лице, как обычно, не было эмоций, но в этих прекрасных глазах всегда бушевали чувства.
Вихрь в его глазах был настолько огромен, что его можно было заметить, если присмотреться.
Я чувствовала исходящие от Леоне беспокойство, тепло, нежность и трепет.
— Э-э...
Пока я заикалась, Леоне снова наклонил голову, собираясь лизнуть меня еще раз.
— А-а-а, нет! Слушай. Сестренке больно, понимаешь? Сегодня мне нужно отдохнуть! Поиграй хорошенько с дядей Гурденом. Ладно?
Я крикнула это, стараясь не подавать виду, что напугана, и естественным движением убрала руку.
Моя попытка отвлечь его сработала: Леоне посмотрел на меня.
— Я про дядю Гурдена.
— ...?
— Ты же знаешь этого человека.
— ...
На его упрямо сжатых губах отразились дискомфорт и раздражение.
Как же сильно он его недолюбливает...
— Тогда погрызи косточку и отдыхай. А сестренке «бо-бо», больно.
— ...Да.
Стоило мне притвориться больной, как Леоне с недовольным видом наклонил голову.
— Ох, умница. Слушайся дядю Гурдена и не злись. Дядя Гурден не плохой человек. Он хороший.
Как же мне эффективнее это донести? Хотелось максимально использовать слова, которые он уже выучил.
Кажется, одного «нормально» недостаточно.
Я начала комбинировать разные варианты...
— Он «нормально человек». А? Он — нормально человек.
Я выдала какую-то нелепицу.
— Нормально... Да.
Леоне, который обычно в таких случаях просто опускал голову или ложился, на этот раз медленно ответил, будто всё понял.
Хотя в его глазах всё еще читалась неприязнь.
— Дядя Гурден всё равно не будет подходить близко.
Я предупредила Гурдена, чтобы он по возможности не приближался слишком сильно, так что, скорее всего, он будет стоять поодаль, если только не придет время бросать кость.
— Это не опасно. Он не шпион. Он «нормально человек».
— ...Да.
Как бы ни было неловко, мне нужно было зайти внутрь.
В прошлой жизни мой папа, если я трижды игнорировала его предупреждения, мог читать нотации три часа кряду, выматывая душу. Мне казалось, что Адлер из таких же людей. Тип, который любит утомлять окружающих.
— Можешь пойти поиграть в лес. Только возвращайся домой.
— Да.
— Да, домой. Ты должен вернуться ко мне. Леоне. Приходи к Трикси. Домой.
Я сказала Гурдену, чтобы он не мешал Леоне и не шел за ним, если тот захочет в лес, так что, если я подчеркну это еще раз, ничего страшного не случится.
Честно говоря, мне было тревожно.
Адлер сказал, чтобы я не волновалась, так как Гурден наденет защитный кожаный костюм.
Конечно, травм будет меньше, но...
Нельзя было исключать вероятность того, что ситуация накалится до предела.
Я боялась, что в пылу схватки напуганные Адлер или Гурден могут рефлекторно снова схватиться за оружие.
Я пыталась убедить Адлера, что даже если я не могу пользоваться рукой, ничего не случится, если я останусь с Леоне, но он лишь покачал головой.
Он сказал, что хочет верить и мне, и Леоне, но пока не может. И что будет, если я пострадаю еще сильнее?
Что ж. Прошло всего около десяти дней. По-другому и быть не могло.
Я обернулась и увидела Гурдена, который что-то чертил палкой на земле.
Выглядел он даже немного жалко...
— Гурден! Постойте там. Я сейчас подойду. Мне нужно кое-что передать.
— Ох. Есть!
Я громко позвала его и собралась встать, но Леоне вцепился зубами в подол моей юбки.
— ...Нет.
Короткое слово, последовавшее за этим, заставило меня растеряться.
От его силы я пошатнулась. Прежде чем юбка успела порваться, я рухнула прямо в его объятия.
— Ой-ой.
Это произошло в мгновение ока. Леоне среагировал молниеносно.
Подхватив меня обеими руками, он сел на землю, обнимая меня сзади.
— Ох. Ну и напугал же ты меня.
— Нет.
— Хм... Спасибо, Леоне. Но мне нужно идти.
— Нет. Риси.
Может, это потому, что я впервые подошла к нему после того, как мне велели отдыхать?
Теперь, когда он принял меня как члена семьи, он, кажется, не хотел со мной расставаться.
Просторные объятия, в которых одна рука могла обхватить всё мое тело. Мужское тело, прижимающееся к моей спине.
Почувствовав странную щекотку в спине, я попыталась оттолкнуть руки Леоне.
Но он меня не отпускал.
— Леоне. Посмотри на меня. Ну же?
После того как я еще несколько раз попыталась его уговорить, он ослабил хватку. Хотя кончики его пальцев всё еще цеплялись за меня, не желая отпускать, мне удалось сесть напротив него.
— Не хочешь расставаться со мной?
— Да.
— Но сестренке нужно идти по делам.
На лице Леоне отразилось полное непонимание.
— На этот раз, если ты меня задержишь, я буду ругаться. Нельзя.
Сказав это, я решительно встала.
Однако Леоне невозмутимо последовал за мной.
— Леоне! Я же сказала, нельзя.
Он посмотрел на меня невинным взглядом, словно спрашивая: «О чем ты вообще говоришь?».
Ах ты, паршивец...
Может, он на самом деле всё понимает, просто притворяется?
У меня закралось вполне обоснованное подозрение.
http://tl.rulate.ru/book/168931/11790782
Готово:
