— Ваше Высочество! Что вы такое говорите! Никогда, ни за что я этого не сделаю!
От громового крика Дахана все рыцари вздрогнули и разом обернулись к ним. Рыцарь Рун, стоявший рядом и слышавший слова Лебены, тоже смотрел на неё широко раскрытыми глазами. В его взгляде читалось полное смятение: он не мог поверить в то, что только что услышал от принцессы.
— Дахан, слушай внимательно. Этот ублюдок явно не собирается отпускать нас живыми. Как только он хоть немного восстановится, он нанесёт магический удар, даже если это будет стоить ему жизни. И... без моей маны его не победить.
Среди рыцарей пронёсся тяжёлый вздох. Лебена, стиснув зубы, добавила:
— И дело не в том, что я принижаю вас, просто природа нашей силы различна. Вы и сами это понимаете.
Дахану и остальным нечего было возразить.
Стремительные потоки маны, движения, возникающие и исчезающие в мгновение ока — в недавней схватке между бейра рыцари не смогли нанести ни единого удара мечом. Битва бейра была той сферой, куда обычному человеку без маны хода не было.
— Потеря руки не означает смерть, но если бояться малой жертвы, нас ждёт лишь бессмысленная гибель. Я не собираюсь отдавать свою жизнь такому ничтожеству! Поэтому — это приказ королевской особы!
При слове «приказ» глаза рыцарей сверкнули. Однако само повеление, сказанное тихим голосом, было для них слишком жестоким.
— Сейчас я волью в это существо всю свою оставшуюся ману, сохранив лишь столько, чтобы не умереть. Если после этого... оно не отцепится, сэр Дахан, не колебайся. Бейра, потерявший сознание от истощения маны, быстро не очнётся, так что не думай о боли!
Говоря это, Лебена прикусила губу, чувствуя, как кружится голова. Эта безумная химера явно не собиралась её отпускать, а с рассветом Чжура наверняка соберет последние силы для атаки. В такой ситуации, если даже Лебена не сможет использовать магию, они все — и она сама — покойники.
Лебена ни на мгновение не допускала мысли, что умрёт здесь из-за этого маленького комочка шерсти. У неё оставалось ещё слишком много дел. Ей нужно было найти слабое место Сенар и передать сведения Сане, Хувену и Гасту, чтобы обеспечить их выживание. И она должна была отомстить всем тем, кто в прошлой жизни убил дорогих ей людей.
Лебена посмотрела на химеру, которая всё ещё висела на её руке, шевеля маленькими кроличьими ушками и усердно поглощая ману.
— Если руку отрубят... тогда и тебе придётся отвалиться.
Словно услышав её тихий шёпот, из голубых глаз химеры вновь закапали слёзы. Лебена, молча наблюдавшая за этим, зажмурилась, собираясь с духом.
«Одним махом... Пора!»
Она ощутила каждый поток маны, циркулирующий в её теле. Энергия уходила, словно вода из дырявого кувшина, через одну-единственную точку — место укуса на левой руке. Определив точное направление, Лебена начала медленно собирать ману воедино.
Медленно, очень медленно. Часть собираемой энергии всё же утекала в пасть химеры, но остальная послушно следовала воле хозяйки. Вскоре скопился внушительный объем маны, принимая форму сферы. От неимоверного напряжения на лбу Лебены выступил холодный пот.
«Ещё немного... совсем чуть-чуть. Ещё...!»
Тело Лебены мелко задрожало под давлением, которое невозможно было вынести. Огромное количество маны, собранное в одном месте, создавало ощущение, будто её вот-вот разорвёт изнутри. Она никогда прежде не выпускала столько маны за один раз. У неё не было достойных противников, да и резкое истощение могло стоить ей жизни.
Лебена собрала последние силы, оставив лишь необходимый минимум для поддержания жизни.
«Если я потрачу всю эту ману, а Дахан не отрубит руку, химера заберёт даже те крохи, что остались, и тогда... я умру».
Лебена внезапно открыла глаза и посмотрела на Дахана. Его взгляд, встретившись с её решительным взором, сначала беспокойно задрожал, но затем постепенно стал твёрдым.
— Верю тебе, сэр Дахан...
Прошептав это, Лебена направила всю накопленную ману в левую руку, где сидела химера. В тот же миг она почувствовала распирающий жар и давление. Вся энергия с огромной скоростью, будто через узкое горлышко, начала устремляться наружу. Вместе с этим веки Лебены медленно опустились, и её тело обмякло.
Дахан подхватил её, его взгляд упал на левую руку. Похожая на комок шерсти химера, заметно раздувшись, всё ещё висела на руке. Драгоценные голубые глаза существа сияли теперь ещё более таинственно.
— Ко-командор...!!
Рыцарь Рун с дрожью в голосе посмотрел на Дахана, увидев, что химера не разжала челюстей даже после того, как Лебена отдала всю ману. Дахан, аккуратно уложив потерявшую сознание принцессу, спокойно, словно приняв окончательное решение, произнёс:
— Рун, принеси... дезинфицированный меч!
— Командор!!
— Командор, нельзя!
Как только Дахан отдал приказ, отовсюду посыпались отчаянные крики протеста. Даже для бейра восстановить конечность — задача не из лёгких. Говорили, что это под силу лишь очень могущественным сецу исцеления, но здесь не было даже краешка одежды сецу. К тому же она была принцессой Диониса и женщиной. Принцесса без руки — это было немыслимо.
Рыцарь Рун подошёл к Дахану:
— Командор, при всём уважении, отрубать руку... Лучше мы сами подставимся! Если этот ублюдок появится и начнёт палить магией, мы закроем её своими телами! Ну, умрём, и что с того? Но руку нельзя, нельзя!!
На этот крик Руна Дахан ответил, крепко сжав кулаки:
— Я и сам... этого хочу. Я тоже этого хочу!! Но принцесса уже... уже отдала всю ману этой химере, оставив себе лишь самый мизер. Ты разве не понимаешь, что это значит?!
От крика Дахана Рун осекся.
— Если... если оставить всё как есть, принцесса умрёт раньше, чем появится тот урод! Я обещал сэру Хувену защитить её во что бы то ни стало... даже ценой собственной жизни, но...
Дахан рухнул на колени перед лежащей Лебеной. Глядя на то, как мелко дрожат его широкие плечи, никто больше не посмел издать ни звука. Сердца всех присутствующих бились в унисон — каждый был готов пожертвовать собой ради Лебены. И, конечно, командор первого рыцарского ордена Дахан желал этого больше всех. Глядя на его подрагивающие плечи, Рун тоже не сдержал слёз. Он посмотрел на бледную Лебену, чьё дыхание было едва заметным.
— Как же это жестоко... Чтобы рыцарь, который должен отдать жизнь за вас... мы, которые обязаны защищать вас мечом...!! Чтобы мы подняли этот самый меч и лишили вас части тела...!! И что это — единственный способ спасти вас...!! Так... жестоко... только этот путь...
Недосказанные слова Руна повисли в воздухе. Глаза рыцарей, смотревших на бледную принцессу и на Дахана, который бросил меч и беззвучно плакал, наполнились слезами. В этот миг вид сломленных Лебены и Дахана, сильнейших в их отряде, вонзился в их сердца острой болью.
И в этот самый момент...!
Внезапная вспышка ослепительного света окружила Лебену. Поражённые рыцари и Дахан вскинули головы, принимая защитные стойки. Свет был чистейшего белого цвета, но в нём переливались и синие, и красные всполохи. Казалось, мириады цветов смешались в этом сиянии, исходящем от Лебены.
— Командор...!
Дахан удивлённо распахнул глаза, услышав возглас Руна. Химера, которая, казалось, никогда не отпустит руку принцессы, наконец-то разжала челюсти!
Комок шерсти вернулся к своим прежним размерам — величиной с кулак, но теперь его мех казался мягче и шелковистее, а таинственные голубые глаза сияли ещё ярче. Кроме того, у него появился хвост, которого раньше не было. Сияние исходило именно от кончика этого хвоста, окутывая и Лебену, и химеру.
Дахан порывисто протянул руку, желая поскорее отбросить химеру подальше. Однако его рука наткнулась на границу света и была отброшена назад.
Удар... ещё удар...!
Он попытался пробить световую преграду кулаком, но та была прочна, словно сталь, и с лёгкостью отражала все его попытки. Дахан тут же вскочил на ноги и, выхватив меч, со всей силы обрушил его на барьер.
Дзынь...! Хрусть.
Раздался противный скрежет, и тяжёлый меч Дахана с лёгкостью переломился. Внутри прозрачного магического барьера химера с мерцающими голубыми глазами сидела у изголовья Лебены, словно охраняя её, и пристально смотрела на него, на Дахана.
Дахан с тревогой и смятением взглянул на принцессу. К счастью, лицо Лебены, чей вдох был неглубоким, теперь выглядело спокойным. Это была летняя ночь, когда стрёкот насекомых казался особенно громким.
— Куда это ты собрался среди ночи?
Тёмный силуэт вздрогнул. Человек, явно в чём-то сомневаясь, остановился посреди темноты и медленно обернулся.
— Юпасид...
Тот, кто обратился к нему — Рудбаха — откинул капюшон робы, скрывавший лицо, подошёл ближе и спросил:
— Гаст, Звезда Диониса. Куда это ты направляешься под покровом ночи так, чтобы никто не заметил?
Тёмно-синие глаза Рудбахи впились в серые глаза Гаста, оказывая негласное давление. Гаст, встретив этот взгляд, на мгновение замер, а затем, словно погрузившись в свои мысли, спросил:
— Юпасид, неужели вы беспокоитесь о безопасности принцессы Лебены?
Рудбаха ничего не ответил. Лишь стоявший подле него зеленоволосый мужчина вздрогнул от этого вопроса и удивлённо уставился на Рудбаху. Его лицо выражало крайнее изумление, будто он спрашивал: «Ты в своём уме?».
Заметив взгляд Рауна и выражение лица Рудбахи, Гаст понял, что иного выхода нет, и сказал:
— Ваши глаза говорят сами за себя. Пойдёте... со мной?
Рудбаха вновь промолчал. Он лишь натянул чёрный капюшон обратно на голову и прошёл мимо Гаста. Зеленоволосый Раун, семеня следом, переводил взгляд с Гаста на Рудбаху, стараясь не отставать.
«Юпасид, центр всех сецу... и принцесса скрытых бейра...»
Вспомнив холодное лицо Рудбахи, на котором мгновение назад не было ни тени улыбки, Гаст последовал за ними. Их тихие шаги вскоре затихли в беспроглядной тьме.
— В конце концов... Ха-а...
Изнурённый рыцарь Рун тяжело опустился на землю. За ночь он осунулся ещё сильнее, чем накануне, и это касалось всех воинов первого рыцарского ордена.
— Проклятый комок шерсти! Гр-р...
После полных ненависти слов одного из рыцарей все взгляды обратились к белому пушистому существу, которое преспокойно сидело рядом с Лебеной. После той яркой вспышки рыцари всю ночь пытались пробить магический барьер, созданный химерой. Опасаясь за жизнь Лебены, у которой почти не осталось маны, они обрушивали на сияющую преграду мечи, кулаки и даже камни.
Но результат был неизменным. Барьер не шелохнулся. По мере того как таяли шансы на спасение Лебены, рыцари теряли самообладание от растущей тревоги. Тёмная ночь постепенно сменялась рассветом, магический барьер оставался незыблемым, а люди выглядели всё более измученными. Единственным утешением было то, что принцесса Лебена внутри всё ещё дышала.
— Убери свой хвост, чёртова химера!!
От крика Руна птицы в лесу испуганно сорвались с веток.
— Тинг-тинг! Ти-и-инг?
В этот момент звуки, изданные химерой, заставили рыцарей заскрежетать зубами. Если сначала существо смотрело на атакующих барьер рыцарей настороженно, то в какой-то момент оно начало вилять хвостом, издавая звуки, подозрительно похожие на насмешку. Оно не забывало и подрагивать своими маленькими кроличьими ушками. И сейчас, в ответ на крик Руна, химера снова издала свой «смешок».
— Ах ты... тварь! Я тебя прибью!!
Поддавшись на провокацию, Рун схватил обломок меча и снова бросился в атаку.
Танг...!
И, как и прежде, бессильно отлетел в сторону и повалился на землю.
— Кхи.
Услышав этот звук, подозрительно похожий на издевательский смешок «комка шерсти», рыцари погрузились в гробовое молчание. Терпение их испытывалось уже в десятый раз, и вместе с тихим отчаянием, окутавшим их, над горизонтом начало вставать солнце.
— Командор... светает... скоро появится... этот ублюдок бейра.
Голос одного из рыцарей, полный безнадёжности, тяжело повис в утреннем воздухе.
http://tl.rulate.ru/book/168713/13825303
