Пенни Альфонсо.
Она была гением, одним словом.
Родом с маленького островка в Мелиасе, она родилась в бедной семье и в детстве не получила никакого образования. После смерти матери, ее единственного близкого человека, Пенни долгое время жила в полном одиночестве.
На острове она перебивалась случайными заработками. Читать она, конечно, не умела, а из-за того, что никогда не покидала остров, ей не хватало элементарных знаний о мире.
Однако Пенни владела магией.
Никто ее этому не учил, но она инстинктивно чувствовала Ману и могла управлять ее потоками. То, на что у других уходили десятилетия, Пенни давалось само собой.
Проблема заключалась в том, что Пенни не осознавала своей ценности.
Остров, где она жила, был богом забытым местом. Жители верили, что Магия — это злобное колдовство, дарованное дьяволом.
Поэтому Пенни, хоть и пользовалась магией, скрывала этот факт. Она даже начала считать себя «дьявольским отродьем».
То, что второй сын герцогской семьи нашел ее, было чистой случайностью.
Альберт прочесывал самые отдаленные уголки Мелиаса в поисках места, которое могло бы стать базой для пиратов. Прибыв на остров Пенни, он случайно стал свидетелем того, как она практиковалась в магии.
Альберт с первого взгляда понял, что она — маг и к тому же невероятный гений.
Он подошел к Пенни и нашептал ей сладкие слова о том, что влюбился в нее с первого взгляда. Пенни, жившая в тяготах и одиночестве, быстро пала под чарами благородного господина из внешнего мира.
В итоге Пенни покинула остров и вступила в пиратскую банду Альберта. И с тех пор она всегда была рядом с ним. Вплоть до самой его смерти.
Сын герцога, который изначально ничего не смыслил в морском деле, смог добиться успеха в качестве пирата именно благодаря наличию такого гениального мага, как Пенни.
Поэтому в нынешней операции для того, чтобы захватить Альберта, роль Пенни была важнее, чем чья-либо еще.
— Е-если намазать на щеку, опухоль спадет. Е-если мазать дважды в день…
Именно этот человек сейчас нервничал передо мной.
— Спасибо, сестренка.
Я лучезарно улыбнулась Пенни. Затем, взяв ее за руку, потянула внутрь каюты.
— Тебя зовут Пенни?
— Д-да…
Пенни растерялась, но я, не слушая возражений, усадила ее за стол.
— Какое красивое имя. А меня зовут Луси. Мой брат — Рихард.
Рихард фыркнул, услышав мое щебетание. Пенни вздрогнула и опасливо взглянула на него, но Рихард просто отвернулся от нас, всем своим видом показывая безразличие.
Главное, чтобы не вмешивался. Чтобы привлечь внимание Пенни, я произнесла ключевую фразу:
— Мы направлялись на Остров Мюллет. Там находится могила нашей мамы.
Пенни удивленно посмотрела на меня.
— Т-твоя мама умерла?
— Да.
Я опустила голову, притворяясь опечаленной.
Я не лгала. Мать Лусиллии действительно была мертва. Конечно, похоронена она не на острове Мюллет, но все же.
— Послезавтра годовщина ее смерти. Мы с братом каждый год приезжаем сюда в это время.
— Вот оно как…
Пенни в нерешительности положила руку мне на плечо. Она неловко похлопала меня, утешая. Я подняла голову и улыбнулась.
— На самом деле, мне было очень страшно. Но когда пришла ты, сестренка, я успокоилась. Что же теперь с нами будет?
— Э-это…
Пенни, не зная, что делать, пустилась в пространные объяснения. Она рассказала, что заложников сначала запрут в убежище, но как только семья пришлет деньги, их тут же отпустят.
— Я хочу поскорее домой.
В этот момент полагалось бы заплакать, но как я ни старалась, слезы не шли. В итоге мне пришлось просто закрыть лицо руками и низко опустить голову.
— Лу-Луси, не плачь…
Но слезы показались именно у Пенни. Пока она пыталась меня утешить, ее голос начал дрожать, и она сама всхлипнула.
Я даже не убирала рук от лица, про себя пребывая в полном замешательстве.
Неужели человек может быть настолько мягкосердечным? Она же в пиратской банде, разве не видела заложников раньше?
В этот момент в дверь каюты грубо постучали. Пират, стоявший на часах, крикнул:
— Что вы там так долго? Выходи быстро!
— И-иду!
Пенни вздрогнула и вскочила. Она покинула каюту прежде, чем я успела ее задержать.
— Закончила?
Как только Пенни исчезла, Рихард развернулся. Я опустила руки и кивнула.
— Зачем ты пытаешься сблизиться с ней? Она все равно скоро умрет.
В этом и заключалась пугающая черта Рихарда — он произносил такие жуткие вещи совершенно будничным тоном.
Я промолчала. Я знала, что события не пойдут так, как воображает Рихард. Но он, видимо, решив, что я расстроилась, кашлянул и сменил тему.
— Кольцо при тебе?
— спросил Рихард. Я кивнула и показала левую руку. Уже несколько дней на моем левом указательном пальце красовалось довольно грубое кольцо.
— Я думала, его сразу отберут, но, на удивление, нет.
— Когда прибудем на базу, заберут всё. Видимо, среди них есть бывшие рыцари, дисциплина у них железная.
— Может, и не заберут. Оно ведь не выглядит дорогим.
Я посмотрела на кольцо. Простой дизайн без единого драгоценного камня, а из-за цвета, напоминающего ржавое железо, оно казалось очень старым.
На самом деле, эта вещь была невероятно древней. Ведь в ней была заключена Сила древнего бога.
Это грубое на вид кольцо на самом деле было семейной реликвией герцогского дома Шардина. Андреа называл эту пару колец «Кольцами влюбленных».
— Если надеть одно, можно узнать, где находится другое.
— объяснил Андреа, передавая мне кольцо. Я посмотрела на кольцо, сияющее в его руке, и надела его на палец. Однако ничего не почувствовала.
— Это может почувствовать только человек из рода Шардина.
Когда я одарила его подозрительным взглядом, Андреа поспешно оправдался:
— На самом деле, я чувствую местоположение Императорской принцессы. Как бы далеко вы ни были, я смогу вас найти.
— Это ли не сталкерство?
Я поморщилась.
— Что это за влюбленные такие, если только один знает о местонахождении другого?
— О чем вы говорите? После свадьбы вы ведь станете частью Шардина. Мой отец подарил это кольцо Марии, и Мария находила отца как по волшебству.
Андреа усмехнулся, рассказывая о матери Альберта.
— Из трех жен только Мария получила это кольцо. В последнее время оно просто пылилось в сокровищнице.
— Значит, это изначально… — в смятении произнесла я. — Подарок для того, с кем вступаешь в брак?
— Верно. Дарить его кому-то не из семьи строго запрещено.
Андреа говорил с поразительным бесстыдством.
— Но сейчас мы находимся в кризисной ситуации, когда на кону стоит существование Шардины.
Хоть он и говорил складно, для моих ушей это звучало так: «Я все равно стану герцогом, так кто посмеет предъявить претензии?»
Использовать фамильную реликвию, чтобы убить собственного брата… Я подумала, что по возможности мне не стоит делать Андреа своим врагом.
— Поскольку это вещь с силой древнего бога, ее невозможно обнаружить с помощью магии. Даже если его отберут, сила сохранится около десяти дней, так что мы успеем прибыть. Поэтому вам не нужно рисковать собой, пытаясь его удержать. Пожалуйста, заботьтесь только о собственной безопасности.
Вспоминая голос Андреа, я потерла кольцо. Я по-прежнему ничего не чувствовала, но Андреа, должно быть, уже заметил, что наш корабль движется в другом направлении от Мюллета.
Сколько времени ему потребуется, чтобы добраться? Он не сможет преследовать нас в открытую, так что, как бы быстро он ни шел, это займет день или два.
За это время мне нужно убедить Пенни. Я вздохнула.
Сближение с Пенни было нужно в первую очередь для поимки Альберта. Но у меня была и вторая, личная причина. Теперь, встретив ее вживую, эта вторая причина казалась мне не менее важной, чем первая.
«Она такая ранимая. Добрая, чистая…»
Я глубоко вздохнула, вспоминая ее конец в оригинале.
Поддавшись на уговоры Тристана, она помогает ему, но в тот момент, когда Альберту грозит смерть, она неосознанно бросается под удар, чтобы защитить его.
Так Пенни и умирает. Совершенно напрасно.
«Я хочу, чтобы Пенни осталась жива».
Спустя полдня пути мы прибыли на какой-то остров. Пираты вывели нас из каюты и куда-то повели.
На острове стояло на якоре больше кораблей, чем я ожидала. Но полноценного причала не было. Судя по примитивным хижинам и нетронутой природе, изначально этот остров был необитаемым.
Однако жизнь здесь не казалась суровой или бедной. Скорее наоборот.
На берегу собралось несколько пиратов, которые с самого вечера устроили попойку. Бутылки, которые они держали, с виду казались очень дорогими.
Одежда тоже была приличной. У некоторых даже были золотые ожерелья и кольца с драгоценными камнями. Видимо, бизнес на заложниках приносил неплохой доход.
Пока я осматривалась, пираты привели нас к уединенной хижине. Затем они потребовали адрес, по которому можно отправить запрос на выкуп. Я назвала заранее подготовленный фальшивый адрес.
Кориндель, где живет мой «отец», находится в пяти днях пути на корабле от острова Мюллет. Андреа прибудет на этот остров быстрее, чем шантажное письмо доберется до Коринделя.
Получив адрес, пираты напоследок отобрали у нас ценности.
Забавно, что Кольцо влюбленных они не взяли.
Я притворилась, что плачу, говоря, что это реликвия моей матери, но вряд ли это сработало. Скорее всего, оно действительно выглядело слишком жалко, чтобы его продавать.
Когда всё закончилось, была уже глубокая ночь.
— Теперь остается только ждать,
— сказала я, плюхнувшись на пол хижины.
В хижине не было не то что ковров, но даже деревянного пола. Просто плотно утрамбованная земля, но меня это не особо беспокоило. Буду считать, что я в походе.
Как ни странно, Рихард тоже совершенно спокойно сел на земляной пол. Наверняка он всегда ел и носил только лучшее, но сейчас держался вполне достойно.
— Когда прибудет господин Андреа?
— Через два дня? В крайнем случае, через три,
— ответил Рихард. Значит, у меня осталось примерно два дня. Я начала отсчитывать дни в уме.
Если Пенни больше не придет ко мне, всё станет немного сложнее. Учитывая ее характер, она вряд ли будет навещать нас каждый день, так что если увидимся хоть раз до возвращения Андреа — это уже будет победой.
Значит, в следующую встречу нужно действовать решительно.
— Братик.
Я приподнялась и придвинулась вплотную к Рихарду.
— Ты ведь сказал мне раньше… про Пенни. Зачем с ней сближаться, если она скоро умрет.
Я прошептала это очень тихо. Раньше я не могла говорить, потому что за дверью каюты стояла охрана, но сейчас на двери хижины висел только замок, а часовых поблизости не было.
— Было такое. И что?
— А что, если я захочу ее спасти?
Рихард не ответил сразу, он молча смотрел на меня.
Откажет ли он? Или спросит причину? Я ждала в тревоге, и наконец Рихард разомкнул губы.
— Тогда я помогу. Если ты этого хочешь.
http://tl.rulate.ru/book/168596/13804792
Готово:
