— Кажется, сегодня людей больше, чем обычно.
В обычно пустующем консультационном зале на первом этаже сегодня было не протолкнуться от государственных служащих в форме. Обстановка разительно отличалась от обычного буднего дня, когда за стойкой дежурило всего несколько сменявших друг друга сотрудников.
— Конечно, много. Собрали ведь весь штат.
Данте вздохнула, старательно застегивая пуговицы. Из-за наплыва народа были заняты даже стулья для посетителей. Двоим коллегам даже пришлось прислониться к стене, так как сесть было некуда.
— Но их не просто много, тут полно лиц, которых я раньше не видел.
— А, ты ведь впервые видишь сотрудников ночной смены?
Взгляд Данте переместился на нескольких изнуренных людей. Все они были мертвенно-бледными, а их глаза отливали кроваво-красным.
Лувин, проследив за её взглядом, пожал плечами и отвернулся.
— Ночной?
— Ага. Дневная смена работает с десяти утра до пяти вечера. Ночная — с десяти вечера до пяти утра. Есть ведь граждане, которые ведут в основном ночной образ жизни.
— Значит, они все вампиры. Поэтому и выглядят такими уставшими?
— Да они просто...
— А как тут не устать, когда на работу вызывают на три часа раньше положенного?
Перед ними выросла высокая фигура. Данте сухо махнула рукой в знак приветствия:
— Давно не виделись, Лиз.
Белоснежные, как и кожа, волосы Лиз спускались до самых бёдер. Она лениво ответила, потирая переносицу:
— И не говорите. Если бы не этот проклятый протест, мы бы ещё долго не встретились... А это кто?
— Лувин. Он пришёл к нам на стажировку. Лувин, это Лиз. Она, как и я, работает в Отделе поддержки расовых меньшинств. Только в ночную смену.
Обмениваясь дежурными любезностями с Лиз, Данте заодно выяснила причину «экстренного собрания», которое случалось едва ли раз в год.
— Из-за этого чёртова протеста мне пришлось вскочить с постели и мчаться в мэрию. Просто ненавижу это.
Было чуть больше половины восьмого вечера. В зале закипал гнев: негодовали и те, кто не смог уйти домой вовремя, и те, кому пришлось явиться на службу ни свет ни заря. Сотрудники сбивались в кучки по интересам, хватались за головы и переходили на повышенные тона. Для мирной Мэрии Деллинга это было редкое зрелище.
— Но... неужели всё это из-за одного протеста? Разве любой гражданин не имеет на это права?
Единственным, кто не понимал всей серьезности ситуации, был Лувин — для него это было впервые. Данте задумалась, с чего начать объяснение на этот вполне резонный вопрос, и выбрала самый простой путь.
— Просто слушай.
Как раз в этот момент прибыл последний сотрудник ночной смены. Помощник мэра, дожидавшийся сбора всех подчиненных, встал и громко объявил:
— Итак! Сегодня в 16:30 мы получили извещение из Департамента полиции. На эти выходные в разных частях Деллинга зарегистрированы митинги и протесты... Сами по себе требования кажутся обычными, однако подтверждено, что заявители являются членами организации «Голубая кровь».
После этого короткого пояснения все сотрудники, словно сговорившись, одновременно вздохнули. Данте тоже закусила губу и зажмурилась.
«Ну конечно, так я и знала...»
Будь это обычный протест, мэрии не пришлось бы вмешиваться и созывать весь персонал. Данте молитвенно сложила руки, мысленно оплакивая свои безвозвратно утерянные выходные.
— Официально разрешение выдано на один день, но, как вы знаете, прецеденты уже были. В прошлом году, в позапрошлом и годом ранее — до и после дня протеста проходило множество незаконных собраний. Это доставляло неудобства другим гражданам, случались даже нападения. Поэтому в этот раз, чтобы максимально предотвратить подобные инциденты, мы просим вас о содействии.
Среди вздыхающих о сорванном отдыхе коллег вверх взметнулась длинная рука.
— У меня один вопрос.
Это был Лувин.
— Говорите.
— Что такое «Голубая кровь»?
— ...Вы что, несколько лет жили за границей?
— Да.
На этот невозмутимый ответ помощник мэра лишь в замешательстве почесал затылок. Лувин же, ничуть не смущаясь устремленных на него взглядов, прямо смотрел вперед. С таким лицом его трудно было в чём-то упрекнуть.
— Ну, тогда вы можете не знать. «Голубая кровь» — это организация, выступающая за восстановление монархии, появившаяся несколько лет назад. Они требуют возвести на престол короля и вернуть сословное разделение.
«Голубая кровь».
Люди, утверждающие, что королевская власть должна быть восстановлена.
Анахроничная группа, считающая, что только «чистокровные люди» — то есть те, чья кровь не смешана с расовыми меньшинствами, и в чьих жилах течет кровь аристократов и монархов — должны обладать правами и привилегиями.
За последние несколько лет они успели заявить о себе, проводя незаконные акции по всей стране. Придавая огромное значение «благородному происхождению», они враждебно относились к расовым меньшинствам и иностранцам, порой не гнушаясь применять физическую силу.
— ...Король? Аристократы? Монархия?
Лицо Лувина по мере объяснений помощника мэра выражало всё большее изумление. Впрочем, даже с таким выражением он оставался настолько прекрасен, что окружающие невольно вздыхали.
— Королевская семья... Боже, что за бред...
— В мире полно самых разных людей,
В замешательстве был не только Лувин — новички, проработавшие год-два и не сталкивавшиеся с подобным, тоже выглядели растерянными. Последний король умер тридцать лет назад. Тогда же исчезла и монархия, которая к тому времени была лишь символической. Многие молодые сотрудники, включая Данте и Лувина, родились уже после этого.
Дети эпохи, когда государством управляют премьер-министр и парламент, а народ сам выбирает правителей на выборах.
— А у них вообще есть кандидат на престол? Насколько я знаю, ни у короля, ни у его братьев не было детей.
— Они нашли последнего принца, который где-то скрывался, и теперь используют его. Точнее, это младший брат покойного короля.
— Он до сих пор жив?
— Видимо, долгоживущая династия... Хотя разница в возрасте с королем у него была значительная.
Помощник мэра, явно испытывая неловкость от обсуждения чужой жизни и смерти, замолчал.
Важнее было то, что им предстояло делать «дальше».
— Сразу после первых протестов наши сотрудники выходили на разведку. Эти ско... то есть, эти люди из этой группы ещё ни разу не следовали заявленному плану протеста. В этот раз они заявляют сто человек... но их наверняка будет гораздо больше.
— Тогда почему бы просто не отклонить заявку на протест?
— Они не глупы. Каждый раз меняют организаторов и цели собрания. И мы, и полиция всё понимаем, но по документам к ним не подкопаться, так что приходится одобрять.
Последовал тяжкий вздох.
Данте, участвовавшая уже в двух подобных операциях с момента поступления на службу, тоже была не на шутку обеспокоена. Те, кто поначалу не понимал серьезности ситуации, тоже прониклись общей атмосферой и посерьезнели.
— Обычно места, где «Голубая кровь» собирается заранее, известны. И в этот раз они наверняка устроят подобную встречу перед протестом. До прошлого года мы отправляли туда своих людей под видом обычных граждан... Но сейчас проблема в том, что у нас нет подходящего кандидата.
«Нет подходящего человека?»
Данте огляделась. Кругом были люди. Даже если исключить тех, кто не может работать днем, выбор всё равно оставался.
«А! Неужели...»
Данте быстро догадалась о причине. Она повернулась к Лувину. Судя по его лицу, он тоже понял намек помощника мэра.
— Ты понял, о чём речь?
— Они ведь помешаны на родословной и старине. Тогда всё ясно. Среди сотрудников не так уж много тех, кто совсем не похож на представителя расовых меньшинств.
Чтобы сойти за своего в «Голубой крови», нужно соответствовать их требованиям.
Никаких признаков принадлежности к «расовым меньшинствам», никаких видимых физических недостатков, и кроме того —
— Госпожа Данте тоже не подходит.
— Что? Почему это я?
— У вас слишком короткие волосы.
Нужно соответствовать их старомодным идеалам.
— Их желания тошнотворно прямолинейны. Многих наших сотрудников они просто выставят за дверь, сочтя их «нелюдями». Меня в том числе. А те, кто может сойти за человека, уже засветились на заданиях в прошлые годы. Так что из оставшихся...
Внимательный взгляд помощника мэра замер на одной точке. Застывший Лувин, моргнув, переспросил:
— ...Я?
— На данный момент господин Лувин подходит лучше всех.
— Ого. Ощущения от этого так себе.
— Но отправлять господина Лувина одного рискованно. Им нужны люди, выглядящие как истинные «аристократы»... Было бы идеально, если бы нашлась пара — леди в старинном стиле.
Усталые глаза помощника забегали. Данте инстинктивно напрягла плечи.
— Госпожа Данте.
— Да.
— Отныне вы — рыцарь-защитник, который будет сопровождать леди Лувин.
— Что?
— Говорят, даже полвека назад среди рыцарей-защитников встречались женщины с короткими волосами. В паре с леди ваша стрижка будет выглядеть вполне допустимо.
Данте коснулась своих волос и часто заморгала. Мало того, что ей придется идти на задание с новичком, так ещё и в роли рыцаря. Её лицо окончательно окаменело.
— Может, мне лучше выпить зелье для роста волос и пойти одной? Так будет безопаснее.
— Бюджет на этот квартал исчерпан.
Это означало, что казенных средств на подобные препараты нет. Данте трезво оценила ситуацию.
«Это ведь мэрия, а не департамент полиции, откуда им взять бюджет на маскировку?»
Госслужащая с четырехлетним стажем лихорадочно соображала, поглядывая на соседа. Лувин, который до этого вел себя так, будто готов за Данте и в огонь, и в воду, казалось, лишился дара речи от внезапной роли «леди».
Однако работа в коллективе закипела сама собой.
— А где мы возьмем рыцарские доспехи или костюм?
— Было много тех, кто охранял в гражданском, может, это не так важно?
— Нет, эти ребята ужасно придирчивы. Одежда должна быть строгой и соответствовать этикету.
— О! У меня дома есть церемониальное одеяние рыцаря, которое осталось от бабушки. Может, перешьем его?
— Отличная идея! С Данте решили, а как быть с платьем?
— Разве нельзя купить готовое?
— Нельзя. «Голубая кровь» даже к платьям цепляется. Сшито ли по фигуре, какая ткань — они из этого целое шоу устраивают. Да уж.
— ...Тогда нужно сначала поискать сотрудницу с таким же ростом, как у господина Лувина.
Оживленные споры коллег мгновенно стихли.
— Извините,
В этой тишине раздался серьезный и, как всегда, мелодичный голос Лувина.
— А какого цвета платье лучше выбрать?
Данте, которая была уверена, что Лувин разделяет её шок, содрогнулась от чувства предательства: он действительно уже обдумывал детали гардероба.
http://tl.rulate.ru/book/168520/11742507
Готово:
