— Отбор невесты для наследного принца? Похоже, вдовствующая императрица задумала нечто грандиозное.
Глаза Благородной супруги Вань снова хищно сверкнули синевой. Пока она шла на крайние меры, чтобы устранить Чжу Юйтана, внезапно поползли слухи об отборе кандидаток в жёны принца, и это не могло не раздражать.
— Похоже, они намерены укрепить Ведомство наследного принца. Возможно, их цель — посеять среди нас раздор. Как нам лучше поступить?
Зазвучали неожиданные опасения. Если Благородная супруга Вань выдвинет на отбор дочерей преданных ей министров, существовала вероятность, что эти семьи могут переметнуться на другую сторону.
Это не было пустой гипотезой — вдовствующая императрица Хёсук ясно дала понять: любой, кто станет родственником императорской семьи, может изменить свои взгляды, если он дорожит дочерью и достаточно амбициозен.
А значит, внутренние распри в их лагере действительно могли вспыхнуть.
Благородная супруга Вань, казалось, тоже это понимала.
— Даже если раздора не будет, это способ защитить своего человека. Сделав кого-то тестем наследного принца, они обеспечат ему неприкосновенность.
— Это затруднительно. Мы ведь не можем предложить дочь чиновника низкого ранга. Как же нам быть?
Однако Благородная супруга Вань ответила с пренебрежением:
— Всё это пустые хлопоты. В нынешнем мире не найдётся смельчака, готового встать на их сторону, если только он не решил полакомиться печенью тигра!
Она отдала холодный приказ:
— Неважно, чья это будет дочь. Выберите подходящую кандидатуру среди наших людей, но ищите как можно моложе! Учитывая, сколько времени впереди, все поймут, что это значит!
Глаза присутствующих заблестели. Если вдовствующая императрица Хёсук славилась своей проницательностью, то и Благородная супруга Вань была женщиной не менее искушённой. Все поняли её замысел без лишних слов.
Она добавила ещё кое-что:
— Полагаю, нам нужно сделать предупреждение. Найдите предлог и пригласите наследного принца во дворец Содок на ужин! Возможно, ещё рановато, но я считаю, что время пришло.
— Слушаемся!
Все собравшиеся одновременно склонили головы. Среди них, как всегда, были Мань Тун, Мань Ань и Ван Чжи. Присутствовал и Вон Чхунгён.
Он редко появлялся во дворце Содок, но, видимо, дело было настолько серьёзным, что на этот раз и он пришёл, внимательно наблюдая за происходящим.
— Похоже, вдовствующая императрица приняла решительные меры. Но в нынешнем положении иначе нельзя. Подумать только, Благородная супруга Вань готова пойти на всё, чтобы навредить Его Высочеству, даже планирует других наследников. Поистине коварная женщина.
В глазах Ын Чхона и Му Воля вспыхнула решимость.
— Если это правда, Благородная супруга Вань скоро предпримет действия против Его Высочества. Нужно быть предельно бдительными. Мы обязаны защитить Его Высочество вместе с нашими друзьями из Зала Культурного Просвещения.
— Я подготовлюсь. Раз они начинают действовать, мы тоже должны показать им, что Его Высочество — не лёгкая добыча.
— Что ты имеешь в виду?
— Это будет предупреждение. Предупреждение о том, что если они совершат глупость, то сами окажутся в опасности! Мы больше не связаны дворцовыми правилами так, как раньше, и нет ничего, что было бы нам не под силу. Как только получишь список кандидаток, сразу передай мне.
— Тогда будь осторожен...
Никто не знал, к чему это приведёт, но обе стороны были готовы обменяться угрозами.
Вопрос о беременности наложниц и отборе невесты для принца неожиданно рано спровоцировал столкновение двух лагерей.
Конечно, Тхэпён, Ын Чхон и Му Воль пока и в подмётки не годились свите Благородной супруги Вань. Однако они не могли просто молчать. Пока враг замышлял недоброе против Чжу Юйтана, им требовалось хоть как-то обозначить свою позицию.
Впервые в глазах Тхэпёна зажегся воинственный огонь. Если уж действовать... то нужно сделать это так, чтобы нанести сокрушительный удар.
Затишье перед бурей.
— Благородная супруга пригласила меня во дворец Содок. Что мне делать?
Чжу Юйтану пришлось собраться с духом. Ему по-прежнему было страшно, но, понимая коварные замыслы сторонников супруги Вань, он не мог позволить себе просто дрожать от страха.
Приглашение во дворец Содок стало его первым серьёзным испытанием.
— Мы раньше никогда не общались, и вдруг — приглашение на ужин. Может, стоит отказаться?
Предлогом для пиршества послужило празднование радостных событий во дворце.
Тхэпён молча обдумывал ситуацию. Намерение явно было дурным, и формально Чжу Юйтан мог отклонить приглашение. Статус принца был выше статуса наложниц, согласно придворной иерархии.
Однако Тхэпён считал, что бежать нельзя. Раз уж они решили восстановить влияние Ведомства наследного принца, нельзя было показывать слабость или страх.
— Нужно идти. Покажите им свою стойкость, чтобы министры признали в вас лидера. Я буду рядом.
Они собрались вместе, чтобы обсудить план.
— Наверняка они подготовили какую-то ловушку. Пусть Сун Ен и Ви Чжон сопровождают Его Высочество вместе со мной. Остальные — усильте охрану внутренних покоев. Если что-то пойдёт не так, Хань и Му придут на помощь.
Сун Ен и Ви Чжон были соучениками Ын Чхона и Му Воля. Опытные евнухи-воины, вместе постигавшие науки во Внутренней школе. Обоим было за тридцать, они обладали чистой кожей и приятной, благородной внешностью.
Приходя в Зал Культурного Просвещения, они уже были готовы ко всему, поэтому лишь молча и решительно кивнули.
— Хорошо. Но твоя роль важнее всего. Мы сможем прикрывать вас только до входа, по этикету мы должны ждать снаружи. Единственный, кто сможет войти внутрь — это ты, Чан Бон.
— Думаю, внутри проблем не возникнет. Раз уж она сама пригласила принца, за любое происшествие во внутренних покоях Благородной супруге придётся отвечать лично. Путь туда и обратно гораздо опаснее.
— Мы позаботимся об этом.
Все замерли в напряжённом ожидании. Это было первое прямое столкновение Чжу Юйтана и Благородной супруги Вань, битва воль. И первое противостояние Зала наследного принца и Западного депо.
Десять дней спустя.
— Его Высочество наследный принц прибыл!
Наконец пир начался. Как и планировалось, Благородная супруга Вань устроила торжественный ужин во дворце Содок, пригласив влиятельных министров и Чжу Юйтана. Официальным поводом был отбор невесты и поздравление с вступлением во дворец.
Присутствие множества сторонников супруги Вань явно преследовало цель подавить волю Чжу Юйтана.
Точнее, она хотела показать министрам его жалкость и страх. Действительно, в присутствии Благородной супруги Вань Чжу Юйтану было трудно сохранять спокойствие.
Его мать, Благородная наложница Ки, была убита, Чан Мин пострадал — любой на его месте понял бы, что он следующая цель. Она рассчитывала увидеть его трясущимся от ужаса.
Раз вдовствующая императрица Хёсук решила поддержать Ведомство наследного принца, Благородная супруга Вань хотела продемонстрировать свою власть и разочаровать министров в принце, чтобы никто не посмел встать на его сторону.
Однако её замысел провалился с самого начала.
— Поздравляю вас. Мне следовало поприветствовать вас раньше, но только сегодня удалось встретиться с вашим высочеством.
— Рад встрече, госпожа супруга. Мы впервые видимся лицом к лицу.
С одной стороны — Благородная супруга Вань, державшая в руках дворец и всю империю, с другой — беззащитный маленький принц.
Но вопреки ожиданиям, Чжу Юйтан, который должен был побледнеть и не сметь поднять головы, держался на удивление достойно.
Он вошёл во дворец Содок, словно на свою территорию, уверенно встретил взгляд Благородной супруги Вань и спокойно занял своё место на банкете.
Конечно, внутри он дрожал. Для Чжу Юйтана дворец Содок был логовом тигра. Все приглашённые министры были её людьми, и если бы она захотела, то могла бы расправиться с ним на месте, а потом выдать это за несчастный случай, как было с его матерью.
Его ноги подкашивались, но он справлялся с этим, зная, что за спиной стоит Тхэпён. Это было странно, но с самой первой встречи Чжу Юйтан питал к Тхэпёну безграничное доверие, веря, что даже если небеса рухнут, тот его не оставит. И Тхэпён, стоя позади, придавал ему сил.
Такое поведение принца привело Благородную супругу Вань в замешательство. Она ожидала увидеть перепуганного ребёнка, а перед ней сидел на удивление невозмутимый мальчик.
«На что он надеется?..»
Её взгляд невольно переместился на стоящего позади старшего распорядителя.
Но она не заметила ничего подозрительного.
Тот стоял, смиренно склонив голову, и выглядел совсем юным. Даже если за зиму он немного подрос, на вид ему было не больше тринадцати-четырнадцати лет. Трудно было поверить, что Чжу Юйтан черпает уверенность в нём.
Пиршество проходило во внутреннем дворе дворца Содок, и достоинство Чжу Юйтана произвело впечатление на приглашённых сановников. Все ожидали увидеть страх, но маленький принц держался стойко в самом сердце вражеского логова.
«Кажется смышлёным, но, видать, ещё слишком мал и не понимает всей опасности».
Таково было первое впечатление министров, видевших Чжу Юйтана вблизи.
Действительно, принцу было всего семь лет, и он мог просто не осознавать до конца, насколько опасна Благородная супруга Вань.
Но вскоре стало ясно, что это не так.
Зазвучала музыка. Столы ломились от изысканных яств, придворные дамы кружились в танце, но Чжу Юйтан не прикоснулся ни к одному блюду.
— Ваше Высочество, почему вы ничего не едите? Неужели угощения вам не по вкусу?
Разумеется, в таком месте кусок в горло не лез, но когда Благородная супруга и министры спросили его об этом, правилами приличия полагалось ответить что-то вроде «у меня неважное самочувствие».
Однако Чжу Юйтан выпрямился и дал поразительно резкий ответ:
— Как я могу беспечно есть пищу, в которой может быть яд? Пожалуйста, не обращайте на меня внимания.
— Яд?
Услышав это, Благородная супруга Вань и министры вмиг переменились в лице. Это было неслыханно — он открыто признал её врагом.
Это было равносильно словам: «Я знаю, что ты хочешь меня убить». Учитывая место и обстановку, это был дерзкий вызов. «Попробуй, если посмеешь. Я пришёл сюда, зная о твоих намерениях, и не дамся так просто».
Под ошеломлёнными взглядами лицо Благородной супруги Вань исказилось от злости, и именно в этот момент мнение министров о принце изменилось.
Впечатление «неразумного ребёнка» сменилось на образ «невероятно смелого человека».
Чжу Юйтан продолжал сохранять спокойствие, и первый план Благородной супруги Вань — запугать его — потерпел полный крах.
Этот эпизод, позже вошедший в исторические хроники, явно показывал, что слова и поведение принца не соответствовали его семилетнему возрасту.
Но, как и было обещано, «предупреждение» на этом не закончилось.
Грохот!
— Ах!
— Как вы смеете!
Когда пир закончился, и они возвращались в Зал Культурного Просвещения, произошло нечто невероятное.
Едва они вышли из дворца Содок, раздался громоподобный шум, и часть стены дворца Куньнин внезапно обрушилась прямо на Чжу Юйтана.
Это случилось совершенно внезапно. Старые стены могли рушиться, но это никак нельзя было назвать случайностью. Стена не могла упасть вот так целиком, без единой трещины или предупреждающего знака.
Как уже упоминалось, стены Запретного города были высотой в чжан, проходы узкими, и в обычной ситуации Чжу Юйтан неизбежно должен был погибнуть под завалами.
Но он спасся.
В тот самый миг, когда стена начала падать, его тело, подобно испаряющемуся дыму, мгновенно переместилось на семь чжанов в сторону.
Тхэпён!
Это был он.
Только когда осела густая пыль от обрушения, стало понятно, что произошло. Тхэпён стоял, крепко обнимая Чжу Юйтана за талию.
Он, следовавший за принцем как тень, в момент падения стены подхватил его и молнией вынес из опасной зоны.
Техника перемещения «Летающая луна»! Наконец он продемонстрировал силу, которую так долго скрывал.
— Никакие уловки не помогут вам навредить Его Высочеству!
В его глазах вспыхнул холодный, пронзительный блеск.
Настоящая битва между Тхэпёном и сторонниками Благородной супруги Вань началась.
http://tl.rulate.ru/book/168413/13775855
Готово:
