Глава 50: Прошлое казалось сном
Настенные часы показывали половину десятого вечера.
Су Хоудэ стоял в коридоре еще с девяти часов, не сводя глаз с просторного помещения. Из комнаты доносился запах красок и тихая музыка. Последний ученик закончил проверять гипсовую копию статуи «Давида» и ровно в 9:30 направился домой.
Это была художественная студия.
В этот момент молодая учительница рисования с одухотворенным лицом, в холщовом фартуке и с собранными в пучок волосами, тяжело вздохнула. Затем она довольно улыбнулась, оглядывая пустую студию, и принялась убирать кисти и расставлять стулья.
— Саньнян... — тихо позвал её имя Су Хоудэ.
Ло Цю, сопровождавший его всё это время, произнес: — Вы не хотите войти?
Су Хоудэ задумался на мгновение, а затем спросил: — Она... помнит меня?
Ло Цю безразлично ответил: — Вы помните Тай Иньцзы? Я спрашивал его о сутре Коана. Каждый раз, когда вы завершаете её часть, вы оставляете что-то позади. Поэтому я полагаю, что нет. Она не вспомнит ни прежнего вас много лет назад, вырезавшего изделия из нефрита, ни саму себя в те времена... Так зачем же вы спрашиваете? Вы должны были получить ответ, наблюдая за ней целых полчаса.
Су Хоудэ вздохнул: — Она — Саньнян, но в то же время — нет... У Саньнян был другой взгляд.
Сказав это, Су Хоудэ стиснул зубы и внезапно вошел в студию. Молодая учительница, которую теперь звали Цинь Чуюй, а не Юй Саньнян, была поражена его внезапным вторжением: — Сэр, мы уже закрыты. Что-то случилось?
— Саньнян... — ласково произнес Су Хоудэ.
Цинь Чуюй насторожилась: — Сэр, кого вы ищете?
Мужчина не выглядел неряшливым, но его бледное и изможденное лицо заставляло людей быть начеку — по крайней мере, Цинь Чуюй выказала явную настороженность.
Сердце Су Хоудэ болезненно сжалось, а лицо стало еще бледнее. Он удрученно опустил голову и сел сбоку от мольберта, который разделял его и Цинь Чуюй.
— Сэр, что вы собираетесь делать?
— Можно мне нарисовать картину? Я заплачу... Я пробуду здесь ровно столько, сколько нужно для одного рисунка.
— Сэр, время работы вышло. Если вы хотите научиться рисовать, приходите записываться завтра.
Тем не менее Су Хоудэ уже выхватил кисть Da Vinci V35 из лотка с инструментами. Смочив ворс в воде, он заострил кончик кисти, сделав его тонким, как карандаш для бровей. Он сел идеально прямо, закрыл глаза и замер с кистью в руке.
Цинь Чуюй никогда не видела человека, способного на такую глубокую концентрацию с кистью в руках. Она нахмурилась — стоит ли позвать охрану торгового центра или найти другой способ выпроводить его?
Пока она размышляла, странный человек начал рисовать.
Он сосредотачивался на каждом мазке, в его глазах светилась нежность. Растушевка, окрашивание, контур. Он использовал самые разные приемы для создания образа. Цинь Чуюй из любопытства заглянула через плечо Су Хоудэ, но, увидев рисунок, уже не смогла отвести глаз.
Это не была западная техника живописи. Мужчина относился к акварели как к китайской туши, создавая каллиграфический свиток. Однако... он рисовал женщину в чиновничьем платье прошлого. Её улыбка была полна естественного изящества; казалось, она вот-вот сойдет с бумаги.
Цинь Чуюй слегка приоткрыла рот. Она была шокирована обликом этой женщины: девушка на картине казалась её точной копией.
Су Хоудэ начал наносить надписи на холст:
— Поднимем чаши пред ликом желтых цветов, вспомним былое в хмельном пробуждении.
— Киноварь — не панацея от всех бед, солнце не скроет седин на висках.
— Забудь о надгробьях, что остались за нами, не зрей бездушных людей впереди.
— Жизнь — лишь погоня за призрачным сном, разлука в финале для всех неизбежна.
Цинь Чуюй словно перенеслась в иную реальность, завороженная этими стихами. Когда она пришла в себя, то увидела лишь Су Хоудэ, направляющегося к выходу. На стуле лежало несколько смятых банкнот... он действительно заплатил за возможность рисовать.
Ошеломленная, Цинь Чуюй окликнула его: — Сэр, ваша картина...
— Это подарок вам.
Су Хоудэ закрыл дверь. Девушка схватила деньги и выскочила в коридор, но там уже никого не было. Она вернулась к картине, чувствуя, что эта ночь была... крайне странной.
...
— Она действительно забыла обо мне... и о себе...
На площади перед торговым центром Су Хоудэ сидел на краю выключенного музыкального фонтана. Он с разочарованием смотрел в туманное ночное небо и тоскливо вздыхал: — Давным-давно это небо было усыпано мерцающими звездами.
— Разлука в финале для всех неизбежна, — Ло Цю присел рядом с ним и тихо добавил: — В конечном счете расставание всё равно происходит.
— Почему я скитался по этому миру пятьсот лет? — Су Хоудэ пристально посмотрел на Ло Цю.
Ло Цю покачал головой. Откуда ему было знать? У него не было того жизненного опыта и мудрости, чтобы ответить на такой вопрос одной фразой. Однако, чтобы поддержать статус хозяина клуба, он лишь имитировал старого монаха, изрекши: — Любовь — это утомительно.
Су Хоудэ замер. Внезапно он расхохотался, его смех звучал жалобно и надрывно. Он резко встал, раскинул руки и позволил своему телу упасть назад в чашу фонтана, погрузившись в воду.
Спустя долгое время Су Хоудэ бесстрастно произнес: — Всё кончено... забирайте то, что вам нужно. Забирайте. Я больше не хочу этих мучительных воспоминаний.
Ло Цю кивнул, протянул руку в сторону Су Хоудэ. Свет начал собираться в пучок и в итоге сформировался в сияющую сферу на ладони Ло Цю. В тот же миг Су Хоудэ резко поднялся, чувствуя происходящую в нем трансформацию. Он ощутил, как из его тела ушло что-то тяжелое, и теперь ему стало легко.
— Что со мной случилось?
— Ваши пятисотлетние скитания были вызваны одержимостью снова встретить Юй Саньнян. Она родилась из вашего нежелания отпустить эту связь. Вы говорили, что страдаете, потому что любите её слишком глубоко, — Ло Цю перекатывал светящийся шар на ладони. — Но если исчезнут все прекрасные воспоминания, откуда возьмется одержимость? Поэтому те, кому суждено расстаться... в конце концов расстаются.
— Неужели... я тоже... — Его глаза окончательно закрылись.
Когда Су Хоудэ снова открыл их, он почувствовал лишь, что его тело продрогло и насквозь промокло — ситуация казалась ужасной. — Где... где я? И кто вы такой?
Мастер по нефриту из прошлой жизни исчез, и теперь этот человек был просто самим собой — Су Хоудэ, без малейшей памяти о череде невероятных событий.
Однако возникла проблема. Любой человек, упавший в ледяную воду, а затем увидевший подозрительного парня в маске, чувствовал бы себя неважно.
Ло Цю произнес: — Не важно, кто я... Важно другое: вы ничего не забыли?
Су Хоудэ нахмурился, словно потерял часть памяти: — У меня... голова немного кружится.
Ло Цю положил на землю несколько купюр: — Вы забыли, что ваша семья беспокоится о вас, боясь, что вы попали в беду.
— Что?
В этот момент Су Хоудэ показалось, что он увидел призрака. Его охватил ужас, потому что парень перед ним просто... исчез!
— Неужели я видел призрака... — Его затрясло от холода.
Затем он вспомнил слова, оставленные странным парнем, и невольно вытащил телефон. И действительно — журнал вызовов был забит пропущенными от родных и друзей.
Он был поражен: — Как долго... я не возвращался домой?
http://tl.rulate.ru/book/167933/11819792
Готово:
