Глава 1: «Начало, бросающее вызов небесам»
Красный. Повсюду лишь бесконечный красный цвет.
Алый шелк, подобно водопаду, струился с потолочных балок поместья, едва заметно колыхаясь от легкого дуновения ветра.
Парча, расшитая золотыми нитями в форме драконов и фениксов, тянулась вдоль стен, придавая пространству вид величавый и роскошный.
Под высокими карнизами замерли ряды ярко-красных фонарей. Свет свечей, пробиваясь сквозь тонкую вуаль, заливал каждый уголок мягким румянцем.
В воздухе разливался тонкий аромат благородного сандала, смешиваясь с густым запахом изысканных яств. Это сочетание рождало атмосферу подлинного торжества.
Посреди этого алого великолепия разворачивалась грандиозная свадебная церемония.
Когда гости заняли свои места, церемониймейстер поместья зычно провозгласил:
— Огласить указ!
Верховный посланник с регалиями шагнул к императорскому трону, с глубоким почтением принял символ власти и текст указа о пожаловании. Развернувшись к паре новобрачных, он торжественно и громко зачитал:
— Мы, Сюаньшоу, правящий по воле Небес, Император повелевает:
— Приняв Небесный мандат, Мы правим Поднебесной, укрепляя людские устои ради процветания мира. Сие великое бракосочетание есть истинный исток вечного благоденствия. Посему Мы обращаемся к нашему шестому сыну, Цзянь Цзибаю, Князю Цзин. Муж сей добродетелен, нравом кроток, а талантом наделен свыше…
— Дошли до Нас вести о законной дочери министра Министерства Доходов Юй Цяня, деве из рода Юй по имени Цзыюань. Воспитанная в чести, она являет собой пример мягкости и грации… Следуя женским наставлениям, она станет достойным примером для подражания.
— Мы, следуя милостивому соизволению Императрицы, направляем верховного посланника с регалиями, дабы наречь Юй Цзыюань Княгиней Цзин.
— Почтительно прими сию благую судьбу, неукоснительно соблюдай путь супруги… дабы крепить дом и государство, разделяя плоды великого спокойствия.
— И да будет воля Наша исполнена!
Закончив чтение, верховный посланник передал текст указа о пожаловании стоявшему подле внутреннему чиновнику.
Тот поспешно подошел к невесте и смиренно вручил ей свиток.
Невеста, поддерживаемая придворными дамами, поспешила склониться в земном поклоне, принимая дар.
— Благодарю Ваше Величество за великую милость.
Лишь после слов благодарности она поднялась, передала указ придворной даме на хранение и вновь совершила ритуал восьми поклонов в сторону пустого трона – в направлении императорского дворца, – выражая признательность за монаршую щедрость.
Завершив все утомительные формальности, невеста при содействии служанок взялась за красный шелк, прикрепленный к другому краю вышитого шара, готовясь к следующему обряду – взаимным поклонам.
— Первый поклон – Небу и Земле!
Верховный посланник продолжал распоряжаться церемонией. Его голос, звонкий и протяжный, эхом разносился под сводами просторного главного зала.
Юный жених, давно ожидавший этого мига, медленно повернулся лицом к распахнутым дверям, за которыми лежали бескрайние просторы мира.
На вид ему было около пятнадцати лет. В чертах лица еще угадывалась детская мягкость, а над верхней губой пробивался едва заметный пушок – след расцветающей юности.
Однако в развороте бровей уже читалось неординарное благородство, а черные глаза, спокойные, как зеркало пруда, таили в себе недетскую рассудительность.
Его парадное одеяние алого цвета подчеркивало исключительное положение: на груди золотыми нитями был вышит извивающийся дракон, а змеиный узор с четырьмя когтями, казалось, вот-вот взлетит, сверкая в свете свечей.
Стоявшая рядом невеста, чье лицо скрывал густо-красный платок, даже в неподвижности изливала изящество юной поры.
Она была на полголовы ниже жениха. Тонкие пальцы так крепко сжимали шелковый шар, соединявший их, что костяшки побелели, выдавая внутреннее волнение.
На её пышном, невероятно красивом свадебном платье узор золотого фазана словно расправлял крылья, перекликаясь со змеиным узором на одеждах жениха.
Юные новобрачные, встав плечом к плечу, по знаку церемониймейстера совершили глубокий поклон Небу и Земле.
Их движения были слаженными, а этикет – безупречным.
Среди гостей, наблюдавших за таинством, не было случайных людей: важные вельможи, титулованная знать и немногие члены императорской семьи.
Облеченные в роскошные наряды и осыпанные драгоценностями, они в большинстве своем взирали на свадьбу с благосклонными улыбками.
Однако при более внимательном взгляде за этими улыбками можно было разглядеть целый вихрь скрытых чувств: искреннюю радость одних, зависть других и едва уловимый расчет третьих.
— Второй поклон – почтенным родителям!
Молодые развернулись, вновь обратив взоры к центру зала, где высился огромный золоченый трон.
Он был пуст, но от него исходила незримая мощь, символизирующая абсолютную власть императора.
Позади трона высилась гигантская золотая ширма, на которой было вырезано облачное море девяти небес, где в тумане то появлялись, то исчезали хвосты божественных драконов.
Даже посланник, представлявший самого государя, смиренно стоял подле трона, не смея нарушить этикет ни единым лишним жестом.
Юный жених уставился на пустой престол. В его взгляде что-то мелькнуло, но он тут же склонился вместе с невестой.
Действовал он плавно и торжественно – было очевидно, что юноша прошел суровую школу дворцового воспитания.
— Поклон друг другу!
В этот миг в глазах юноши вспыхнул сложный, трудноуловимый свет.
Он слегка повернулся к девушке, которая вот-вот должна была стать его княгиней.
Они смотрели друг на друга сквозь плотную ткань красного покрывала. И хотя их взоры не могли встретиться, каждый чувствовал малейшее изменение в дыхании партнера.
Они склонились в поклоне. Алый шелковый шар качнулся между ними, знаменуя, что отныне их судьбы сплетены воедино.
— Проводить в покои новобрачных!
Церемония наконец завершилась, и под шумные поздравления пара медленно покинула зал.
С их уходом напряженная атмосфера в главном зале заметно разрядилась.
Гости начали рассаживаться, завязывая негромкие беседы, а слуги засновали между столами, разливая вино и расставляя кушанья.
Веселый смех наполнил поместье. Казалось, все присутствующие искренне желают счастья молодым.
Но за этим нарядным фасадом проницательный наблюдатель мог заметить нечто странное: слишком многозначительные взгляды, которыми обменивались иные сановники, нарочитую пышность поздравлений и непостижимую суть даров, скрытых за искусной упаковкой.
…
Покинув главный зал, новобрачные разошлись в разные стороны.
Невесту в окружении толпы придворных дам и служанок повели по длинным галереям вглубь поместья, где её ждала ночь брачных свечей.
Жениху же предстояло сменить тяжелый наряд на более легкое платье и вернуться к гостям.
— Ван, прошу вас, следуйте за вашей слугой, — проговорила немолодая служанка, кланяясь. Её голос звучал мягко, но в нем слышалась привычка к исполнению приказов.
Юноша едва заметно кивнул и последовал за ней по извилистым коридорам.
В садах за окнами причудливо громоздились камни, а редкие деревья и цветы колыхались под свежим весенним ветром.
Издалека доносился шум пиршества, который здесь, в тишине внутренних переходов, казался особенно далеким.
Они вошли в изысканно убранную комнату, где уже дожидались четыре служанки.
Увидев вошедшего, они разом склонились в глубоком поклоне.
— Ван, позвольте помочь вам, — тихо произнесла старшая.
Юноша послушно встал перед огромным бронзовым зеркалом, разведя руки в стороны.
Края зеркала украшала искусная резьба в виде свернувшихся драконов, а сама поверхность была отполирована до такого блеска, что отражала его фигуру с идеальной четкостью.
Опытные служанки принялись снимать с него тяжелое парадное одеяние.
Сначала расстегнули яшмовый пояс, затем осторожно сняли верхнее красное платье с драконьим узором, следом одно за другим убрали многочисленные украшения.
Каждое действие было выверено до мелочей, подчеркивая величие императорского дома.
Без тяжелых одежд юноша остался в одной лишь простой белой нательной рубахе, что делало его фигуру еще более стройной и высокой.
Служанки принесли темно-красный шелковый халат, расшитый неброским узором в виде облаков. Этот наряд не уступал в благородстве парадному, но был куда легче.
Пока девушки хлопотали вокруг него, юноша пристально всматривался в свое отражение.
Лицо, еще сохранившее детские черты, уже обретало твердость линий: прямой нос, четко очерченные губы, брови-мечи и ясные глаза.
Но больше всего поражал взгляд – глубокий, темный, наполненный раздумьями, которые никак не вязались с его возрастом.
— Пятнадцать лет прошло… — прошептал он так тихо, что звук был слышен лишь ему самому.
Его звали Цзянь Цзибай. Шестой принц Великой династии Сюань, рожденный ныне правящей Императрицей.
Однако в этом юном теле жила душа, пришедшая из совершенно иного мира.
Пятнадцать лет назад, когда он впервые открыл глаза, то обнаружил, что стал младенцем.
То ощущение до сих пор было свежо в памяти: расплывчатое зрение, полное бессилие плоти и пугающие размеры всего, что его окружало.
Ему потребовалось немало времени, чтобы принять факт собственного перерождения.
Этот мир не походил ни на одну историческую эпоху, знакомую ему по книгам.
Великая династия Сюань существовала всего пятнадцать лет – ровно столько же, сколько жил здесь он сам.
Шел пятнадцатый год эры Сюаньшоу. Молодое государство находилось в поре становления, поднимаясь из руин.
Но история Великой Сюань была неразрывно связана с падением прежней империи, Великой династии Цянь… и с теми ужасными созданиями, которых здесь называли демонами.
Да, в этом мире существовали монстры, чья мощь превосходила любое воображение.
Они принимали самые разные формы: одни походили на зверей, другие напоминали людей, но всех их объединяла чудовищная сила.
Именно из-за них Великая династия Цянь, правившая более пяти веков, рухнула в прах всего за десять лет.
Пока служанки поправляли его новый наряд, мысли юноши унеслись в те мрачные времена.
Пятьсот лет правления Цянь видели немало бедствий, но внутренние раздоры всегда уравновешивались. Последний император той эпохи не был великим мужем, но и в никчемности его обвинить было нельзя.
Если бы не роковая случайность, та династия могла бы просуществовать еще десятилетия.
Но появление демонов изменило всё.
До их прихода в этом мире не было и следа сверхъестественных сил.
Все легенды и сказания считались лишь плодом воображения, а человеческие знания опирались исключительно на законы физики.
Вторжение демонов впервые доказало, что за гранью обыденного существуют иные силы.
Но это доказательство принесло не радость познания, а гибель.
Человеческие армии оказались бессильны против существ, чьи шкуры не пробивали клинки, чья сила была безмерна, а хитрость – непостижима.
Самые доблестные воины и острейшее оружие пасовали даже перед слабейшими из монстров.
Тысячи солдат закончили свой путь в утробах тварей, города падали один за другим, превращаясь в пепелища.
И именно тогда все застарелые язвы империи Цянь вскрылись под ударами этого кризиса. Мятежи, голод и мор хлынули неудержимым потоком.
Огромная империя рассыпалась, как карточный домик. Члены правящего рода были почти поголовно истреблены, спастись удалось лишь единицам.
За этим последовал век тьмы.
Цзянь Цзибай читал об этом в дворцовых хрониках, и от этих строк у него до сих пор кровь стыла в жилах.
Человеческая цивилизация практически деградировала до первобытного состояния. Законы и порядок перестали существовать.
Демоны рыскали повсюду, и люди превратились в добычу.
Голод, болезни, насилие и смерть стали повседневностью. Это была самая беспросветная страница в летописи человечества.
Но в этой бескрайней мгле люди все же нащупали путь к спасению.
Никто не знал точно, когда это началось, но некоторые стали находить способы противостоять тварям.
Они изучали строение их тел, искали уязвимые места.
Но что более удивительно – нашлись те, кто сумел извлечь силу из самих демонов и обратить её себе во благо.
Так на подмостки истории вышли воины и заклинатели.
Воины закаляли плоть, используя кровь демонов для укрепления тел, обретая мощь и защиту, сравнимую с силой самих чудовищ.
Заклинатели же совершенствовали Божественную Душу, развивая разум и дух, овладевая искусством управления духовной силой и подчинения чужой воли.
Появление этих двух путей ознаменовало начало новой эры: человечество наконец-то смогло сражаться на равных, перестав уповать лишь на хитрость и удачу.
С ростом сил воинов и заклинателей положение людей стало меняться. Возводились крепости, восстанавливался порядок, вновь разгорался огонь цивилизации.
И когда на свет явился первый Святой Войны, эпоха тьмы наконец подошла к концу.
Этим Святым Войны был не кто иной, как родной отец Цзянь Цзибая в этой жизни – основатель Великой династии Сюань, единственный признанный миром Святой Войны, Император Сюаньшоу.
Цзибай считал, что ему неимоверно повезло.
В конце концов, в мире, истерзанном демонами, что может быть лучше, чем иметь своим отцом сильнейшего воина Поднебесной?
Без защиты грубой силы любой высокий титул – лишь замок из песка.
Гибель прежнего императорского дома Цянь была тому лучшим подтверждением: все те высокородные принцы в большинстве своем стали лишь кормом для чудовищ.
В прошлой жизни судьба не была к нему благосклонна, но в этой он получил начало, воистину бросающее вызов небесам.
http://tl.rulate.ru/book/167897/11911215
Готово:
