Глава 46. Тайна эволюции Мангэкё Шарингана
Попрощавшись с Микото, Кюяма Учиха не стал тратить время на праздное безделье. Наследие клана он уже получил из рук Великого Старейшины Рё Учихи, однако в самом сердце их квартала всё ещё тикала мина замедленного действия. Именно этот «сюрприз» из прошлого когда-то развёл пути Мадары Учихи и Хаширамы Сенджу, что в конечном итоге привело к кровопролитным мировым войнам шиноби.
Этой миной была каменная плита, сокрытая в глубинах храма Нака. Легенды гласили, что её оставил сам Мудрец Шести Путей, и клан Учиха из поколения в поколение оберегал этот артефакт, веря, что в нём зашифрована истина о мироздании.
Плита была по-настоящему мистической: чем выше был уровень Шарингана владельца, тем больше тайных строк открывалось его взору. В своё время, когда разногласия между Мадарой и Первым Хокаге стали невыносимыми, лидер Учиха нашёл на этом камне радикальный способ решения всех проблем — план «Глаз Луны».
Мадара Учиха был гением своей эпохи. Если бы не Хаширама Сенджу, чей расцвет пришёлся на то же время, Мадара мог бы единолично диктовать волю всему миру. Возможно, будучи перфекционистом, он видел, что идеалы его друга по созданию деревни не искореняют насилие, а лишь выводят его на новый уровень. Раньше это были стычки между отдельными кланами, но после объединения Сенджу и Учиха и создания Конохи их примеру последовали другие страны. Сила возросла многократно, и любой конфликт теперь превращался в мировую войну, где в мясорубку попадали и шиноби, и мирные жители.
Мадара предвидел, что нехватка людей на фронте заставит бросать в бой детей, едва освоивших три базовые техники — Итачи Учиха стал живым подтверждением этих опасений. Взгляд Мадары был пронзительным, он чувствовал грядущий хаос и не мог его принять.
Идеи Хаширамы и Мадары разошлись. Мадара покинул деревню, а клан, ослеплённый долгожданным миром, отказался следовать за своим лидером. Единственным, на что опирался Мадара в своём изгнании, был тот самый путь к вечному покою, начертанный на плите Мудреца — план «Глаз Луны».
Именно ради этого он позже сошёлся в смертельной схватке с Хаширамой. Ему нужна была плоть друга, чтобы соединить её со своей и обрести силу всего сущего. Только пробудив Риннеган, которым обладал лишь Мудрец Шести Путей, можно было призвать оболочку Десятихвостого и запустить план.
Однако Кюяма знал то, чего не знал Мадара: содержание плиты было искажено Чёрным Зецу — третьим сыном Кагуи Ооцуцуки, созданным мгновение до её запечатывания. Целью этого существа было вовсе не спасение мира, а воскрешение матери. Мадара Учиха, мечтавший о вечном мире, стал лишь жалкой марионеткой в руках древнего манипулятора.
Чтобы избавить сородичей от лишних сомнений и безумных идей — включая Итачи и Шисуи, которые ещё не успели вникнуть в суть написанного — Кюяма решил нанести упреждающий удар. Он решил просто забрать плиту и спрятать её в своём пространстве, отрезав к ней доступ навсегда.
Храм Нака всегда был местом собраний и почитания предков. Несмотря на его священный статус, внутри не хранилось никаких материальных ценностей, поэтому стражу там не выставляли. Кюяма уже бывал здесь раньше, ещё обладая тремя томоэ. Тогда он до рези в глазах всматривался в холодный камень, едва не заработав косоглазие, но так и не смог прочесть ни строчки.
После пробуждения Мангэкё он был слишком занят спасением клана и жизни Шисуи, к тому же содержание плиты не было для него секретом. Но теперь, когда Учиха готовились к великому переселению, Старейшины наверняка не захотели бы оставлять реликвию здесь. Кюяма решил действовать первым: он спрячет оригинал в пространстве, а когда Старейшины хватятся — подсунет им искусную подделку. Пусть этот источник раздора покоится там, где его никто не найдёт.
В лучах утреннего солнца Кюяма неспешно подошёл к храму. В столь ранний час здесь не было ни души. Остановившись перед плитой, он активировал Мангэкё Шаринган. Пробежав глазами по тексту, юноша лишь презрительно скривился — всё было именно так, как он и ожидал.
На камне кратко описывалась история мира шиноби, распространение чакры, клан Ооцуцуки, Божественное Древо и его плод, а также то, как Мудрец Шести Путей запечатал взбесившегося Десятихвостого. Были там и инструкции по эволюции Шарингана, вплоть до получения Вечного Мангэкё Шарингана.
Кюяма скептически относился к описанному методу. Если зрить в корень, у Индры, старшего сына Мудреца, был всего один брат — Асура. Сомнительно, что Асура вырвал бы свои глаза ради брата, да и не было у него Шарингана — он унаследовал «тело шиноби». Значит, у Индры физически не могло быть второй пары глаз Мангэкё для пересадки.
К тому же, Индра никогда не слеп. Это наводило на мысль, что пересадка глаз кровного родственника — не единственный путь к Вечному Мангэкё. Вряд ли Мудрец Шести Путей, обладавший столь масштабным видением мира, оставил бы своим потомкам столь кровавый и мучительный способ развития.
Скорее всего, эволюция возможна за счёт собственных сил, а «простой и грубый» метод с пересадкой был вписан Чёрным Зецу, чтобы подтолкнуть Учиха к междоусобицам и облегчить выполнение своего плана.
Система Кюямы подтверждала эту теорию. Она могла снижать порог вхождения и убирать побочные эффекты, но не создавала ничего из пустоты. Правильный путь к Вечному Мангэкё, вероятно, лежал через развитие колоссальной духовной энергии и чакры Инь, достаточной для качественного скачка.
Более того, при пробуждении Мангэкё шиноби получает уникальные техники. В оригинальной истории Саске Учиха, пробудив Риннеган в одном глазу, также получил новую способность. Следовательно, и переход к Вечному Мангэкё должен даровать новые силы. Если этого не происходило у других, то лишь потому, что они шли «коротким путём», не пробуждая истинный потенциал своих глаз.
http://tl.rulate.ru/book/167826/11637229
Готово:
