Ветер был свирепым — будто затаил личную обиду — он хлестал по лицу так сильно, что кожа горела.
Леви уже перестал обращать внимание на боль. Точнее, у него просто не осталось свободных ресурсов, чтобы об этом беспокоиться. Весь его фокус был сосредоточен на двух вещах:
Первое — продолжать движение.
Второе — не упасть.
Легкие казались рваными кузнечными мехами. Каждый вдох сопровождался хриплым «хафф-хафф», втягиваемый воздух был ледяным и жестким, словно бесчисленные морозные иглы вонзались прямо в горло и легкие, оставляя после себя жгучую боль.
Исцеляющий фактор давал ему выносливость, намного превосходящую человеческую — но у него не было службы поддержки клиентов. Он восстанавливал тело, но не избавлял от страданий.
Будь это прежний Леви, офисный планктон из прошлой жизни, он бы уже пускал пену ртом, валяясь лицом вверх в сугробе и дожидаясь, пока преследующие его собаки начнут свой пир.
Но сейчас он не мог остановиться — и не смел.
Лай позади звучал как боевые барабаны смерти, каждый выкрик громче и ближе предыдущего.
— Гав! Гав-гав!
В этих звуках слышалось нескрываемое возбуждение — азарт хищников, приближающихся к свежему мясу. В мертвой тишине заснеженного леса этот шум разносился пугающе далеко.
«Чертовы твари...» — мысленно выругался Леви, то ли на самих собак, то ли на солдат ГИДРЫ, держащих их на поводках. Использовать собак для выслеживания на снегу — это чистое читерство. Никакой чести.
Он не смел бежать по прямой. Это сделало бы его легкой мишенью. Вместо этого, полагаясь на смутные воспоминания о карте, он намеренно выбирал самую труднопроходимую местность.
Впереди показались густые заросли кустарника высотой по пояс, погребенные под тяжелым снегом. Не раздумывая, он нырнул прямо в них.
Сухие, острые ветки трещали и хлестали по шинели, разрывая брюки и вырезая кровавые полосы на ногах.
Исцеляющий фактор сработал мгновенно — зудящее онемение распространялось, когда раны закрывались почти так же быстро, как появлялись.
Вырвавшись с другой стороны, он угодил прямо в засыпанную снегом яму. Нога провалилась, равновесие исчезло, и он тяжело рухнул лицом вниз, наглотавшись ледяного крошева.
— Пфу! Пфу! — он выплюнул снег, вскочив на ноги, даже не проверяя себя на травмы, и побежал дальше.
Он уже чувствовал это — выносливость быстро иссякала. Конечности становились тяжелыми, будто их налили расплавленным свинцом.
Так дело не пойдет.
Человек не может убежать от собак, особенно в глубоком снегу и на пересеченной местности.
Ему нужно было полностью оборвать след.
Мозг лихорадочно соображал.
Залезть на дерево? Слишком очевидно. Собаки просто окружат его снизу и будут лаять, пока не придет расстрельная команда.
Оставался только один вариант —
Место, которое могло бы полностью стереть запах и следы.
Вода... или пещера.
Вода!
Его глаза загорелись. Впереди виднелся узкий ручей, поверхность которого затянуло тонким льдом. Он свернул к нему и, не колеблясь, шагнул в воду.
Хрусть.
Лед разбился, и ледяная вода хлынула по голени. Холод был диким, словно сверлил кости.
Стиснув зубы, Леви заставил себя идти вниз по течению, пробираясь по воде больше ста метров.
Это должно сбить собак с толку — по крайней мере, на какое-то время.
Он выбрался на берег, вода стекала с одежды. Брюки уже одеревенели от льда, поскрипывая при каждом шаге.
Если он не найдет укрытие в ближайшее время, гипотермия закончит то, что не удалось ГИДРЕ.
На бегу он лихорадочно осматривался.
Лунный свет, отражаясь от снега, давал достаточно видимости, чтобы разобрать очертания ландшафта.
И тут он увидел это.
Примерно в двухстах метрах слева — темная скалистая стена.
Большая часть ее была голой, но у самой земли что-то выглядело... странно.
Густое скопление низких кустарников прижималось к скале, снег на них лежал с едва заметным выступом наружу — будто у горы вырос небольшой животик.
Это не было похоже на естественный рельеф.
Там что-то было.
Надежда вспыхнула в груди. Он вложил остатки сил в ноги и рванул туда.
Чем ближе он подходил, тем сильнее крепла уверенность.
Он раздвинул засыпанные снегом ветки и обнаружил узкую, черную расщелину — как раз такой ширины, чтобы человек мог проскользнуть боком.
Вход был идеально замаскирован. Тот, кто прошел бы мимо сотню раз, ничего бы не заметил.
Он не стал вбегать внутрь сразу.
Медведи, волки — зимние пещеры не всегда пустуют.
Леви прижал ухо к холодному камню, затаив дыхание.
Тишина.
Только медленное «кап-кап» воды эхом доносилось из глубины.
Он принюхался — запах влажной земли и камня. Никакого мускуса диких животных.
Достаточно безопасно.
Лай позади звучал уже ближе.
Он крепче прижал к себе МП-40 и боком протиснулся в щель, ввинчиваясь внутрь, как отчаявшаяся змея.
Как только тело оказалось внутри, воздух изменился.
Здесь было теплее. Не тепло — но гораздо менее смертоносно, чем снаружи.
Он едва успел почувствовать облегчение, как нога поскользнулась.
— Бах!
Он тяжело рухнул, ударившись о землю и едва не выронив автомат.
Вход уходил под уклон вниз, скользкий от льда из-за просачивающейся воды — настоящая природная ловушка.
Игнорируя боль, он поднялся и осторожно двинулся вглубь, держась одной рукой за каменную стену.
После короткого поворота пространство расширилось.
Просторный природный грот — размером почти с половину баскетбольной площадки. Свод уходил высоко вверх, зубчатые сталактиты свисали, как кости древних зверей, тускло освещенные слабым светом, проникающим снаружи.
Наконец-то он мог остановиться.
Леви сполз по массивному камню, обессиленный, жадно хватая ртом воздух. Облегчение нахлынуло на него, как теплая морская вода.
Он вытащил сухпаек, отобранный у командира ГИДРЫ, и с жадностью откусил большой кусок.
Сухой. Твердый. От него болели десны.
И на вкус это была самая лучшая еда в его жизни.
Он уничтожил почти всё, затем сделал несколько глотков ледяной воды из фляги. Огонь в груди медленно утих, сила начала возвращаться в конечности.
Порезы и ссадины уже затягивались, нестерпимо зудя по мере формирования корост.
Он щелкнул зажигалкой.
Дзинь.
Маленькое оранжевое пламя расцвело, отгоняя тьму и принося хрупкое чувство безопасности.
При его свете он достал карту и осторожно расстелил ее на сухом камне.
Грубая — но убийственно точная.
В центре красный крестик помечал «Fabrik», словно паук в центре паутины. Маршруты патрулей расходились лучами во все стороны, каждый был снабжен временем и примечаниями.
Леви провел пальцем по пути своего отступления — и по его телу пробежал холодный пот.
Он пробежал прямо через самый большой разрыв между маршрутами патрулирования.
Один неверный поворот, и он бы лоб в лоб столкнулся с другим отрядом ГИДРЫ.
— Черт... это было чистое везение, — пробормотал он.
Затем он вытащил синий энергокуб.
В мерцающем свете зажигалки он выглядел еще более нереальным. Свет внутри него переливался, глубокий и живой.
Мощь — древняя, чистая — сжатая в предмет, помещающийся в ладони.
И как, черт возьми, он должен это использовать?
Он вертел его, тыкал пальцем, даже пытался сосредоточиться на нем, как какой-нибудь герой романов про культивацию.
Ничего.
Кроме легкого головокружения.
— Отлично. Никакого руководства. Технологии высшего уровня, а инструкций — ноль, — проворчал он, сдаваясь.
Он аккуратно завернул куб и карту в промасленную ткань и спрятал глубоко под одежду.
Теперь это была его настоящая соломинка для спасения.
Внезапно — снаружи эхом донеслись голоса и лай.
Он подкрался к входу и выглянул.
Лучи фонарей метались между далекими деревьями — но они удалялись.
Трюк с водой сработал.
Они его потеряли.
Леви глубоко выдохнул, напряжение покидало его тело.
В безопасности. Пока что.
Усталость ударила по нему, как приливная волна.
Веки казались налитыми свинцом.
«Нет. Не спать».
Он сильно ущипнул себя за бедро. Боль заставила его встряхнуться.
Уснуть здесь — всё равно что положить голову на плаху.
Заставив себя подняться, он решил осмотреть пещеру, прежде чем отдыхать.
МП-40 наготове, зажигалка поднята высоко, он двинулся вглубь.
Пещера тянулась дальше, неровный пол был усыпан обломками камней. Воздух становился холоднее и влажнее. Капающая вода отдавалась неестественным эхом, действуя на нервы.
Пройдя пятьдесят или шестьдесят метров, туннель резко повернул.
Он прижался к стене и осторожно выглянул.
Дальше был еще более просторный зал — тьма полностью поглощала его дальний конец.
Только он приготовился сделать шаг вперед...
Как услышал это.
Звук настолько слабый, что он почти терялся в шуме капающей воды.
Но Леви мгновенно замер.
Это был не ветер.
И не вода.
Это был звук чего-то тяжелого — металлического — медленно волочащегося по камню.
«Скрежет... звон...»
Медленно. Размеренно. Будто ржавую цепь тянут сквозь тьму впереди.
Леви оцепенел.
Зажигалка выскользнула из его пальцев.
Клик.
Падающая капля мгновенно погасила пламя.
Абсолютная тьма поглотила его целиком.
Сердце начало бешено колотиться.
В этой пещере был кто-то еще.
http://tl.rulate.ru/book/167718/11915821
Готово:
