Ки Мухёк продолжал давить на чувство вины Но Гучхона.
Бормоча извинения, он низко опустил голову и состроил максимально жалобное выражение лица.
Внезапно он зашелся деланным кашлем и прохрипел:
— Кхм-кхм! На самом деле я так хотел войти в тройку лучших… Хотел получить этот бесценный шанс — перенять мудрость главы… Но из-за ранений я даже не смог нормально пройти испытание, и этот шанс упущен… Кхм-кхм!
Эти слова острым ножом полоснули по и без того измученной совести старика.
Ки Мухёк не смог завершить экзамен из-за убийц, а то, что Союз не смог предотвратить их проникновение, было полностью виной организаторов.
— Я просто ничем не интересуюсь, кроме боевых искусств… Кхм-кхм! Простите за мою поспешность и наглость. Если я поставил вас в неловкое положение, мне очень жаль.
— Эх, вот ведь беда…
Но Гучхон был старым, тертым калачом.
Он прекрасно понимал, что Ки Мухёк, который до его прихода выглядел вполне бодрым, сейчас нагло притворялся смертельно больным.
Но эта игра не вызывала у него злости, скорее наоборот, умиляла.
«Эта просьба продиктована искренней жаждой знаний и стремлением достичь новых высот в боевых искусствах… Как тут злиться?»
Поразмыслив с минуту, Но Гучхон тяжело вздохнул и кивнул:
— Ладно. Беру ответственность на себя. Я устрою тебе встречу с главой.
Ё Пхильгык, конечно, оторвет ему голову за то, что он раздает такие обещания без спроса, но Но Гучхон был уверен, что это поможет самому главе избавиться от угрызений совести.
В ту же секунду лицо Ки Мухёка озарила лучезарная улыбка.
— Спасибо вам огромное!
Услышав его вновь окрепший голос, Но Гучхон расхохотался:
— Ах ты паршивец! Так и знал, что притворяешься!
— Разве не может быть, что от переизбытка радости мои раны мгновенно исцелились?
— Что ты сказал? Ха-ха-ха!
Глядя на то, как Ки Мухёк беззаботно перешучивается со старейшиной, годящимся ему в деды, Шин Канхон и Ким Бокчжа взирали на него с плохо скрываемым отвращением.
«Ух, ну и наглая морда…»
«Что с Учителем, что здесь… И почему он так легко находит общий язык с этими стариками?»
Шин Канхон недовольно скривил губы, явно завидуя тому, что Ки Мухёк получит наставления от самого главы.
Впрочем, он не считал эту награду несправедливой.
«Приходится признать».
Убийцы, проникшие на экзамен, были настолько сильны, что молодым мастерам приходилось наваливаться на них всей толпой, чтобы хотя бы ранить.
«А этот псих бился с ними один на один…»
Чем больше Шин Канхон узнавал Ки Мухёка, тем больше тот его поражал.
И навыки в боевых искусствах, и его маниакальное усердие, и этот пугающий взгляд, и до жути холодное хладнокровие.
Ки Мухёк был человеком, заставляющим Шин Канхона испытывать чувство неполноценности, которого тот никогда прежде не знал.
Но каждый раз, испытывая это чувство, Шин Канхон ощущал, как в нем закипает жажда победы.
Заметив его пристальный взгляд, Ки Мухёк нахмурился:
— Чего вылупился?
— Вот увидишь. Мои оценки за экзамен будут в разы выше твоих.
Фыркнув, Шин Канхон отвернулся и обратился к Но Гучхону:
— А что будет с нашими результатами?
Экзамен отменили, но до этого момента команда Шин Канхона уверенно лидировала.
Он был не против пройти его заново, но все равно было немного обидно.
— Я как раз собирался вам об этом рассказать.
Но Гучхон криво усмехнулся и продолжил:
— Мы проанализировали записи с камер и выставили оценки. Тем, кто явно сдал или провалился, мы уже рассылаем результаты. А в спорных случаях придется назначить пересдачу.
Сейчас представители Союза обходили палаты и сообщали молодым мастерам их результаты.
— Вы двое на этом экзамене…
Шин Канхон сглотнул, весь обратившись в слух.
Ки Мухёк же сохранял каменное спокойствие.
«На хорошие оценки рассчитывать не приходится. Либо пересдача, либо… если раны не заживут вовремя, придется ждать следующего экзамена».
В отличие от Шин Канхона, который лидировал с самого начала, Ки Мухёк и Ян Хаюн попали в ловушку Черно-Белого и даже не смогли нормально завершить первое задание.
Конечно, он добился главной цели — встречи с главой Союза, так что особо не расстраивался.
«К тому же я получил неожиданный бонус».
Внутри даньтяня Ки Мухёка по-прежнему пульсировала энергия крайней инь.
Он думал, что со временем она рассеется, но энергия, казалось, лишь укоренилась еще глубже.
«Возможно, такой мастер, как глава Союза, знает, почему энергия крайней инь впиталась в мое тело?»
У него не было времени расспросить Учителя Чхве Гона.
Но, когда тот рассказывал ему о Дитя Пяти Стихий, он не упоминал ничего подобного. Поэтому Ки Мухёк предполагал, что об этом феномене знают единицы, или же вообще никто.
Однако интуиция подсказывала ему, что если он овладеет Божественной техникой Пяти Стихий, то сможет контролировать эту энергию.
«Я получил шанс стать еще сильнее, так что результаты экзамена не имеют значения».
Будет обидно, конечно, но даже в случае провала он решил мыслить позитивно.
Словно прочитав его мысли, Но Гучхон лукаво улыбнулся и закончил фразу:
— Поздравляю. Вы оба сдали экзамен и получили квалификацию мастеров Второго ранга.
— Дааа!
— …?
Шин Канхон победно вскинул здоровую руку, а Ки Мухёк, не веря своим ушам, широко распахнул глаза и переспросил:
— Я тоже? Но ведь мои оценки были на самом дне…
— Задание, которое тебе досталось… Оказалось, что с его сложностью возникла проблема.
Как выяснилось, замаскированные под Черных-Белых убийцы намеренно завысили сложность испытания, чтобы Ки Мухёк и Ян Хаюн отстали от остальных.
Несмотря на то, что экзаменаторы оценивали их только по записям до входа в хижину, все они в один голос заявили, что их испытание было в несколько раз сложнее, чем у других участников.
— Это учли при выставлении оценок. Главы Восьми Великих Кланов тоже посмотрели видео и согласились с таким вердиктом, так что результат не изменится.
Ки Мухёк, усмехнувшись про себя, пробормотал:
— А я-то думал, почему так жестко…
— Вот и отлично! Теперь смогу спокойно пожрать дома, не мучаясь угрызениями совести.
— Ну, мне тоже было бы паршиво, если бы ты один провалился.
Ким Бокчжа и Шин Канхон хихикали, радуясь за него, как за самих себя.
Ки Мухёк слабо улыбнулся и с облегчением выдохнул.
Он уже был готов к провалу, но все-таки сдать экзамен оказалось куда приятнее.
— Что ж, мне пора возвращаться на совещание.
Поднявшись, Но Гучхон велел парням хорошенько отдохнуть и еще раз поблагодарил их:
— Вы рисковали жизнями, сражались со злодеями и в итоге защитили своих товарищей. Я верю, что именно в этом заключается дух Светлого пути. Прошу, всегда гордитесь тем, что совершили сегодня.
— …
Услышав это, Ки Мухёк почувствовал, как к горлу подступил комок.
В прошлой жизни, будучи бродягой, он тоже не прощал злодеев и никогда не бросал товарищей.
Но никто этого не ценил. В теневом мире бродяг всегда считали наемниками, готовыми на все ради денег.
— …Все-таки здорово быть на Светлом пути.
— Чего ты несешь?
Ким Бокчжа, молча стоявшая рядом, ткнула Ки Мухёка в бок.
Она знала, что он получал предложение о работе в теневом мире, и таким образом предупреждала его следить за языком при Но Гучхоне.
— Ха-ха-ха! Ничего страшного! Я тоже рад, что ты, Мухёк, выбрал Светлый путь!
К счастью, старейшина не увидел в его словах ничего подозрительного.
Как-никак, он был учеником Демона Меча.
Так что ничего удивительного, если его взгляды отличались большей свободой.
— Примерно через месяц возобновятся экзамены на Первый ранг и Абсолютное мастерство. В конце вам всем предстоит соревноваться друг с другом за финальные оценки… И я буду внимательно за вами следить.
«Как далеко зайдут эти невероятные таланты к нашей следующей встрече?»
Одной лишь мысли об этом Но Гучхону было достаточно, чтобы расплыться в довольной улыбке.
Ведь даже сейчас глаза Ки Мухёка и Шин Канхона горели неистовым огнем.
— Соревноваться с абсолютными мастерами? А звучит… потрясающе.
— Месяц, говорите? Эй, псих! Как выпишемся, сразу приступаем к спецтренировкам!
— Идиоты, пока не вылечитесь, даже не думайте браться за оружие!
И тут Ки Мухёк, словно вспомнив о чем-то, спросил:
— Ах да, вы не знаете, как там Ян Хаюн?
* * *
Ян Хаюн пришла в себя лишь на третий день после того, как потеряла сознание.
— Нет…!
Вздрогнув, будто от кошмара, она с трудом разлепила веки.
Все ее тело было покрыто липким потом и казалось невероятно тяжелым, а дыхание сбивалось, хотя она просто лежала.
— Хаюн! Хаюн! Очнулась?
Вскоре у ее изголовья раздался до боли знакомый голос.
Сквозь затуманенный взор Ян Хаюн разглядела белоснежные волосы и изящные черты лица.
— Учитель?
— Да! Твой Учитель здесь. Ох, девочка моя… Наконец-то пришла в себя.
Ледяная дева со слезами на глазах крепко обняла свою ученицу.
Ян Хаюн полностью истощила энергию крайней инь и едва не повредила источник жизни.
К счастью, благодаря первой помощи Союза и вовремя подоспевшей Ледяной деве серьезных последствий удалось избежать.
Сгоравшая от беспокойства Ледяная дева, не переставая лить слезы, улыбнулась и сказала:
— Я связалась с твоими родителями, они скоро приедут. У тебя нигде ничего не болит?
— Все хорошо… Хе-хе. Учитель. Обнимите меня еще чуть-чуть.
— Конечно. Сегодня я исполню любой твой каприз.
После пробуждения особого телосложения Ян Хаюн отдалилась от родителей, и Ледяная дева стала ей ближе родной матери.
Бездетная Ледяная дева тоже души не чаяла в ученице.
Великая старейшина и сильнейший мастер Клана Солнца и Луны.
Хладнокровный мастер, чье влияние в Клане не уступало власти главы, рядом со своей ученицей превращалась в чрезмерно заботливую наседку.
— Я проспала целых три дня?
— Да. Знаешь, как я перепугалась?
Какое-то время они тихо переговаривались.
И вдруг, вспомнив кое-кого, Ян Хаюн встревоженно спросила:
— Ки Мухёк! Как там Ки Мухёк? Вы не знаете?
— Тот парнишка, на которого вы напали вместе с тобой? Не переживай. Он быстро идет на поправку, скоро выпишут.
Умиляясь доброте ученицы, Ледяная дева ласково погладила ее по голове.
До чего же светлый ребенок. Сама лежит израненная, а первым делом о товарище спрашивает.
Однако из ее дальнейших слов Ледяная дева почувствовала что-то неладное.
— Ему сильно досталось, потому что он вернулся спасти меня… Он был весь в ранах, а еще энергия крайней инь…
Не договорив, Ян Хаюн осеклась.
В ее памяти всплыло, как перед боем с Черно-Белым-13 Ки Мухёк высвобождал энергию крайней инь из своего тела.
«Он солгал мне. Скрыл свое истинное телосложение!»
Он был ее спасителем, но обида все равно скреблась в груди.
И все же она была ему безмерно благодарна за то, что он ее не бросил. Он бесил ее, но в то же время ей было безумно перед ним стыдно.
При мысли о Ки Мухёке в ее голове образовалась такая каша из противоречивых чувств, что она уже и сама не понимала, что чувствует.
— Наш Клан Солнца и Луны щедро его отблагодарит. А если он пожелает, я готова принять его в ученики и обучить боевым искусствам.
— Ага…
Однако она с трудом могла представить Ки Мухёка членом Клана Солнца и Луны.
— Ах да, чуть не забыла. Вчера он заходил тебя проведать.
— Что? Ки Мухёк приходил? Почему вы мне сразу не сказали?!
Резкая реакция ученицы заставила Ледяную деву вздрогнуть.
Разве это повод так кричать на Учителя?
— И-извини. В общем, он оставил для тебя кое-что странное…
— И что это?
Ледяная дева подошла к холодильнику и достала что-то из морозилки.
Увидев, что это, Ян Хаюн широко распахнула глаза.
— А…
Это было то самое яйцо, которое они получили на первом задании от Черно-Белого. Целое и невредимое.
Но с одним небольшим отличием.
Ки Мухёк нарисовал на нем смайлик, какими пользовались разве что динозавры, и написал под ним послание:
(^-^)/
Я сдержал обещание, теперь твоя очередь
Ян Хаюн неосознанно крепко сжала яйцо обеими руками.
«Обещание? Какое обещание?»
Она не могла точно вспомнить, но в той экстремальной ситуации слова, которыми они обменивались, явно не были чем-то заурядным.
«Что же? Что мы пообещали друг другу?»
Обещание встретиться снова после того, как выберутся из этого ада?
Обещание, связанное с их будущим?
А может быть…
Дав волю фантазии, Ян Хаюн густо покраснела, а ее уши запылали.
— Придурок… Нормально сказать не мог?
Ян Хаюн еще долго бережно сжимала яйцо в руках.
«Ох, что же делать…»
И Ледяная дева, глядя на свою юную ученицу, обзавелась новым поводом для беспокойства.
http://tl.rulate.ru/book/167696/16173178
Готово:
