Первый день программы был посвящен выезду на природу и обустройству лагеря. Студентам из разных стран предстояло поближе познакомиться друг с другом, а официальным языком общения был выбран русский. Хотя Фэн Юй прибыл только к полудню, благодаря отличному произношению и любопытству со стороны сверстников, он быстрее всех из Третьей средней школы Бинчэна влился в коллектив.
После обеда ребята уселись на траву, затеяв простые игры, чтобы окончательно растопить лед. Однако учителя из Третьей школы хмурились: этот летний лагерь совсем не походил на то, что они себе воображали.
Заместитель директора Сунь полагал, что у лагеря должна быть четкая тематика: литература, математика, физика или химия. Он ждал обмена опытом, соревнований или хотя бы выставки технических изобретений. Среди отобранных им учеников как раз был один умелец, мастер на всякие мелкие выдумки.
Трое профессоров из политехнического университета тоже нервничали. Их главной целью было посещение НИИ и лабораторий, а не эти посиделки. Неужели они приехали сюда, чтобы играть в детские игры вместе со школьниками?
Понизив голос, они обратились к заместителю директора Суню, чтобы тот разузнал, когда закончится этот затянувшийся пикник. По их мнению, время тратилось впустую!
Сунь лишь беспомощно развел руками. Формально он считался главой делегации, но статус и влияние этих троих были несоизмеримо выше. Он чувствовал себя марионеткой: числился руководителем, а на деле выполнял обязанности домработницы.
В стороне студенты из какой-то страны уже начали танцевать под живые аплодисменты, и только заместитель директора Сунь, пригнувшись, пробирался сквозь толпу к организатору мероприятия.
Вскоре он вернулся с потемневшим лицом. Профессора тут же засыпали его вопросами о том, когда же начнется научная программа.
─ Коллеги, посещение НИИ обязательно будет, но не в ближайшие дни, ─ ответил Сунь. ─ Лагерь продлится полмесяца, и первая экскурсия запланирована только через три дня. А пока главная задача – отдых и развлечения!
─ Что? Развлечения? ─ один из профессоров вытаращил глаза. ─ Как в международном лагере при МГУ, с его мощнейшей научно-технической базой, темой могут быть «развлечения»? Какова вообще основная концепция мероприятия? Неужели не наука?
Заместитель директора Сунь с трудом выдавил:
─ Тема этого лагеря – искусство!
Бам!
Профессора буквально лишились дара речи.
Сам Сунь, когда узнал об этом, тоже долго не мог прийти в себя. Почему об искусстве ни слова не было в приглашении? Да и МГУ никогда не славился как центр изящных искусств.
Более того, если бы они знали заранее, то и учеников отбирали бы соответствующих. Среди нынешних ребят не было ни одного выдающегося таланта в этой сфере!
Все пропало. Это может стать Ватерлоо для его политической карьеры. Сначала исчезновение Фэн Юя, из-за которого администрация без тени жалости вызвала милицию. Фэн Юй, конечно, все уладил, но внимание других делегаций было привлечено, и Суню казалось, что тень позора уже легла на честь Китая.
Только одна проблема утихла, как нагрянула другая. Глядя на иностранцев, он видел, как одни поют, другие танцуют, а кто-то и вовсе достал краски и делает наброски.
А что Третья школа? У одного парня на шее висел фотоаппарат – неужели они будут показывать свои снимки? Но даже если это сойдет за искусство, проявлять пленку сейчас негде.
Организаторы объявили, что выступления идут по очереди, и скоро наступит черед их группы. Черт возьми, кого же выставить?
Сунь обвел взглядом лица учеников и вдруг замер на Фэн Юе. Школу пригласили именно благодаря его связям, значит, этот малый точно знал тему заранее! И на подготовительные занятия он не ходил специально – неужели готовил дома какой-то номер, чтобы всех поразить?
Точно, так оно и есть! Иначе зачем бы он отпрашивал Вэнь Дунцзюня? Теперь спасение репутации школы и престижа страны зависело только от Фэн Юя.
Фэн Юй тем временем спокойно наслаждался танцами, как вдруг почувствовал тяжелую ладонь на своем плече. Обернувшись, он увидел перед собой лицо заместителя директора.
─ Директор Сунь, что-то случилось?
Сунь расплылся в самой, как ему казалось, доброй улыбке:
─ Фэн Юй, понимаешь, тема лагеря – искусство, а в приглашении об этом почему-то забыли упомянуть. Но это не беда. Мы-то не знали, а ты наверняка в курсе, верно? Вы с Вэнь Дунцзюнем прогуливали подготовку, небось, репетировали номер?
Глядя в полные надежды глаза директора, Фэн Юй невольно втянул голову в плечи:
─ Господин директор, вы мне поверите, если я скажу, что тоже не знал?
Глаза Суня полезли на лоб:
─ Что ты несешь? Как ты мог не знать? Твоя семья ведь достала эти квоты! Не отнекивайся, быстро готовься к выступлению. Песни, пляски – что угодно! Можешь иероглифы порисовать, лишь бы не ударить в грязь лицом. Сделаешь все красиво – по возвращении выпишу тебе грамоту лучшего ученика школы!
Фэн Юй опешил. Он и впрямь не догадывался о тематике – он ведь приехал сюда просто «позолотить» биографию. Брат Ки сработал крайне беспечно: даже если приглашение доставали «через черный ход», нужно было прояснить формат мероприятия. И вообще, при чем тут искусство? Что общего у эстетики Китая и Восточной Европы?
Вдруг Фэн Юй заметил за спиной одного из студентов гитару. Ощутив общую атмосферу, он вспомнил песню. Это была мелодия, основанная на советском фольклоре и рассказывающая историю об Украине. В его прошлой жизни в сети бродила русская версия, и Фэн Юй когда-то специально ее разучивал.
Вскоре пришло время выступления Третьей школы. Ребята переглядывались, краснели, но никто не решался встать – сказывалась врожденная скромность.
Фэн Юй поднялся и направился к тому самому студенту:
─ Друг, я приехал поздно и не взял свою гитару. Одолжишь на пару минут?
Украинец дружелюбно протянул инструмент. Фэн Юй тронул струны и сел в центр круга, скрестив ноги. Он давно не брал в руки гитару, пальцы действовали немного неуклюже, но он надеялся не сбиться.
─ Сейчас я исполню для вас свою авторскую песню «Березовая роща», ─ объявил он по-русски. ─ Она вдохновлена народными мотивами Украины и рассказывает о прекрасной девушке, которая ждала своего возлюбленного у берез, пока тот сражался на войне.
─ В тихой деревне падает белый снег, в пасмурном небе кружат голуби. На березе вырезаны два имени – они клялись любить друг друга всю жизнь.
Но однажды война пришла в их дом, парень взял винтовку и ушел на фронт. ─ «Любимая, не тревожься за меня, жди моего возвращения в той березовой роще».
Небо всё так же хмуро, всё так же летят голуби. Кто докажет ту любовь и те жизни, что остались без могильных плит? Снег всё идет, в деревне покой, а молодые люди исчезли в березовой роще.
Горькая весть пришла в один из полдней: любимый пал на далеком поле боя. Она молча приходила к тем березам, день за днем высматривая его на дороге. Она твердила, что он просто заблудился где-то вдали, и он обязательно придет… придет в эту березовую рощу.
Небо всё так же хмуро, всё так же летят голуби. Кто докажет ту любовь и те жизни, что остались без могильных плит? Снег всё идет, в деревне покой, а молодые люди исчезли в березовой роще.
Долгая дорога подходит к концу, и девушка уже совсем седа. Ей часто слышится, как он шепчет у изголовья: ─ «Приди, дорогая, приди в эту березовую рощу». Умирая, она прошептала: ─ «Я иду, жди меня там, среди берез…»
Когда затих последний аккорд, над поляной грянули аплодисменты. То, что Фэн Юй спел песню, близкую их сердцам, да еще и на русском, привело слушателей в восторг. Один студент тут же попросил ноты, а преподаватель заметил, что такую вещь стоит записать на кассету, чтобы ее услышало как можно больше людей.
Заместитель директора Сунь довольно захлопал в ладоши, бросив на Фэн Юя взгляд, полный торжества, мол: ─ «Ага, я же говорил, что ты что-то скрываешь!». Очередной кризис был благополучно минован.
~~ С праздником всех! Пока вы читаете, Четвертый всё еще корпит над текстом.
http://tl.rulate.ru/book/167637/11523721
Готово:
