Название: Семидесятые. Городская молодёжь на северо-востоке
Автор: Гоуци Хэйулуна
Аннотация:
Тридцать лет всё шло как по маслу — и вдруг она проснулась свежеиспечённой городской девушкой, отправленной на перевоспитание в деревню Каовочжи, уезд Синьхэ, район Шань.
«Ну что ж, разве страшно жить, уткнувшись лицом в землю и спиной к небу?» — со слезами на глазах заявила Чжао Юэтун. «Я не боюсь!»
Она крепко зажала рот, чтобы не закричать, дрожа прошла мимо злобной дворняги соседей, сквозь слёзы справилась с крысой на кухне… но проиграла мужчине, который без лишних слов подхватил её и бросил на кан.
«Разве не говорили, что в это время все голодают и мерзнут? Откуда же в деревне Каовочжи столько людей в собольих шубах и с мясом на столе даже зимой?»
По всей округе ходили слухи, что когда-то здесь, на северо-востоке, существовал знаменитый отряд благородных воинов, спасавший множество простых людей, но однажды бесследно исчез. Неужели…
Чжао Юэтун, болтаясь на плече у здоровяка, пришла в полное замешательство:
— Герой, давайте поговорим спокойно! Вы что, хотите меня убить, чтобы замести следы?
Герой:
— Проще жениться!
«Как?! Разве не говорили, что в это время за простое рукопожатие могут арестовать? А этот мужчина уже тащит меня домой! Бабушки и тёти, перестаньте, пожалуйста, наблюдать за этим представлением с чашками в руках! Это совсем не то, что обещали! Эй, герой… ты… ты… не подходи ко мне!»
Подсказки для чтения:
1. Самоуверенная «девчонка-сорванец» + потомок мастера северо-восточных боевых искусств третьего поколения.
2. Действие происходит в семидесятые годы, частично вымышленный сеттинг.
3. Лёгкий, сладкий роман без драмы и злодеев, история о тихой, но прочной любви.
Метки: жизнеутверждающая история, сладкий роман, фантазия
Ключевые слова для поиска: главные герои — Чжао Юэтун, Ли Хунган; второстепенные персонажи — семья Ли, семья Чжао, односельчане.
Кто-то однажды сказал: «Женщина должна умереть в расцвете красоты, чтобы её навсегда запомнили».
Чжао Юэтун всегда презрительно фыркала на такие слова. Но она и представить не могла, что сама действительно умрёт в тридцать лет.
В последний момент она держала в руках книгу с героиней, у которой было сразу несколько возлюбленных. Последнее, что она увидела, — как та героиня «сражалась» со своими партнёрами. Вот это неловкость! Интересно, что подумает её старший брат — историк, увидев, как она умерла именно так? Наверное, не умрёт от злости… или всё-таки?
У неё не было времени долго размышлять — ведь ей предстояло отправиться в загробный мир. Родители погибли в автокатастрофе ещё в детстве. Удастся ли ей хоть раз повидаться с ними до того, как выпьет зелье Мэнпо? Может, они уже переродились.
Но, честно говоря… почему в царстве мёртвых так холодно? Чжао Юэтун дрожала от холода и никак не могла открыть глаза.
— Вы двое! Вам мало мест для игр? Зачем приставать к этой девчонке? — раздался рядом звонкий, слегка раздражённый мужской голос.
«Вот оно какое — загробное царство, — полусознательно подумала Чжао Юэтун. — Оказывается, там можно резвиться. Видимо, управление загробным миром довольно либеральное».
— Я не хотела! Я просто не заметила, что она идёт за мной! — пискнул детский голосок поблизости.
— Врёшь! Ты просто злишься, что она съела твоё персиковое печенье, и нарочно толкнула её! — закричал другой ребёнок.
— Неправда! Гоудань, ты клевещешь! Больше не дружу с тобой!
— Да мне и не нужно! Не хочешь — не дружи!
— Хм!
— Хм!
— …Слушайте, два бедолаги, вам бы сейчас не о дружбе думать, а о том, целы ли ваши задницы после возвращения в деревню! — Чжао Юэтун показалось, будто этот голос звучит прямо у неё в ушах, с лёгким эхом.
«Загробный мир даже административные единицы делит на деревни? Как мило и по-деревенски», — мелькнуло в голове.
— Всё из-за неё! Стоит только встретить её — сразу неприятности! — в один голос проворчали два маленьких призрака.
«Кто же такой нелюбимый?» — подумала Чжао Юэтун, даже не подозревая, что речь идёт о ней самой.
«Ведь я же всеми любимая принцесса! Кроме парочки завистливых особ, кто же не считает меня милой, послушной и обаятельной? Просто я такая совершенная — ничего не поделаешь!»
Успокоившись, она перестала обращать внимание на ворчание маленьких призраков. Ей казалось, что она парит где-то в воздухе. Интересно, сколько ещё придётся кружить, прежде чем ступить на землю загробного мира?
Хотя… странно. Кажется, она всё-таки на чём-то лежит. Поверхность прохладная… очень приятно… и…
— Твёрдая… — пробормотала она, шевеля пальцами. Что-то твёрдое, но с лёгкой упругостью…
После этого мысли окончательно растворились во тьме.
Ли Хунган, только что подошедший к деревенскому входу, опустил взгляд на девушку, которая только что сжала ему грудь, затем поднял глаза на тётку Юй из семьи Юй и тётку Линь из третьего двора — обе широко раскрыли глаза от удивления. Он глубоко вздохнул, сдерживая порыв просто выбросить эту проблемную девчонку на землю. Хотя, судя по огромной шишке на лбу, она явно не притворяется.
— Что случилось? Почему несёшь её на руках? Да ещё и днём! Это же неприлично! — тётка Юй, держа в руке горсть тыквенных семечек, поднялась и направилась к ним. В её глазах так и сверкали искры любопытства.
«Эта городская девчонка и правда дерзкая! Днём смело трогает мужчину… Боже мой, даже сказать стыдно! Наверное, она решила прицепиться к младшему сыну старосты», — подумала тётка Юй, краснея.
— Тётушка, позовите, пожалуйста, дядю Датоу в пункт размещения городской молодёжи. Чжао-чжицин упала со склона и головой врезалась в сугроб, — вздохнул Ли Хунган, сердито глянув на двух шалунов, после чего направился к пункту размещения, неся на руках свою «проблему».
— Ой, сейчас же пойду! В такую стужу упасть в сугроб — может и вовсе простудиться! — хоть тётушка Линь и любила сплетни, услышав о серьёзности происшествия, немедленно заторопилась в деревню.
****
— Жарко… — Чжао Юэтун чувствовала, будто её вот-вот сожгут в котле преисподней. «Неужели после ледяного пути в загробный мир теперь ещё и в масляном котле кипятить?»
Вдруг ей разжали рот, и в губы влилась прохладная жидкость. Она невольно проглотила и почувствовала, как жжение в горле немного утихло.
Вокруг стоял шум голосов, но она не успела разобрать слова — снова провалилась в темноту.
— Дядя Гу, когда же у Юэтун спадёт жар? — Юй Ли Хун, круглолицая девушка, протирала потный лоб Чжао Юэтун. Хотя она и не особенно любила эту девчонку, вид её раскрасневшегося лица вызывал сочувствие.
— Да дня два-три, наверное. Падение в сугроб — дело серьёзное, — ответил Гу Вэйго, сурово хмуря своё загорелое, грубое лицо.
Сейчас уже конец двенадцатого месяца по лунному календарю. Хорошо, что она угодила именно в сугроб. Если бы земля была промёрзшей, точно разбилась бы насмерть.
Несколько дней назад стояла тёплая погода, и в сугробе уже начал таять снег. Когда девчонку вытащили, крови не было — только огромная шишка на лбу. Из-за этого пятилетнюю племянницу Линь Уй и Гоуданя из семьи Гао дома отлупили так, что те рыдали, утирая слёзы и высморкиваясь.
Гу Вэйго не хотел быть несправедливым к детям, но он не знал точных подробностей. Однако эта девчонка и сама часто дралась с деревенскими ребятишками. Скорее всего, они подрались на склоне, а детишки не рассчитали силы. Но ведь ей уже почти восемнадцать! Как можно в таком возрасте драться с малышами?
«Эти городские юноши и девушки — одни хлопоты, — думал он с досадой. — В прежние годы они ничего не умели и только ели чужой хлеб. А теперь ещё и моложе становятся! Присылают даже таких малолеток! Неужели думают, что в деревне еда растёт сама собой?»
Он так и не мог понять, зачем Председатель Мао отправляет сюда этих полудетей. Даже его шестилетний сын работает лучше них.
— Сегодня вечером дайте ещё одну дозу лекарства. Если не будет рвоты — всё в порядке. Мне пора, — Гу Вэйго собрал свои вещи, закинул сумку с лекарствами за плечо и, засунув руки в рукава, неспешно вышел из пункта размещения.
— Спасибо вам, дядя Гу! Будьте осторожны! — кивнула Юй Ли Хун и снова положила на лоб Чжао Юэтун свежее полотенце.
— Датоу, как Чжао-чжицин? — Чжоу Цуйхуа, жена Линь Уй, в меховой шапке и с фарфоровой миской под крышкой, шла к ним. Гу Вэйго почувствовал запах мяса ещё за несколько метров.
— Да ничего особенного. Ударилась головой, но сугроб мягкий. Может, проснётся и будет тошнить. Сейчас спит. Жар должен спасть через пару дней, и станет легче. Слушай, пятьдесятая сестра, ей сейчас мясное не пойдёт. Даже бульон вряд ли удержится. Может, отдай мне? — Гу Вэйго равнодушно ответил, но глаза его блеснули, когда он увидел миску в руках Чжоу Цуйхуа.
— Мечтатель! Почему бы тебе не улететь прямо на небо? Пускай твоя жена сама готовит! Это для Юй-чжицин и других. Им в эти дни тоже нелегко придётся, — Чжоу Цуйхуа бросила на него недовольный взгляд и направилась в пункт размещения.
Гу Вэйго почесал нос. «Пятьдесятая сестра слишком добра. Эти городские юноши и девушки чем только не питаются! Жалко такое мясо!» — подумал он, но уже мечтал, как дома жена испечёт пельмени с кислой капустой и свининой. Давно не ел таких!
— Юй-чжицин, поели? Я принесла пельмени и тушеное мясо. Пусть Хуо-чжицин и другие тоже придут, вместе поедим, — сказала Чжоу Цуйхуа, входя в помещение и видя, как Юй Ли Хун сидит на кане, ухаживая за Чжао Юэтун.
— Тётушка, вы зачем пришли? У нас есть еда, не надо так беспокоиться! — Юй Ли Хун увидела дымящиеся белые пельмени и ароматное тушеное мясо, и невольно сглотнула слюну, торопясь слезть с кана.
— Ах, не вставай! Это всё из-за нашей пятилетки. Из-за неё вы с Хуо-чжицин не выспались. До Нового года осталось немного, я достала лучшие продукты. Пусть вы тоже хорошо поедите, не морите себя голодом. Как только Юэтун проснётся — скажи мне, я сварю ей костный бульон для восстановления, — Чжоу Цуйхуа поставила миску на край кана и быстро залезла на него, чтобы осмотреть больную.
— Какой сильный жар! — обеспокоенно воскликнула она, прикоснувшись к лбу девушки.
— Дядя Гу сказал, что через пару дней жар спадёт. Не вините пятилетку, дети ведь всегда дерутся. Когда Юэтун очнётся, она точно не будет злиться на неё, — улыбнулась Юй Ли Хун, поправляя волосы.
«Только бы не так!» — подумали обе, переводя взгляд на тихую и миловидную девочку с закрытыми глазами. Щёчки пылали от жара, губки надулись — невозможно не любоваться! Вот только когда она открывает глаза… ужас какой характер!
Поболтав немного, Чжоу Цуйхуа, несмотря на отказы Юй Ли Хун, быстро переложила пельмени и мясо в их собственную посуду и, накрыв пустую миску, ушла.
Юй Ли Хун смотрела на пельмени и тушеное мясо и не могла сдержать слюнки. Полгода она не ела мяса! Только благодаря этой маленькой «госпоже» удалось сегодня полакомиться.
Чжао Юэтун нуждалась в постоянном уходе. Она только и мечтала, чтобы Хуо Цинцин и другие скорее вернулись — тогда можно будет греться у печки и есть горячие пельмени.
Зимой дни короткие. Когда Хуо Цинцин вернулась с другими за дровами, на улице уже стемнело.
— Юэтун проснулась? — Хуо Цинцин сначала отряхнула снег с ног, сняла шапку, закинула свои две чуть желтоватые косы за спину и поспешила к печке, снимая мокрые сапоги.
— Нет, только пару раз просила воды во сне, — Юй Ли Хун быстро слезла с кана и помогла Хуо Цинцин снять пальто, повесив его на верёвку у печки.
— На улице снова снег! Мамочки, снег выше щиколотки! Просто замёрзнуть можно! — Хуо Цинцин укуталась в маленькое одеяло и села на табуретку у печки, дыша на свои замёрзшие руки.
— Уже двадцатое число двенадцатого месяца. Надеюсь, она поправится к Новому году. Иначе нам с тобой не будет покоя. Кстати, тётушка Линь принесла пельмени и тушеное мясо. Позови соседей, пусть все вместе поедим, — сказала Юй Ли Хун, подавая Хуо Цинцин кружку с горячей водой.
— Сейчас согреюсь. Слушай, Юэтун ведь всего семнадцать. Однажды она проболталась, что ей только в марте исполнится пятнадцать. Такую избалованную девочку — как родители могли отправить на северо-восток терпеть муки?
— Кто знает… Эта маленькая «госпожа» в прошлый раз, когда я спросила, неделю на меня глаза закатывала, — рассмеялась Юй Ли Хун.
http://tl.rulate.ru/book/167473/11359921
Userkod1278 (переводчик/заложение основ)
13 февраля 2026 в 12:52
0
Готово:
