Весеннее утро на вершине Горы Клыкастого Дерева выдалось холодным. Склоны тонули в сырости: капли росы одна за другой срывались вниз, ударяясь о листья, траву и влажную землю.
Линь Шимин стоял на краю утеса, глядя вниз на бескрайнее море облаков, катящееся на восток.
Там, на самом горизонте, поднималось первое солнце. Оно пробивалось сквозь облачную пелену, являя взору величественное зрелище.
Шёл второй день с момента его возвращения. Накануне ему велели ждать здесь.
Издалека прилетел духовный талисман. Вспыхнув огнем, он под действием магической силы обратился в строку светящихся знаков:
«Немедленно явись к Пруду Лазурного Лотоса. Старый предок вызывает тебя».
Шимин не смел медлить. Наложив на ноги технику легкости, он зашагал по каменной тропе выше в гору.
У павильона его ждал мужчина средних лет в лазурном одеянии – Второй Старейшина Линь Юйци.
— Старый предок ждет тебя у Пруда Лазурного Лотоса. Не заставляй его долго ждать.
— Слушаюсь, второй дедушка, — кивнул Шимин и, миновав беседку, пошел дальше.
Чем выше он поднимался, тем плотнее становилась духовная энергия. Гора Клыкастого Дерева стояла на духовной жиле третьего ранга, а Пруд Лазурного Лотоса был её сердцем, поэтому концентрация силы здесь была наивысшей на всей горе.
Вскоре Шимин увидел водоем около двадцати метров в поперечнике. По сравнению с прудом в Долине Персиковых Цветов этот был больше, а туман над ним – гуще, создавая полное ощущение сказочной обители небожителей.
В центре пруда на поверхности воды покоились сочные изумрудные листья лотосов.
Рядом, в беседке-павильоне, сидел человек с удочкой.
Странно было то, что при молодом лице волосы этого человека были белы как снег.
— Ты потомок Хоуъюаня? — Заметив Шимина, молодой человек поднял удочку, одним движением убрал её в сумку-хранилище и обернулся.
— Отвечаю седьмому дедушке! Да, это я, Шимин, — юноша сразу понял: перед ним тот самый легендарный Линь Сяньчжи, старый предок их клана.
Выглядел он гораздо бодрее, чем гласили слухи.
— Подойди, присаживайся, — Сяньчжи первым сел за каменный стол в беседке.
На столе лежала доска для игры в го. Белые камни на ней были явно прижаты черными, которые методично, шаг за шагом, пожирали территорию противника.
Шимин подошел и, следуя жесту предка, занял место напротив.
В голове мелькнула мысль: неужели его заставят играть? Но если так, то всё, что от него требуется – это продолжать наступление черными.
— Шимин, как ты думаешь, что такое семья? — Внезапно спросил Линь Сяньчжи, и вопрос его явно не касался камней на доске.
Шимин на мгновение опешил.
Что такое семья?
Он не сразу нашелся с ответом.
Культиваторы часто говорят: «Ищи путь к бессмертию, не оглядываясь на былое». Поиск – это вечное стремление вверх, готовность быть первым, дерзость менять мир, спорить с небом и землей.
Но если так, то какая разница, лежит ли впереди широкая дорога или тернистая топь?
В мыслях Шимина воцарился хаос. Он не мог найти единственно верного ответа.
Если вдуматься, были ли правильными те принципы, которые он считал основой семьи раньше?
Как у человека должна быть цель, так и у семейного культиватора должна быть… какая?
— Не спеши, подумай. Посмотри на эти белые камни: из-за того, что у них нет уверенности в победе, они медлят с контратакой. И в итоге их становится всё меньше, — видя замешательство юноши, Линь Сяньчжи продолжил свою мысль.
Шимин снова сосредоточился на доске. Действительно, основные силы белых всё еще были сохранены, они теряли лишь незначительные позиции на периферии. Но решиться на ответный удар было непросто – разрыв в силах между белыми и черными всё еще оставался огромным.
Шимин невольно провел параллель со своим кланом. Линь долгие годы слабели после того, как были кланом Пурпурного Дворца. Если бы за этим никто не стоял, разве такое было бы возможно?
Ведь у Линь есть методы культивации ранга Земли, позволяющие достичь стадии Пурпурного Дворца.
Он вспомнил о седьмом дедушке, который годами был скован ранами. Предка заставили затаиться, заставили лечиться.
Дедушка ждал исцеления, чтобы вернуться на пик силы. Весь Клан Линь тоже ждал – ждал шанса возродиться, шанса переломить ход игры.
Намек седьмого дедушки стал очевиден.
У Клана Линь есть враг, и враг очень могущественный. Предка интересовало, что Шимин чувствует к своей семье и насколько он ей предан.
Конечно, это означало и то, что Шимина начинают постепенно допускать к верхушке управления кланом.
В семьях культиваторов всегда находятся те, кто одержим лишь личным путем. Они считают, что семья тянет их вниз, и уходят в вольное плавание.
Три тысячи путей Дао, и каждый выбирает свой.
Это не редкость. Говорили, что даже один обладатель небесного духовного корня, помог своему клану достичь стадии Пурпурного Дворца, а затем просто ушел, заявив, что кармический долг выплачен. Больше его никто не видел.
Для семьи, вложившей все силы в воспитание гения, это было горько, но поделать они ничего не могли.
— Отвечаю седьмому дедушке: Шимин тугодум и может понять лишь то, что семья – это мои корни. Здесь я родился, здесь меня вырастили. Семья – это и есть мое сердце Дао.
— Семья процветает – и я процветаю. Семья слабеет – и я угасаю.
— Поэтому Шимин готов стать мечом клана и сокрушить любого врага! — Шимин чеканил каждое слово.
В этот миг осознание того, что для него значит семья, стало кристально ясным.
Да, как семейный практик, он с рождения связан с этим родом. И если он хочет достичь истинного финала пути бессмертных, ему не обойтись без этих двух слов – «семья».
— Хорошо. Это куда лучше, чем ответил твой отец, — Линь Сяньчжи кивнул и продолжил:
— Ты наверняка догадался, что у нашего Клана Линь есть могущественный враг – клан Пурпурного Дворца.
— Это они ранили меня и отравили редким ядом. Последние тридцать лет я подавлял и выводил заразу с помощью лотосов и семян из Пруда Лазурного Лотоса, но мои меридианы повреждены и закупорены. Сила начала убывать, я даже не мог толком сражаться.
— К счастью, то вино высшего качества второго ранга, что ты принес, идеально подходит для исцеления застарелых ран, очистки меридианов и гармонизации энергии. Думаю, скоро я смогу вернуть себе боевую мощь средней стадии Заложения Основания.
— Я позвал тебя в основном для того, чтобы спросить: какую награду ты хочешь?
— Отвечаю седьмому дедушке: поиск вина был общим делом клана. Шимин лишь внес малую лепту, я не смею просить награды, — юноша замахал руками.
В этой победе главная заслуга принадлежала старшим, которые выложились на полную, и тем дядям, что отдали свои жизни. Он не мог и не хотел приписывать весь успех себе.
— В семье всегда должны быть и награды, и наказания. Раз ты сам не выбираешь, я дам тебе летающий меч высшей ступени второго ранга, — не дожидаясь ответа, Сяньчжи взмахнул рукой, и в ладони Шимина оказался темно-зеленый меч.
— Его имя – Меч Черного Лотоса. Я владел им в юности, он мне дорог как память, и теперь я вручаю его тебе. Надеюсь, ты продолжишь усердно трудиться и достигнешь новых высот!
— Кроме того, ты можешь остаться здесь на время медитации, чтобы пробиться на шестой уровень Концентрации Ци.
— Благодарю, седьмой дедушка! — Шимин поклонился, несказанно обрадованный предложением.
Шутка ли – практиковать у пруда третьего ранга! Здесь прорыв пойдет вдвое быстрее, а закрепить результат будет гораздо проще.
Но прежде у Шимина оставалось еще два вопроса.
— Седьмой дедушка, у Шимина есть вещь, которую он не может опознать. Не могли бы вы взглянуть на неё своим опытным взором? — Шимин достал тот странный камень, служивший дверцей тайника. Он собирался поискать описание в Павильоне Сокровищ, но раз уж перед ним сидел умудренный опытом предок, грех было не спросить.
— О? — Линь Сяньчжи принял камень, и по его лицу было видно: он тоже поражен тем, как эта вещь поглощает божественное восприятие.
http://tl.rulate.ru/book/166921/11038577
Готово:
