Готовый перевод Zither Emperor / Император Музыки: Глава 114. Божественный Источник Магической Мантии (III)

Имея эту Шэнь Юань, Е Иньчжу впредь не нужно будет беспокоиться о влиянии внешних магических элементов во время совершенствования, и он сможет быстрее повышать свою силу, поглощая её энергию.

Нина легонько покачала рукой. — Не спрашивай, это дела между мной и им. Как бы ни сложились наши отношения, ты наш внук. И не нужно просить его приходить ко мне. Если он действительно захочет меня найти, то сам придёт. Иначе какой смысл в принуждении?

— Бабушка, неужели между вами и дедушкой Цинь есть какое-то недоразумение? — не удержался и спросил Е Иньчжу.

Нина вздохнула. — Если бы между нами было просто недоразумение, неужели ты думаешь, что с нашим умом мы не смогли бы его разрешить? Дитя, иди, те воины ждут тебя. Я попрошу ректора Фергюсона временно закрыть определённую территорию вокруг общежития нашего факультета Божественной Музыки. Однако вы сможете оставаться в академии всего один день. Ты должен запомнить: никогда и ни при ком не снимай Шэнь Юань. Когда ты в ней, посторонние не смогут ощутить её тайны, они примут её за самую обычную магическую мантию. Но если кто-то обнаружит, что находится внутри, завистники несомненно доставят тебе огромные неприятности.

Как и сказала Нина, Е Иньчжу и воины Жнецов Смерти пробыли в академии всего один день, и когда тела всех немного восстановились, а Хай Ян пришла в себя после обморока, они тихонько покинули Миланскую академию магии и боевых искусств по распоряжению ректора Фергюсона.

Сидорф не пришёл, он ждал их в лагере Трёхсот Жнецов Смерти. Когда Е Иньчжу достал из Божественного кольца Суми более двух тысяч ушей человека-льва и представил их Сидорфу, тот не произнёс ни слова похвалы. Вместо этого он прямо отдал приказ, который казался бесчеловечным: он велел всем воинам, включая Оливейру и Е Хунъяня, после очищения тела и лечения ран, немедленно запереться в лагере на десять дней.

— Слышал, ты привёл их обратно с помощью магического массива телепортации, — сказал Сидорф, глядя на бледного Е Иньчжу. На этой вершине холма, откуда был виден военный лагерь, в тот момент были только он и Е Иньчжу.

Е Иньчжу кивнул. — В такой ситуации, чтобы спасти всех, я мог поступить только так.

Сидорф произнёс: — Тебе ведь странно, почему вы выполнили задание, а я отправил всех в изоляцию?

— У вас, разумеется, есть свои причины. Разве могу я сравниться с вами в военном деле?

Сидорф холодно сказал: — Иньчжу, ты должен запомнить: как полководец, если хочешь идеально управлять своими подчинёнными, прежде всего ты должен добиться того, чтобы твои подчинённые никогда не знали твоих истинных мыслей. Я отправил их в изоляцию, во-первых, чтобы они отдохнули и восстановили свои силы. Во-вторых, чтобы они лучше осмыслили то, что приобрели и потеряли в этом задании, чтобы они поняли истинный смысл выживания. После этого раза, хотя те двести человек и не смогут стать такими же воинами, как Триста Жнецов Смерти, с их лучшими способностями они, по крайней мере, смогут взаимодействовать с Триста Жнецами Смерти. Иньчжу, ты заметил, что среди тех двухсот человек, которых я выбрал, кроме Оливейры, который сам вызвался, очень мало выходцев из Миланской академии магии и боевых искусств?

Е Иньчжу на мгновение остолбенел. — Дедушка Сидорф, вы хотите сказать...

Сидорф продолжил: — Эти двести человек, которых я выбрал, в основном из семей военных, не имеют никаких связей в Миланской империи, и самое главное, они сироты. Потомки военных, сироты, да ещё и с хорошими талантами. Выбор этих двухсот человек был ничуть не легче, чем подготовка Трёхсот Жнецов Смерти. Чтобы они могли лучше раскрыть свои таланты, я не стал слишком рано подвергать их тренировкам, как Триста Жнецов Смерти. Ты меня не разочаровал. Эта миссия, скорее, была испытанием не для них, а для тебя. Триста Жнецов Смерти, превратившиеся в Пятьсот Жнецов Смерти, — вот что я действительно хотел увидеть. Запомни мои слова: Турнир Семи Стран Семи Драконов не имеет для нас, Восьми Восточных Сект Дракона, никакого значения. Победа или поражение неважны, но каждый человек, которого ты вернёшь живым, увеличит силу, которую ты сможешь контролировать в будущем. Я стар. Я вижу в тебе своего наследника среди молодого поколения Восьми Восточных Сект Дракона. Ты, похоже, самый подходящий кандидат на данный момент. Что бы ни произошло в ближайшем будущем, запомни: забери Хай Ян и Пятьсот Жнецов Смерти в Город Цитры, защити Хай Ян и себя. Вы — наша последняя надежда Восьми Восточных Сект Дракона. Я вернусь через десять дней.

Вспыхнул пурпурный свет, и фигура Сидорфа исчезла.

Е Иньчжу замер на месте, погрузившись в глубокие размышления. Что же означали слова Сидорфа? То, что он передал ему Пятьсот Жнецов Смерти, можно было истолковать как заботу о будущем Восьми Восточных Сект Дракона и защиту Хай Ян, но по смыслу его слов казалось, что в скором будущем произойдёт нечто важное. Что именно произойдёт? И почему в глазах Сидорфа он видел такую непоколебимую решимость?

Внезапно взгляд Е Иньчжу стал ужасным. Вспомнив вчерашние слова Нины, он, казалось, кое-что понял. Фалань готовится к закрытию, война между восемью странами континента может вспыхнуть в любой момент, и наступает эпоха хаоса. Ма Лян однажды сказал, что Восемь Восточных Сект Дракона больше всего желают наступления хаоса. Это будет возможность для их возвышения. Неужели Восемь Восточных Сект Дракона также получили известие и хотят воспользоваться закрытием Фалани и хаосом на континенте Лонгинус, чтобы воспользоваться моментом и подняться?

Подумав об этом, Е Иньчжу почувствовал, как его сердце похолодело, а в душе появилась лишь неопределённость относительно будущего. С детства практикуя Сердце Чистого Дитя, он знал о Восьми Восточных Сектах Дракона лишь самые простые вещи, рассказанные отцом. Какова была реальная сила Восьми Восточных Сект Дракона, и каково их истинное положение, он совершенно не знал. Если они воспользуются хаосом, трудно предсказать, что произойдёт. Возможно, восемь стран континента не имели представления о Восьми Восточных Сектах Дракона, но действительно ли закрытие Фалани будет полным после его объявления? Его дедушка был главой Секты Бамбука в Восьми Восточных Сектах Дракона, и если с Восьмью Восточными Сектами Дракона что-то случится, его семья будет обязана вмешаться. Дедушка Цинь был главой одной из четырёх сильнейших магических сект, и эта хаотичная ситуация была поистине невообразимой. Он не слишком задумывался о целях и будущем Восьми Восточных Сект Дракона, но Е Иньчжу совершенно не хотел, чтобы с его семьёй что-то случилось. Подумав об этом, у него разболелась голова. На мгновение ему захотелось вернуться в Море Лазурных Небес и всё расспросить у дедушки.

Стоя на вершине холма, Е Иньчжу долго оставался неподвижным, сложные мысли в его голове никак не могли проясниться. Пока он размышлял, его море сознания вдруг всколыхнулось. Это было острое ощущение элементов, дарованное ему после становления приёмным сородичем серебряного дракона. В глубине его души появилось чувство отвращения, он подсознательно развернулся, и оставшаяся у него боевая энергия Бамбука уже сконцентрировалась в правой руке, готовая к любым действиям.

Это был Маг. Его кожа была сухой, морщинистой, без единого проблеска блеска, вся голова покрыта седыми волосами с мертвенно-серым оттенком, но в глубоко посаженных глазницах мерцали глубокие, сдержанные глаза. Хотя его зрачки были серыми, проступающая в них глубина вызывала озноб. На его худощавом теле была надета чёрная магическая мантия, что резко контрастировало с его седыми волосами. С любой стороны его шаткое тело, казалось, могло быть сбито ветром, но от этого Мага Е Иньчжу ощутил гнетущий страх, страх, исходящий из глубины души.

— Кто вы? — невозмутимо спросил Е Иньчжу. Но он уже был готов призвать Цзы, поскольку в его текущем состоянии тела было очевидно невозможно противостоять этому непостижимому Магу перед ним.

— Ты ведь Е Иньчжу? — Голос старого Мага был немного хриплым, и по его морщинистому лицу было трудно понять выражение. — Найти тебя оказалось непросто. Давно я не видел таких выдающихся юношей, как ты. Способность чувствовать моё присутствие — поистине достойно приёмного сородича серебряного дракона. — Говоря это, он уже подошёл на расстояние менее двадцати метров к Е Иньчжу, он шёл очень медленно, но совершенно бесшумно.

Е Иньчжу равнодушно сказал: — Мы, кажется, не знакомы.

Старый Маг ответил: — Да, это наша первая встреча. Моё имя Юэ Хуэй.

Юэ Хуэй? Услышав это имя, взгляд Е Иньчжу тут же дрогнул. В его голове пронеслось множество титулов: глава рода семьи Лунного Сияния, председатель Гильдии Магов Миланской империи, Великий Архимаг шестой ступени Фиолетового ранга, чья магическая сила превосходила его собственного учителя Фергюсона и Матерацци, брата главы рода Мальдини из семьи Фиалки, — топовый мастер магического мира. В то же время, он был дедушкой Юэ Мин.

Узнав личность Юэ Хуэя, Е Иньчжу, наоборот, немного расслабился. — Так это вы. Здравствуйте, уважаемый Великий Архимаг.

Юэ Хуэй пристально взглянул на Е Иньчжу. — Я не в порядке. Совсем не в порядке. Как может быть в порядке дедушка, который месяцами не имеет вестей о своей внучке? После бесчисленных расследований я выяснил, что среди тех, кто исчез одновременно с моей внучкой, были вы. Но вы вернулись, а о моей внучке по-прежнему нет никаких вестей. Когда я хотел вас найти, вы снова исчезли. Не должны ли вы что-нибудь мне рассказать? Вместе с вами исчезли ещё четверо, но среди вас я слышал, как моя внучка упоминала только ваше имя.

Юэ Хуэй искал его из-за Юэ Мин. После некоторого колебания Е Иньчжу сказал: — Да, Юэ Мин ушла со мной. Она не сказала вам, куда мы направляемся, вероятно, потому что боялась вашего неодобрения.

http://tl.rulate.ru/book/166797/13645266