Инь Му сжал губы в тонкую линию. Еще мгновение назад он чувствовал тонкую нить чужой Ци — и понял: враг приближается. Не ниже уровня Создания Основы.
— Си Си, готовься к бою, — холодно произнёс он.
Юноша извлёк из кольца‑хранилища длинный чёрный меч. Лезвие, будто сотканное из ночной тьмы, блестело хищным холодом, трепещущая по клинку мрачная аура будто предупреждала: касаться нельзя.
Оба стремительно вышли наружу — за три дыхания добрались до двери.
— Ах… какой красавец! — с придыханием протянула незнакомка. — Лицо, словно высечено из нефрита, брови — острые, как меч, а глаза — звёзды! Как может на свете существовать такой совершенный человек? Настоящий бессмертный, спустившийся во плоти.
Взгляд Инь Му оставался холоден, как лёд:
— Кто вы такие?
— Те, кто пришёл за твоей жизнью, — ухмыльнулся уродливый мужчина. Он медленно выдернул из макушки вонзившуюся туда тесак‑мясницкий нож; из раны фонтаном хлынула кровь, но тот даже не моргнул.
Меч и тесак одновременно взметнулись.
Звон стали брызнул искрами. Их движения были столь быстры, что стык клинков превращался в глухой гул, а траектории рук расплывались в воздухе.
— Жаль только вас, — скривилась красноволосая девушка, наблюдая бой. — Такие красивые, наверное, и есть его женщины? Но ничего — убью вас обеих, и тогда он будет принадлежать мне. Ха‑ха‑ха!
Её пальцы вытянулись, ногти заострились, глаза налились безумием. Оттолкнувшись от земли, она выстрелила вперёд, будто пружина.
— Никто не посмеет отнять у меня старшего брата! — вспыхнула Си Си.
Она выхватила молочно‑белый меч; его лезвие вздрогнуло, вспарывая воздух острыми звуковыми взрывами. Две фигуры столкнулись — и разошлись без звука, лишь свист ветра прорезал бой.
Алый след рассёк грудь противницы. Но в тот же миг отчаянный крик: правая рука Си Си отрезана. Она, бледнея, зажала рану левой ладонью.
— Ты… действительно смогла сделать мне больно, — прорычала девушка в красном. Её некогда безупречное лицо исказила гримаса — и в этой уродливой ярости была странная, притягательная жестокость.
Она исчезла из поля зрения, оттолкнувшись с места. Си Си сжала рукоять обеими руками — точнее, тем, что осталось. Они снова схлестнулись, но однорукой девушке становилось всё тяжелее.
Позади, с каменным лицом, наблюдал Цзэн Мин. Для него исход был очевиден: обе противницы принадлежат Еретической Секте, на них нельзя полагать привычные представления — они чудовища.
— Сестра! — взвизгнула Цинли, бросаясь вперёд. Она подхватила отсечённую руку Си Си — маленькая ладонь, ещё тёплая. Девочка уставилась, и по нежному лицу скатилась слеза. Сестре больно. Слишком больно.
До сих пор Цинли никогда не видела настоящего боя. Её единственный опыт — столкновение с шайкой разбойников. Сейчас страх уступил место иной эмоции: ярости. В глубине голубых глаз вспыхнул красный отблеск.
— Проклятая тварь! Ранила мою сестру — убью тебя! У‑БЬ‑Ю! — прорычала она, сама не замечая, как из уст срываются слова, полные ненависти.
Красная девушка, увлечённая схваткой, лишь послышала лёгкое колыхание воздуха. И — в следующее мгновение — перед ней уже стояла Цинли.
Как?! Так быстро?! Девушка не успела даже поднять меч.
Бледно‑голубое лезвие рассекло воздух, красная девушка вскинула руку, пытаясь защититься.
Хруст. Отсекшее движение было чистым. Красный отросток взлетел и упал — рука улетела в сторону.
Глаза врагини сузились: ни капли крови. Невозможно… я же не использовала ни одного метода остановки крови!
Она попятилась. Но Цинли шагала за ней, безмолвно, словно тень. Каждый взмах меча сопровождался ледяным треском.
Клинок противницы рассыпался в руках на куски, а следующая защита — её ладонь — разлетелась брызгами мясной каши.
Последний удар рассёк нутро девушки в алом платье; жизнь покинула глаза.
— Как?… Я… не может быть… — прошептала она, падая.
На миг её взгляд встретился с лицом Инь Му.
Если бы мне довелось встретить такого господина… пусть даже стать его служанкой — то было бы счастьем, а не скитанием во тьме.
Если бы он обращался грубо… бил бы меня… — на губах проступила слабая улыбка. Наверное, я бы всё равно была счастлива.
Её глаза закрылись. Две прозрачные капли сползли по щекам. Всё закончилось — жизнь, заблуждения, сожаления.
【Искусство Пламени · Небесное Пламя】
Огненный меч Инь Му вспыхнул и обрушился сверху. Вспышка ослепила двор. Уродливый мужчина рухнул назад, грудь его обожгло насквозь, и жар поджёг окровавленную одежду.
Но даже корчась, он смотрел на юношу с бешеной завистью. Какое лицо, какая сила… таким не оставляют места другим жить.
Тень голубого света мелькнула за его спиной — и чистое лезвие рассекло горло.
Но убийца не падал. Взгляд его потускнел, но тело — ещё двигалось.
Я — гуньти, телесная кукла. Пока ядро живо, я бессмертен.
Возрождался он уже не раз — каждая смерть стоила части истинного истока. Можно восстать бесконечно, но коли исток исчерпан — ожидал «сбой». Без внешней силы тело так и останется мертвым на века — пятьсот лет и более.
— Как? Мой исток… истощён полностью? Этого не может… быть… Я… не согл… —
Он осел на землю, навек застывший.
— Муж мой! — Цинли сорвалась к Инь Му, глаза дрожали от страха. Она видела, как он принял на себя удар — и в тот миг потеряла контроль. Всё исчезло: мысли, разум, только паника и любовь, превращённые в свет.
Мгновение — и она сама рассекла врага.
— Ты не пострадал? — спросила, подбегая, и уже тянулась к его одежде, пытаясь осмотреть.
Инь Му приподнял бровь. Серьёзно?
— Ах… такое ужасное ранение! — взволнованно выдохнула она, прижимая пальцы к крошечному разрезу на коже.
Парень не удержался от вздоха — царапина едва на два цэня длиной. Доспех поглотил удар, лишь оставив вмятину.
— Муж мой, возьми лечебную пилюлю! Быстро! — Цинли уже достала из мешочка крупную жемчужину – целебную пилюлю.
Инь Му замер. Зачем тратить драгоценное лекарство на царапину?.. Хотя если не съем, она ведь сама заставит… а если успеет — рана успеет затянуться, и будет поздно.
Девушка поднесла пилюлю к губам. Парень уже хотел спросить, но понял: она собирается — накормить его с рук. Точнее, уст.
Юноша напрягся, ощущая вплотную её дыхание. Ещё минуту назад она одним ударом убила двух врагов — и всё ж оставалась та же наивная девочка.
Как‑то невозможный контраст — сила и чистота.
http://tl.rulate.ru/book/166697/11059617
Готово:
