Тусклый свет флюорита в темнице освещал пятнистые каменные стены, а в воздухе витал запах сырой земли, который, однако, не мог заглушить едва уловимую, пронизывающую чакру, принадлежащую Шикоцумяку.
Кимимаро сидел в углу, обхватив колени руками. Серебристо-белые волосы ниспадали на тонкую тюремную одежду, а в темно-красных глазах не было смиренной покорности, лишь гнев и нежелание мириться с заточением. Даже находясь в неволе, в этом юном теле текла врожденная гордость клана Кагуя.
— Взять судьбу в свои руки? — он поднял голову. Голос звучал по-детски, но каждое слово было твердым, без тени трусости.
Маленькие кулачки крепко сжались, ногти почти впились в ладони.
— Люди из Тумана хотят использовать мой Шикоцумяку, старейшины клана ради выживания идут на компромиссы и уступки, заперев меня здесь как разменную монету. Что же ты хочешь получить от меня?
Он слишком хорошо понимал положение клана Кагуя. В условиях политики Кровавого Тумана кланы с Кеккей Генкай подвергались жестокому давлению, но клан Кагуя никогда не был сборищем трусов, готовых позволить себя резать.
Хотя соклановцы были вынуждены склонить головы перед верхушкой Скрытого Тумана, они никогда не отказывались от одержимости силой и не теряли своей врожденной гордости.
Они заперли его не для того, чтобы полностью угодить Скрытому Туману, а чтобы сделать на него ставку — ставку на то, что он вырастет в сильного воина, способного избавить клан Кагуя от контроля деревни. Просто эта «надежда» в конечном итоге стала для него оковами.
Учиха Шайн медленно присел на корточки, глядя ему прямо в глаза. Багрянец в его Мангекё угас, остался лишь спокойный изучающий взгляд:
— Мне нужна твоя сила, но еще больше мне нужен ты сам.
Он откровенно продолжил:
— Гордость клана Кагуя я вижу ясно. Но вы выбрали неверный путь. Идти на компромисс под давлением Скрытого Тумана — значит позволить стирать гордость соклановцев по крупицам, пока вы окончательно не превратитесь в настоящих марионеток.
Он поднял руку, на кончиках пальцев скопилась нить мягкой чакры, которой он легко провел по воздуху:
— Твой Шикоцумяку — это предел Стихии Ян. Слишком раннее пробуждение привело к дисбалансу Инь и Ян. Раздирающая боль в груди, ярость чакры — все это предупреждения, которые посылает твое тело.
— Не пройдет и десяти лет, как ты погибнешь от отдачи собственной силы. Людям Скрытого Тумана плевать на твою жизнь, а старейшины твоего клана, возможно, догадываются об этом, но не способны тебя вылечить.
Тело Кимимаро резко вздрогнуло, в темно-красных глазах промелькнул шок.
Скрытая боль в груди была его самой большой тайной. Даже лучшие медики клана говорили лишь о чрезмерных тренировках, а этот незнакомец с первого взгляда увидел корень проблемы?
Он неосознанно коснулся груди, словно эти слова пробудили боль, заставив ее слабо пульсировать.
— Я могу вылечить тебя, — голос Шайна звучал с неоспоримой силой. — Я могу помочь тебе полностью овладеть Шикоцумяку, привести Стихию Инь и Стихию Ян к равновесию. Ты не только не пострадаешь от отдачи силы, но и сможешь прорвать оковы клана Кагуя, став истинным, величайшим мастером.
— Когда это время придет, ты сможешь выбрать: вернуться в клан Кагуя и вывести их из-под контроля Скрытого Тумана, или последовать за мной и проложить свой собственный путь.
В этот момент снаружи темницы вдруг раздались тяжелые шаги, сопровождаемые низким криком, характерным для членов клана Кагуя:
— Кто вторгся в темницу клана?!
В отличие от паники других семей, в этом голосе звучало холодное убийственное намерение и бдительность — стражи клана Кагуя, даже сталкиваясь с АНБУ Скрытого Тумана, никогда не теряли своей гордости.
— Взрослый, нас обнаружили! — Учиха Кей мгновенно активировал три томоэ Шарингана, клинок покинул ножны, сверкая холодным светом. — Снаружи как минимум десять членов клана Кагуя, и все они мастера Шикоцумяку!
Едва он договорил, как каменная дверь темницы с грохотом распахнулась. Во главе стоял высокий мужчина из клана Кагуя. На лбу у него был вырезан символ клана, вены на руках вздулись, а кости слегка выступали наружу — очевидно, он уже активировал Шикоцумяку:
— Вторжение на запретную территорию Кагуя! Взять их!
Соклановцы позади него один за другим начали высвобождать чакру. Звук трения костей «ка-ка» эхом разнесся по тесной темнице, создавая пугающее давление.
Учиха Генки тут же сложил печати:
— Стихия Огня: Техника великого огненного шара! — Огромный огненный шар вырвался наружу, но предводитель клана Кагуя отмахнулся от него рукой — его рука мгновенно покрылась слоем твердой костяной брони, которая выдержала жар огня.
— Трюки мелкого пошиба! — холодно крикнул он, и из кончиков его пальцев вылетело несколько костяных игл, устремившихся в сторону троицы Шайна.
Шайн, держа Кимимаро на руках, уклонился в сторону. Его взгляд скользнул по бесстрашным членам клана Кагуя, и уголки губ приподнялись в одобрительной усмешке:
— Неплохая гордость, жаль только, что применяется не там, где нужно.
Он повернулся к Кимимаро, голос звучал быстро, но четко:
— Времени нет! Останешься здесь — либо умрешь, выжатый досуха Скрытым Туманом, либо будешь принесен в жертву кланом как пешка. Идем со мной, я даю тебе право выбора!
Кимимаро лежал на плече Шайна, глядя на соклановцев, которые напали на них ради «защиты» клана. Он видел знакомую костяную броню на их руках, видел ту же гордость и безысходность в их глазах, и в его душе смешались сложные чувства.
Он знал, что эти люди не по своей воле заперли его, просто под железным кулаком Скрытого Тумана у них не было выбора. Но разве это «отсутствие выбора» должно стоить ему жизни?
— Я не хочу умирать, — голос Кимимаро слегка дрожал, но звучал необычайно твердо. — И я не хочу быть чьей-то пешкой!
Он поднял голову, в темно-красных глазах сверкнула решимость, и посмотрел на Шайна:
— То, что ты сказал — правда? Ты сможешь сделать меня достаточно сильным, настолько сильным, чтобы никто больше не мог распоряжаться моей судьбой?
— Клянусь именем Учиха Шайна, — Мангекё Шайна мгновенно вспыхнул, багровый свет прорезал мрак темницы. — Я сделаю тебя существом, которое никто в мире шиноби не посмеет недооценивать!
— Хорошо! Я иду с тобой! — Кимимаро решительно кивнул. Детская наивность исчезла с его лица, уступив место не по годам взрослой твердости.
Он резко направил чакру внутри тела, и из кончиков его пальцев мгновенно вылетели несколько тонких костяных игл, точно ударив в колени бегущего впереди члена клана Кагуя. Это была не смертельная атака, но достаточная, чтобы выиграть время. Это был его последний компромисс с кланом и одновременно бунт против своей судьбы.
— Кимимаро! Ты смеешь предавать клан?! — взревел предводитель, получив костяные иглы в колени и пошатнувшись на несколько шагов назад.
— Я не предавал! — голос Кимимаро срывался на плач, но звучал громко. — Это вы первыми отказались от меня! Когда я стану сильнее, я вернусь и скажу всем, что гордость клана Кагуя не должна защищаться компромиссами!
В глазах Шайна промелькнуло одобрение. Он развернулся вместе с Кимимаро:
— Кей, расчищай путь! Генки, прикрывай тыл!
Кей, отозвавшись, рванул вперед. Клинок столкнулся с костяной броней члена клана Кагуя, издав звонкий звук «динь-дон» и высекая искры.
Генки быстро сложил печати:
— Стихия Земли: Техника стены из грязи! — Толстая земляная стена мгновенно поднялась, временно отрезая преследователей.
http://tl.rulate.ru/book/166284/10973920
Готово:
